Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты
 

Смирнов Николай Валериевич

Промышленная политика как стратегический тренд.

Экспертное мнение заместителя генерального директора АНО «Национальный институт системных исследований проблем предпринимательства», к.э.н. Николая Смирнова

МОСКВА3 Февраля 201620:58 — REGNUM  Промышленная политика становится стратегическим трендом государственного регулирования российской экономики, и это хорошо видно по развороту существующих базовых институтов.

Ставшая уже привычной политика дерегулирования и дебюрократизации (кто помнит, 1-й и 2-й волны), сегодня находится уже совсем не в авангарде экономической повестки, как это было 15 лет назад, когда принимались законы о регистрации юридических лиц (от 08.08.2001 № 129-ФЗ), о контроле и надзоре (от 08.08.2001 № 134-ФЗ) и о лицензировании (от 08.08.2001 № 128-ФЗ), которые позволили в некоторой степени упорядочить отдельные взаимоотношения предпринимателей и государственных органов, а также запоздалые законы о саморегулировании (от 01.12.2007 № 315-ФЗ) и малом и среднем предпринимательстве (от 24.07.2007 № 209-ФЗ). Конечно, сегодня эти правила никуда не делись, они продолжают совершенствоваться и развиваться: сроки регистрации юридических лиц доведены до 5 дней со дня предоставления необходимых документов (статья 8 закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ), в контрольно-надзорной деятельности наконец-то начал внедряться риск-ориентированный подход (статья 8.1 закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ), а количество лицензируемых видов деятельности не превышает 50 (статья 12 закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ). В развитии саморегулирования наметилось возможное просветление: он претендует все-таки превратиться из финансового барьера в механизм самостоятельного установления и контроля стандартов бизнеса, как и задумывалось изначально. Правда с малым и средним бизнесом, несмотря на принятое законодательство и выделяемое финансирование, все, по-прежнему, непросто.


В последние несколько лет, как представляется, в нашем государстве, как и во всем развитом мире, возникло понимание того, что только за счет устранения избыточного регулирования добиться экономического роста не получится. Нужен более осознанный стратегический подход к экономической политике. И речь здесь не ограничивается сугубо качеством регуляторики, наглядным примером которой является эволюция инструментария оценки регулирующего воздействия в Европейском Союзе (переход от «дерегулирования» к «умному регулированию»).


Российский тренд экономической политики носит именно стратегический, структурный характер, то есть не сводится к установлению требований к предприятиям, а захватывает управление инвестиционными потоками и распределение экономических ресурсов в широком смысле этого слова.


Конкретно этот тренд характеризуется систематизацией стратегического планирования и активизацией промышленной политики, которые выражаются в принятии следующих новых основополагающих законов:


  • Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации»;
  • Федеральный закон от 31.12.2014 № 488-ФЗ «О промышленной политике в Российской Федерации»;
  • Федеральный закон от 29.06.2015 № 162-ФЗ «О стандартизации в Российской Федерации»;
  • Федеральный закон от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

    В связи с тем, что в 2012 году Россия вступила в ВТО, так и не добившись конкурентоспособности инвестиционного климата, то есть не обеспечив приемлемые цены ресурсов, инфраструктуру, законную (а не коррупционную) защиту прав собственности. В совокупности с имеющейся сравнительно высокой доходностью и повышенной свободой перемещения товаров это привело к оттоку капитала (раз уж барьеры низки, то выгоднее производить в хорошем инвестиционном климате, то есть не у нас, а продавать там, где доходность выше, то есть у нас) и, как следствие, к экономическому спаду. Поскольку политика изоляционизма в условиях глобализации столь же ограничена, сколь бесперспективна с точки зрения экономической безопасности, а времени улучшать инвестиционный климат уже нет (капитал утекает быстрее), обеспечить экономическое развитие можно только выиграв в глобальной конкуренции. А этого можно добиться путем активизации подзабытой промышленной политики и стратегического планирования как минимум на национальном уровне (есть возможность активизации этой функции и на уровне ЕАЭС). Чтобы получить конкурентоспособность, нужна активная стратегия.


    Таким образом, закон о стратегическом планировании нацелен скоординировать и направить экономику с помощью государства в единое русло. Именно это и должно лечь в основу долгосрочной стратегии социально-экономического развития, которая должна стать самостоятельным федеральным законом (задающим целевые установки, определяющим ресурсы с конкретными направлениями и механизмами их использования и устанавливающим персональную ответственность за неисполнение). Более умеренный вариант — Указ президента, но его эффективность можно оценить на примере «майских указов» или национальных планов противодействия коррупции. Соответственно, варианты правительственного распоряжения или академической разработки, разродившиеся соответственно в так называемые КДР 2020 и Стратегию 2020, можно даже не обсуждать с учетом опыта их реализации, а точнее отсутствия оного.


    Законом о промышленной политике задается базовый ресурсный инструментарий для этого. А закон о государственно-частном партнерстве позволяет распределить ряд инвестиционных рисков между государством и инвесторами.


    Закон о стандартизации обеспечивает возможность гибко управлять конкурентными преимуществами с помощью включения национальных и прочих стандартов в нормативно-правовую базу. Правда наряду с преимуществами это создает и риски негативного влияния на этот процесс, поскольку фактически означает возврат к широкому ведомственному нормотворчеству в сфере установления обязательных требований, на устранение чего и была направлена в свое время реформа технического регулирования (закон от 27.12.2002 № 184-ФЗ). Поэтому, чтобы обеспечить гибкость нормативной базы, с одной стороны, и баланс интересов представителей национальной экономики (как производителей, так и потребителей), нужна достаточно тонкая настройка процедуры разработки, принятия и использования национальных стандартов в нормативной правовой базе, позволяющая максимально учесть национальные интересы и исключить негативное влияние стратегических конкурентов.


    Однако следует отметить, что увлекаясь промышленной политикой с целью выиграть в глобальной конкуренции, не следует забывать и о конкуренции внутренней. Можно заметить, что и в этой сфере укрепился тренд на консолидацию усилий, наблюдаемый как в произошедшем включении тарифных функций в компетенцию ФАС России, так и в предполагаемом включении регулирования естественных монополий в общее русло закона о защите конкуренции (от 26.07.2006 № 135-ФЗ) в рамках разрабатываемого уже «пятого антимонопольного пакета». Важно отметить, что конкурентная и промышленная политика не обязательно противоречат друг другу, как это может показаться. Нужно только, хоть это и не просто, обеспечить, во-первых, процесс проведения промышленной политики внутри страны на конкурентной, состязательной основе, а во-вторых, в результате промышленной политики должен, как правило, возникать не монополизированный, а конкурентный внутренний рынок (к вопросу об импортозамещении).

     
    COVID-2019. Дорожная карта для бизнеса: правовые аспекты
    ИССЛЕДОВАНИЕ УРОВНЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО ДАВЛЕНИЯ НА БИЗНЕС
    Учебник "Национальная экономика"

    Поделиться

    Подписаться на новости