Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Как определить свою систему среди чужих? Тренинг системного мышления

Проблемы экономики. Мнение Ясина

«Научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин стоял у истоков экономических реформ в России. Несмотря на то что сегодня он не занимает никаких официальных правительственных постов, Евгений Ясин по-прежнему остается одним из наиболее авторитетных экономистов. С его мнениями и оценками могут спорить и не соглашаться, но обязательно к ним прислушиваются», - с таких слов начинается беседа с Евгением Григорьевичем в «Независимой Газете» («Евгений Ясин: «История с ЮКОСОМ очень опасна», 5-08).

Действительно, Ясин сегодня дает множество интервью, пишет много статей. На нашем сайте это имя встречалось неоднократно, так в начале лета мы просили целый ряд экспертов прокомментировать одно из парадоксальных высказываний Евгения Григорьевича, и сегодня начнем наш обзор статей и интервью Евгения Ясина именно с беседы, в которой вновь всплывает тема недостатка стимулов для развития бизнеса в России. Беседа эта, с журналистом Алексеем Зайко, так и называется «В России не хватает стимулов» («Компания», №274, 21 –07).

Главной темой беседы был объявлен двухкратный рост ВВП:

«... «Ко»: Евгений Григорьевич, у вас нет ощущения, что страна вернулась в середину 1980-х, когда на XXVII съезде КПСС главной задачей было названо ускорение экономического роста?

Евгений Ясин: Нам, конечно, нужен рост, нужны высокие темпы развития. Проблемы, которые стоят сейчас перед Россией, можно решить, только имея достаточные ресурсы экономического роста. Во всяком случае, это позволит избежать дополнительного болезненного напряжения, которое страна испытывала и без того чересчур долго. Поэтому нынешний экономический рост, при всей его структурной ущербности, я считаю благом. В этом контексте задача удвоения ВВП за десять лет – хорошая задача, «высокая планка». Однако мировой опыт показывает, что в погоне за высокими темпами роста зачастую предпринимаются действия, которые приводят к противоположным результатам.

Дело в том, что неизбежным следствием форсированного развития является массированное вмешательство государства в экономику. Все страны, которые достигали высоких темпов роста на этапе индустриализации, прошли через это. ...Основными инструментами более мягкой модели участия государства в экономике были введение элементов планового хозяйства, внешнеторговой монополии и субсидирование промышленности. Подобные методы играли ключевую роль, например, при создании «японского» и «южнокорейского» чуда. Уникальность опыта этих стран состоит в том, что эти модели реализовывались на этапе индустриализации традиционно аграрных стран. ...Для России такой путь невозможен, времена уже другие, а главное – Россия другая страна. Она уже прошла этап индустриализации и урбанизации. Исчерпаны резервы дешевой рабочей силы, сельские районы уже не могут служить донорами трудовых ресурсов для промышленности. Сейчас одна из основных проблем российской экономики – «переиндустриализация», избыток промышленных мощностей.

...В России преобладают крупные предприятия, с устаревшим оборудованием, не способные адаптироваться к изменяющимся условиям, к производству новых продуктов. Западная экономика опирается в значительной степени на малый и средний бизнес, на растущие инновационные компании, которых у нас почти нет.

Перекос в сторону крупных предприятий усугубляется тем, что с советских времен инвестиций в экономике почти не было.

...По сути, структура экономики практически не изменилась с советских времен. Ее главная цель – массовое производство низкокачественной продукции для низкооплачиваемого непритязательного потребителя, которое позволяло добиваться экономии благодаря масштабам производства. Однако подобная модель антиинновационна по своей природе, она не способна порождать новые качественные продукты. ...Из товаров глубокой переработки ничего, кроме оружия, страна толком производить не умела и пока не научилась.

Парадоксальным образом гипертрофированный сырьевой комплекс стал для России главной опорой в переходный период. Избыток сырья оказался настолько велик, что за счет его продажи на экспорт страна смогла жить почти десять лет без перерабатывающей промышленности. Однако делать ставку на «старые» сырьевые отрасли при решении проблемы экономического роста невозможно. Объем спроса на сырьевую продукцию на мировых рынках будет расти в ближайшее десятилетие не больше чем на 2 – 3% в год. Такими же темпами, возможно, будет расти и российский сырьевой комплекс, если не утратит завоеванных на сегодня позиций.

...Мы должны научиться делать конкурентоспособную продукцию, а не просто вытаскивать богатство из земли. Причем когда речь идет об отдельных экземплярах, даже сериях, «сделанных на коленке», проблемы нет. Но на общую ситуацию это совершенно не влияет – по оценке специалистов из высокотехнологичных отраслей, «потолок» этого сектора на ближайшую перспективу 0,5% ВВП. Стране потребуется немало времени и ресурсов, чтобы освоить новые методы производства, научиться выпускать качественную продукцию. Чудес в экономике не бывает.

Чтобы занять достойные позиции в мировой экономике, необходимо решить именно эту проблему. Возьмите любую относительно развитую экономику и вы увидите, что готовые товары составляют в структуре экспорта 70 – 80%.

... Большинство профессионалов вам скажет, что добиться быстрого роста ВВП в таких условиях невозможно. А попытка придать проекту нового «ускорения а-ля Горбачев» государственный статус закончится очередным масштабным разворовыванием бюджетных средств.

«Ко»: Но ведь экономисты, и в частности советник президента по экономическим вопросам Андрей Илларионов, считают эту задачу выполнимой...

Е.Я.: В модели Илларионова рост становится автоматическим следствием сокращения госрасходов с 33% ВВП, которые мы имеем сейчас, до 20%. Однако в этом случае речь также должна идти о стимулах. Причем необязательно положительных, наоборот, это должны быть стимулы, которые заставляют людей «крутиться». В первую очередь – это конкуренция, достаточно высокие цены на ресурсы.

...Чтобы научиться производить высококлассную продукцию, речь должна идти фактически об изменении национального менталитета. Такого рода вещи быстро не происходят, десять лет – это вообще не срок.

«Ко»: Какая, на ваш взгляд, судьба ждет нынешние олигархические холдинги? Насколько вообще неизбежна концентрация капитала в нынешних условиях?

Е.Я.: Концентрация капитала, происходящая сейчас в российской экономике, – процесс отнюдь не неизбежный. Более того, крупные компании сырьевого сектора в условиях модернизации будут проигрывать. Что из себя реально представляют эти компании? Все они наследницы советских предприятий с их неэффективностью, затратными принципами. Некоторым из них, например ЮКОСу, удается успешно избавляться от этих врожденных черт. Но все равно перспективы холдингов ограничены спросом на сырьевую продукцию, поэтому они никак не могут стать «локомотивами» промышленного роста. Их роль – вспомогательная, а не ведущая. В условиях модернизации преимущество получат средние и мелкие компании, которым будет проще изменить корпоративную культуру, переналадить производство на выпуск новой продукции. ...Олигархи уже сыграли свою роль на первом этапе реформ, и некоторое время они будут сохранять свое значение. Но ситуация изменится, и достаточно быстро.

«Ко»: ...Чем же вызвана срочность в проведении реформ монополий?

Е.Я.: ...С 2007 года у нас начнут сокращаться трудовые ресурсы. А количество пенсионеров будет расти. Нам нужно быстро повышать производительность труда, чтобы просто прокормить их. В этой ситуации разница в пять или три года становится существенной. Кроме того, наш вариант преобразований укладывается в сроки президентства Владимира Путина. Какая в России будет власть и какие у нее будут цели после 2008 года, мне лично не известно. Помимо этого необходимо заканчивать разговоры о снижении цен на продукцию естественных монополий, которые так любит Андрей Илларионов. ...Если будет принято решение о замораживании цен на газ и электроэнергию, диспропорции усугубятся, нерыночный сектор еще больше вырастет. Чем больше разрыв между регулируемыми и рыночными ценами, тем выше уровень государственного вмешательства.

«Ко»: Однако в среде бизнесменов распространено мнение, особенно поддерживаемое РСПП, о том, что условием роста является снижение налогов...

Е.Я.: В принципе я тоже за снижение налогов, и считаю, что в этом смысле мы еще не исчерпали всех возможностей. Но представлять снижение налогов как метод увеличения темпов роста до 5 – 7% в год неправильно, поскольку в этом случае игнорируется вопрос о качестве этого роста, его структуре.

...Мечтают об усилении роли государства либо те, кто ностальгически вспоминает советские времена (как легко им было тогда жить), либо, кто рассчитывает опять что-нибудь украсть. Но успех российской экономики возможен только при высокой степени либерализма. Я считаю, что сейчас российская экономика весьма либеральна, в ней гораздо более свободные условия для бизнеса, чем в «зарегулированных» Германии или Франции.

... Структурные реформы создают здоровую экономику, расширяют поле конкуренции, позволяют свободно обращаться капиталу, находя ему более производительное применение.

Кроме того, для нашей экономики принципиальным моментом является такой нематериальный фактор, как доверие. Отличие процветающих государств от тех, которые пытаются их догнать, заключается в первую очередь именно в разнице уровней доверия. Доверие в отношениях с партнерами по бизнесу, банками, правительством открывает компаниям возможности для долгосрочного планирования, для снижения транзакционных издержек. Но подобное возможно только в том случае, если все участники процесса придерживаются единых правил поведения.

...К сожалению, последние события свидетельствуют, что у нас, во-первых, не очень хотят проводить структурные реформы, а во-вторых, доверие участников рынка друг к другу никак не растет. В этой ситуации мой прогноз по поводу темпов роста становится все более и более пессимистическим. Реформы не могут быть одинаково приятны для всех. Некоторые из них могут оказаться неудобными промышленникам и предпринимателям, некоторые будут негативно восприняты населением».

Проблема доверия в бизнесе оказалась одной из центральных и в выступлении Евгения Ясина на «круглом столе» в Доме приемов «ЮКОСа», посвященном отношениям бизнеса и власти, опубликованном затем в «Новой Газете» («Неужели Абрамович оказался провидцем?», 28-07):

«...Процветание государств объясняется доверием. Это очень убедительно написано во многих трудах. Одно из самых популярных исследований вышло недавно на русском языке. Это книга Эрнандо де Сотто «Загадка капитала».

...Процветание возможно только в обществе, которое, с российской точки зрения, является обществом лохов. Но именно потому, что не принято обманывать, именно потому, что социальные институты вызывают доверие, процветает экономика.

У нас один-единственный резерв. Это не нефть, не газ, тем более не Федеральная служба безопасности. Это — доверие. Государство и государственные деятели обязаны работать на доверии, они обманывали народ в течение многих лет. Не буду говорить громкое слово «народ» — они обманывали людей. Люди не доверяют, бизнес не доверяет, иностранцы не доверяют, мы сами себе не верим. Без использования этого ресурса возрождение России и процветание российской экономики невозможны.

...Юридические нормы в России существуют и используются властью главным образом для того, чтобы бороться с правопорядком. Для того, чтобы облечь в законные формы то, что, по существу, является издевательством.

...С точки зрения рынка, эта ситуация выглядит так. Кто-то имеет возможность возбудить дело стоимостью 283 миллиона долларов, относящееся к 94-му году, и вызвать тем самым потрясения рынков, ослабление позиций крупнейшей российской компании. Общие потери — примерно 19 млрд долларов. Это не все, потому что круги по воде только начинают идти. Мне уже сказал один бизнесмен: «В понедельник, то есть сегодня, предстоит мне заключить сделки общей стоимостью 300 млн долларов. И если мои контрагенты скажут, что они еще посоветуются с юристами, я их пойму правильно. Это означает, что они с нами никаких сделок заключать не будут».

Ход г-на Абрамовича — покупка английской команды «Челси» — в этом контексте это просто предвидение. Он, видимо, пессимист, и он решил: чем вязаться с этим государством и с этой властью, лучше он закрепится на берегах туманного Альбиона.

...Это урок тем людям, которые хотели вкладывать деньги в России, — как русским, так и иностранцам.

...Все это имеет прямое отношение к гражданскому обществу. По-моему, мы в каком-то смысле находимся у последнего барьера».

Теме взаимоотношений власти и бизнеса была посвящена и беседа Евгения Ясина с журналистом «Независимой Газеты» Евгением Мазиным, цитатой из которой мы начали обзор:

«- Евгений Григорьевич, изменился ли инвестиционный климат в России за последние несколько лет?

- В 1999 году Экспертный институт, который я возглавляю, подготовил доклад об инвестиционном климате в России. Прогноз был довольно пессимистическим.

Эта проблема чрезвычайно важна для нас, потому что, я убежден, развитие российской экономики после реформ 90-х годов возможно только при развитии частной инициативы. Мы не можем рассчитывать на то, что разбогатеем за счет экспорта нефти и газа. ...Поэтому возникает вопрос: можем ли мы добиться более высоких темпов роста и если можем, то как?

- И как?

- Только если в стране будет благоприятный деловой климат, способствующий развитию предпринимательства, хозяйственной активности. Если будет создана обстановка доверия. Разумеется, доверия не к родителям, а к публичным институтам и согражданам. Высокая степень доверия привлекает крупные инвестиции. Ведь каждый разумный гражданин должен исходить из того, что его деньги не стоит держать под матрасом, их следует вкладывать, если риски невелики.

...Нам предстоит осваивать постиндустриальную экономику. Поэтому мы должны опираться не на государство, а на частную инициативу. Если мы хотим добиться темпов экономического роста на возжажданном уровне 7,5-8% в год, нужно повысить производительность труда примерно в 5-6 раз. Такую производительность может обеспечить только человек, который рачительно следит за своими деньгами, за использованием рабочей силы, за обновлением продукции. То есть частный собственник. А частная инициатива только тогда дает эффект, когда она опирается на доверие к государству.

- Какой же у нас сейчас уровень этого доверия?

- Очень низкий, и это наш минус. Но одновременно это и наш резерв, потому что мы можем и должны его поднимать. Этот ресурс вообще характерен для постиндустриальной экономики. Программа Грефа в свое время именно на это была сориентирована. В моем докладе 1999 года был сформулирован такой лозунг: "Не нужно, чтобы сразу все стало хорошо. Нужно, чтобы сегодня было лучше, чем вчера, а завтра лучше, чем сегодня". Это ощущение улучшения должно становиться важным элементом общественной атмосферы.

- А сейчас этот процесс улучшения происходит?

- Мне кажется, что до последнего времени происходил. Да и раньше были крупные "наезды" государства на бизнес. Но тогда, с моей точки зрения, у государства был вполне понятный мотив: оно не могло мириться с тем, что отдельные группировки захватили средства массовой информации и диктуют общественные настроения. Поэтому и обществом эти наезды воспринимались более или менее нормально. То есть все понимали, что так нельзя обращаться с бизнесом вообще, но в этом случае можно.

...После этого возникло ощущение, что достигнуто некое соглашение между государством и бизнесом о том, что мероприятия типа возврата к истории приватизации далее не будут допускаться. И в целом обстановка доверия стала расти и укрепляться. Это выразилось, например, в том, что стали расти вклады населения в банки, причем в меньшей степени в Сбербанк, в большей степени в частные банки. Прекратился, наконец, к середине 2003 года отток капитала. Изменение весьма знаменательное, потому что еще несколько лет назад это невозможно было представить.

- Что же происходит в экономике сегодня?

- Последние события, а конкретно - история с ЮКОСом, очень опасны. Для меня это некое знаковое явление, поскольку оно представляет собой нарушение того неявного общественного договора 2000 года. Это подрывает основу доверия, которое необходимо для развития экономики на базе частной инициативы. То есть фактора, для развития российской экономики принципиально важного...

- Но разве это не естественный процесс, когда государство, укрепившись, пытается вернуть себе то, что оно упустило, когда было слабым?

- Если строить экономику на основе частной инициативы, то государство вообще не должно обладать собственностью, кроме той, которая нужна ему для выполнения его органических функций.

Наша проблема заключается в том, что взаимоотношения бизнеса и власти не подчиняются правилам. Точнее, правила есть - Конституция, законы, но кроме этого существует и российская традиция распоряжения властью в феодальном стиле. Если ты получил власть - ты должен обогатиться, закрепиться и разогнать всех конкурентов, чтобы остаться у власти навсегда. Такая специфика была особенно характерна для латиноамериканских стран.

С моей точки зрения, мы имеем сейчас ситуацию, когда наряду с поползновениями по вопросу передела собственности есть столкновение бюрократии и крупного бизнеса. У одной стороны - административный ресурс, у другой - денежный. И при отсутствии правил власть и бизнес обязательно будут периодически схлестываться. Поэтому необходимо такие правила создать. Я считаю, что Россия получила явное доказательство того, что ей нужно реальное разделение властей, чтобы административный ресурс применялся только в рамках закона. Необходимо также поставить в рамки и применение денег: скажем, принять цивилизованный закон о лоббировании, другие законодательные акты, которые ограничили бы возможности олигархов покупать чиновников и депутатов».

Наконец, в газете «Ведомости» (6-08) была опубликована статья Евгения Ясина «Три пути», в которой он приводит свои прогнозы дальнейшего развития страны:

«...Инерционный сценарий.

Этот сценарий можно рассматривать как базовый и наиболее вероятный. Просто потому, что он не требует никаких активных действий и сам собой складывается, если не задевать ничьих интересов и держаться поближе к общественному согласию.

Сохраняется сложившаяся структура экономики. Сохраняется нерыночный сектор, ресурсы концентрируются в экспортном секторе, а "внутренние" производства испытывают недостаток средств для модернизации. Финансовые рынки развиваются темпами, примерно равными всей экономике, и неспособны трансформировать сбережения в инвестиции.

В результате возможности модернизации будут лимитированы ростом экспортного сектора, который будет зависеть от мирового спроса на топливо, сырье и металлы. Темпы роста мировой экономики в ближайшие 20 - 30 лет вряд ли будут превышать 3 - 3,5% в год. Спрос на российский экспорт будет расти заметно медленнее вследствие ресурсосбережения и структурных сдвигов в пользу нересурсоемких отраслей, т. е. в лучшем случае на 2,5 - 3% в год.

В благоприятном варианте высокие доходы от экспорта будут идти большей частью на приобретение импорта. До 60 - 70% прироста внутреннего спроса будет удовлетворяться импортом. Стимулирующее влияние доходов от экспорта на рост экономики будет минимальным. Отсюда большие различия между благоприятным и неблагоприятным вариантами прогноза (см. таблицу по адресу www.vedomosti.ru). Но оба не позволяют решать национальные задачи. Благоприятный - из-за укрепления рубля, которое начнет оказывать угнетающее влияние на развитие "внутреннего" сектора. Неблагоприятный - из-за периодических девальваций и неизбежных вспышек инфляции. Реализация этого сценария означает дальнейшее усиление неравенства и формирование накоплений в коммерческой сфере за счет населения.

Сценарий ускоренного роста.

Этот сценарий - не копия реально проводимой политики, а некая логичная схема. Реальная политика носит более популистский характер.

В рамках этого сценария осуществляются административная, судебная, военная, пенсионная реформы, дебюрократизация экономики. В совокупности это сделает экономику более свободной и открытой, а государство - более эффективным. Снижается общее налоговое бремя при повышении уровня изъятия ренты из экспортного сектора. Накопления перераспределяются из первого во второй сектор. Государство сдерживает рост цен на продукты естественных монополий, и они выходят на равновесный уровень только к 2010 г. Выгоды от повышения цен распределяются между "Газпромом", потребляющими газ отраслями и бюджетом.

Сохраняются заниженные тарифы на электроэнергию; превышение промышленных тарифов над тарифами для населения сократится, но не будет устранено. То есть либерализации цен на электроэнергию не будет или она будет частичной. Рост оплаты труда сдерживается, чтобы не допустить увеличения издержек и увеличить накопления компаний. Для этого достаточно, чтобы рост зарплаты в бюджетной сфере в реальном выражении не превышал 4 - 5% в год. Нерыночный сектор сохраняется в современных масштабах практически до 2008 - 2010 гг.

Темп роста ВВП здесь существенно выше и при благоприятном, и при неблагоприятном вариантах, но в 2008 - 2010 гг. темпы начинают снижаться. Если не будет усиления конкуренции, серьезного повышения цен на топливо, энергию и зарплаты, эффективность инвестиций во втором секторе останется невысокой, что и приведет к замедлению роста.

Структурный маневр.

Наряду с институциональными реформами этот сценарий предусматривает осуществление описанного выше комплекса мер. Его основная посылка - структурные реформы важнее достижения максимальных темпов роста в среднесрочной перспективе. Их затягивание будет ослаблять создание действенных стимулов повышения эффективности и конкурентоспособности, приведет к снижению темпов роста.

С 2004 до 2007 предлагается реформировать РАО ЕЭС и "Газпром", а также ЖКХ с либерализацией или повышением цен на газ и электроэнергию, с изъятием большей части реализованной природной ренты и ее использованием на компенсацию населению роста расходов на услуги ЖКХ. Предполагается, что после 2007 г. цены на газ и электроэнергию либерализуются и далее расти не будут. Маневр надо осуществить до 2007 г. , так как потом начнется новый избирательный цикл. Все это время будет продолжаться упадок в нерыночном секторе.

На определенном отрезке времени темпы роста надо разменять на структурные изменения. Если их откладывать, рано или поздно это приведет к падению темпов и иным негативным последствиям. С 2008 г. динамика всех основных показателей по этому сценарию улучшается и превосходит соответствующие показатели второго сценария. К этому времени снимаются социальные препятствия для реализации реформ в газовом секторе, электроэнергетике и ЖКХ, снижается дифференциация населения по доходам социальная обстановка смягчается, повышается доверие к государству.

Структурные реформы на данном этапе важнее повышения темпов роста. Важнее с точки зрения решения стратегических целей страны. Нельзя задерживать реформы, даже если они сдерживают темпы роста, нельзя осуществлять меры, способствующие росту в краткосрочной перспективе, если они останавливают структурные реформы или обращают их вспять».

Надеемся, нашим читателям было интересно ознакомиться с мнением Евгения Ясина по насущным вопросам отечественной экономики.


Обзор подготовил Владимир Володин
Никитченко Алексей Анатольевич
Ильинов Евгений Викторович
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет
Семинар «Использование модели стандартных издержек как инструмента сокращения административных издержек».

Поделиться

Подписаться на новости