Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Бизнес и власть в России находятся в постоянном конфликте друг с другом

Вопрос о пересмотре итогов приватизации, казалось бы, снятый с повестки дня еще в конце 90-х, вновь актуален в связи с делом ЮКОСа. О том, возможен ли новый передел собственности, "МН" рассказывает специалист по проблемам приватизации, член научного совета Центра Карнеги Ксения ЮДАЕВА.


- Насколько в обществе сейчас велик спрос на пересмотр итогов приватизации?

- Еще полгода назад замеры общественного мнения показывали, что население в целом смирилось с итогами приватизации. Сейчас этот вопрос снова активно поднят в связи с действиями прокуратуры в отношении компании Юкос. И я думаю, что процент желающих провести пересмотр результатов приватизации увеличился. При этом большая часть населения прекрасно понимает: массовый пересмотр ничего хорошего народу не принесет. Об этом ясно свидетельствуют цифры недавних социологических опросов "ВЦИОМ-А": 31 проц. опрашиваемых считает, что богатства перейдут новым олигархам, 23 - чиновникам и бюрократам, 18 - преступным группам. И только 10 проц. надеется, что богатства достанутся народу. То есть большинство населения отдает себе отчет, что ему от пересмотра итогов приватизации лучше не станет. Более того, могут опять вернуться времена политической и экономической нестабильности, характерные для начала и середины 90-х.

- Но вы ведь не станете отрицать того факта, что широкие слои населения считают итоги приватизации несправедливыми?

- Да, и это подрывает легитимность прав собственности. Не в том смысле, что они незаконны: приватизация делалась по закону. Однако общественное мнение считает, что одни и те же люди и законы писали, и все по ним сами приватизировали - а это нечестно! Главное же - большинство населения до сих пор не ощущает никаких положительных результатов от приватизации. Произошло сильное расслоение на очень бедных и очень богатых. И поскольку бедных гораздо больше, они считают, что у них все украли, и они пострадали. Это создает в обществе такую обстановку, когда пересмотр итогов приватизации вполне возможен. Пусть не массовый, но как-то по очереди олигархов можно "зачищать", и это не будет иметь чрезмерно негативных экономических или политических последствий. А значит, при правильном "пиаре" со стороны власти подобная акция может быть достаточно популярна среди населения. И поэтому власть может воспользоваться этим в каких-то своих целях - например, предвыборных.

- Раз есть расслоение, может, власть правильно делает, что "пощипывает" богатых?

- Думаю, это не выход: несправедливо "щипать" всех по одному, да еще и по политическим причинам. Можно попытаться как-то решить этот вопрос более или менее цивилизованно и равномерно в отношении всех. В свое время лейбористское правительство в Англии было недовольно результатами приватизации, проведенной перед его приходом к власти, посчитав, что государство получило слишком мало доходов. И был введен некий единовременный налог со всех приватизированных компаний, который был собран. После чего вопрос о легитимности приватизации там был закрыт. Думаю, что такого рода меры у нас были бы и политически более оправданы, и населением в большой степени поддержаны. А пока очень похоже на то, что какие-то группировки во власти используют эту ситуацию в целях обогащения или укрепления позиций отдельных своих представителей.

- А в качестве механизма перераспределения богатств вы видите природную ренту?

- Как раз нет. Ренту, во-первых, невозможно строго посчитать, во-вторых, технически крайне сложно собрать. Можно предложить что-то более простое, прозрачное и понятное. Например, налог на богатство. Возможный механизм здесь следующий. По большей части объектов должна быть объявлена амнистия итогов приватизации. А посмотреть можно ряд залоговых аукционов середины 90-х, по которым собственность уходила в частные руки по явно заниженным ценам. Таких может быть всего десяток-другой. Обложить ее владельцев сейчас неким дополнительным налогом - скажем, 3 проц. от нынешней стоимости компаний. И эти деньги не просто направить в бюджет, а целевым образом - например, на повышение пенсий или зарплат учителям. И тем самым закрыть вопрос о справедливости приватизации этих объектов.

- А может быть, наоборот, чтобы успокоить страсти, имело бы смысл принять закон о том, что итоги приватизации пересмотру не подлежат ни при каких условиях?

- Закон-то такой принять можно. Но на всякий закон найдется какой-то другой закон или исключения из принятого. Можно вовсе не пересматривать итоги приватизации как таковые, а задним числом пересмотреть налоги. Ведь уход от налогов у нас носил массовый характер. На протяжении последних 10 - 15 лет уходили от налогов не только представители большого бизнеса, но практически сто процентов работающих россиян. То есть у нас практически любому можно предъявить обвинение в неуплате налогов и посадить в тюрьму. Поэтому дело не в законе, а в политической воле властей.

- На ваш взгляд, будет ли в ближайшее время кем-то инициироваться вопрос о законодательном переделе собственности?

- Не думаю. Во всяком случае, президент его точно инициировать не будет. У меня, честно говоря, есть подозрения, что президент, скажем так, не до конца доволен тем, как развиваются события, но он не может эту ситуацию остановить. Однако, полагаю, он хочет сохранить лицо. Поэтому я не ожидаю, что в ближайшее время мы увидим много новых случаев атаки на какие-то другие компании. К тому же, если они продолжатся, это точно консолидирует бизнес-сообщество против власти. Пока оно испугано и разрознено, но ведь может и объединиться. Что вряд ли нужно власти.

- Это действительно так уж опасно для власти?

- Это опасно для политической стабильности. А президенту, безусловно, нужна политическая стабильность. Ведь это одно из главных достижений, на которых, в частности, базируется его высокий рейтинг. С другой стороны, конфликты между бизнесом и властью заложены в природе нашего общества. Наш бизнес так устроен, что у богатых всегда будет желание захватить власть. А власть, в свою очередь, будет пытаться все больше взять бизнес под контроль. Ситуация конфликта будет все время воспроизводить себя.

- Что может остановить эскалацию этих военных действий?

- Я не говорю о военных действиях, упаси Бог. Я говорю, что у нас три - четыре года назад был Березовский, сейчас Ходорковский, еще через четыре года еще кто-нибудь может возникнуть. Принципиальный выход в том, чтобы менять институциональные механизмы. У бюрократии слишком много власти, которая не контролируется гражданским обществом. С другой стороны, гражданское общество и не возникнет в стране с таким сильным неравенством доходов, где почти нет среднего класса. Тем не менее нам нужны какие-то институциональные механизмы, которые бы ограничивали возможность власти сильно узурпировать бизнес, а для бизнеса делали бы захват власти менее желательным.

- А что делать в создавшейся ситуации лидерам большого бизнеса - покорно ждать, пока за ними придут?

- Думаю, что в ближайшее время мы увидим более активные попытки продажи части российского бизнеса иностранным инвесторам. Хотя неизвестно, как к этому отнесется власть. Подозреваю, что те силовики во власти, о которых говорят в связи с "делом ЮКОСа", в силу своего воспитания и принципов, вряд ли увидят большие положительные результаты от продажи части российской собственности иностранцам. Хотя бы потому, что потеряют потенциальную власть над этим бизнесом. Но здесь очень важна позиция президента. Если президент смирится с тем, что российский бизнес будет выходить на международную арену, становиться частью мирового и принадлежать иностранным инвесторам, и если он сможет эту точку зрения отстоять среди своего окружения, то это может несколько стабилизировать ситуацию.


Московские Новости

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости