Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Михаил Вирин, предприниматель, юрист: "Такая вот местная власть..."

Одновременно с президентскими выборами в столице состоялись выборы местные: москвичи выбирали депутатов Муниципальных Собраний. Михаил Вирин уже в третий раз победил на выборах в органы местного самоуправления. О том, что такое муниципальная власть в Москве и как она может работать с представителями бизнеса он рассказал для нашего сайта.


- В «Независимой Газете» опубликована большая статья по поводу результатов этих выборов. Там сказано, что 10% муниципальных собраний не избраны вообще.

- Вообще – это имеется в виду, что избрано недостаточное количество депутатов для кворума.

- Понятно. Причем речь идет о том, что Москва на муниципальных выборах голосовала «против всех».

- Да. Совершенно верно.

- Почему? Ваше мнение, как человека, прошедшего эти выборы и победившего на них.

- Различия между управой и муниципалитетом, между муниципальным собранием и аппаратом управы, между районом и муниципальным образованием понимают единицы. В этом я убедился на собственном опыте: сегодня люди не имеют представления, об органах местного самоуправления. Если говорить объективно: в головах народа укоренился только один орган – управа. Только его как-то знают. Потому что, если потек кран, то звонить надо в управу. Заменить унитаз – в управу. Крыша течет, скамейки сломаны – туда же.

В лучшем случае, часть населения знала, что есть советники, но таких было немного. Толку от советников никакого: они могли только советовать, и все могли с удовольствием его не слушать. У советника не было ни общественной приемной, ни даже бланка, чтобы написать какой-нибудь запрос. Он был никем.

Сейчас вместо районных управ – управы районов. Причем самое смешное, что главы новых управ, сами управы района не являются правопреемниками тех районных управ.

- А кто же они такие?

- Как коммерсант делает несложный фокус, так сделали и московские власти. Кто они есть на самом деле? Сегодня управа района – это территориальный орган исполнительной государственной власти в Москве. Это - отдел префектуры «на земле», а префект – член правительства Москвы. Выстроена жесточайшая вертикаль. И они, конечно, хозяева района.

- Да. Но через два года в столице вступит в силу закон о местном самоуправлении.

- Это не значит, что управы исчезнут: государственная власть в Москве никуда не денется. Все зависит от того, какие полномочия останутся у нее, а какие, возможно, отдадут местному самоуправлению. Формальными правопреемниками бывших управ стали муниципальные образования. Но они ничего не получили в наследство от старых районных управ: ни имущества, ни помещений – ничего. Предварительно была проведена колоссальная работа, и все помещения, которые были в оперативном управлении старых районных управ, были переданы новым управам района. Это был юридический фокус, и человек неискушенный в этом никогда не разберется.

Нищие муниципальные образования не получили ничего. Только там, где бывший глава старой районной управы зацепился за должность руководителя муниципалитета, он, может быть, кое-что прихватил с собой: столы, компьютеры… А так все по нулям.

Причем муниципалитет - это опять новый орган, к тому же второй орган власти в районе. Два органа: один – территориальной исполнительной власти (государственной), другой – орган местного самоуправления на территории муниципального образования, границы которого в точности совпадают с границами района. В чистом виде двоевластие. Причем первая власть – управа района – мощнейшая, с деньгами, с аппаратом, окрепшая за эти годы, со льготами для работников. И хилая, малобюджетная, со ста рублями в год на жителя (причем половина этих денег изначально должно уйти на содержание аппарата) муниципальная власть.

- Но вот выборы закончились, сейчас муниципальные образования начнут работать. Вопрос такой: для того, чтобы работать, им нужны деньги.

- Конечно.

- Для того, чтобы были деньги, необходимо также, как делает московское руководство, опираться на бизнес.

- Безусловно. Но на пути этой опоры уже стоит барьер, барьер очень жесткий – законотворчество Московской городской Думы. Наш бюджет сегодня целиком определяется той строкой, которая записана в законах города Москвы, о том, что составляет нашу налоговую базу. Нам дали всего один хиленький нестабильный и непонятный налог – на дарение…

- Между прочим, Государственная Дума хочет отменить налог на дарение и наследование.

- Значит, мы совсем останемся без денег.

Мы рады бы опираться на бизнес, но законодательной основы для опоры нет. И мы целиком зависим от произвола Городской Думы. А на нее оказывает сильнейшее давление исполнительная власть. Поэтому ситуация патовая: полная беспомощность.

- А открыть какие-то муниципальные предприятия?

- Это – да. Это – единственная возможность, которая у нас юридически имеется. Но тут тоже надо открытыми глазами смотреть на вещи. Представьте себе, что вы взяли и решили вдруг заняться бизнесом. У вас ничего нет. С трудом достали денег на регистрацию своей фирмы и внесение минимального уставного капитала. Но нет ни помещения, ни оборудования, ни станков, ни финансовых, ни материальных ресурсов - у вас нет ничего. Поди-ка ты развей сейчас свой бизнес. Это ведь ситуация не 15 лет назад. Это – ситуация 2004 года, когда бизнес окреп, занял свои ниши. Это очень и очень непросто. А, судя по основному контингенту, который набрали в депутаты муниципальных советов (префектуры и управы активно проталкивали туда людей зависимых: директоров школ, поликлиник, детских садов), это люди, которые развитием бизнеса заниматься не умеют и не будут. И не захотят. И никто не будет их заставлять этим заниматься: кому нужно заставлять их становиться независимыми.

- А не ошиблись ли Вы, избравшись в муниципальный совет?

- Нет. Это, наверное, единственная возможность борьбы за интересы жителей, за развитие района.

- По работе с жалобами предпринимателей я знаю, что, например, районные управы теснили мелкий бизнес на своих территориях, как могли.

- Безусловно, ведь они не могли вести себя иначе: чиновнику надо было кормиться. Причем, я бы даже сказал, что не всегда они берут в свой карман. Довольно часто префектура ставит перед ними какие-то задачи, которые они в принципе не могут выполнить: никаких ресурсов им не дают, но требуют. Вообще главу управы регулярно ставят в позу врага народа: как хочешь, так и решай. Нет в твоей смете таких расходов, нет этих статей, или денег нет, а решай, все равно. Вот глава управы и напрягает, нагибает местных предпринимателей и каким-то образом решает поставленные задачи.

Посмотрите, что творится в управах накануне всенародных праздников. Достаточно один раз прийти накануне 8 марта, 23 февраля: там просто дверь не закрывается – идет поток ходоков с сумками, с цветами, с авоськами. Несут.

- И это все – представители местного бизнеса?

- Да. Это люди, которые зависят, которые, конечно, что-то нарушают, естественно. Это все так полюбовно и проходит.

- А к кому они теперь должны будут нести? Управам районов или главам муниципальных образований? Или и тем, и другим?

- Это хотелось бы, но не выйдет. Реальная власть, конечно, в руках управы района.

- То есть адрес остался старый.

- Однозначно. У нас нет не только каких-то законодательных рычагов, но и реальных разрешительных функций тоже нет. Нам, если начать на чиновничьем языке говорить, нечем никого даже пугнуть.

- Я в свое время писал на нашем сайте об одном предпринимателе из подмосковного Щелкова. Его травил зам главы администрации, некто господин Лобян – старался отобрать у него бизнес. И совсем недавно нам в гостевой книге кто-то, прочитав, видимо, эту историю, написал, что, оказывается, сына этого самого Лобяна (тоже участвовавшего в описанном мною деле в качестве поверенного своего отца) похитили. Запросили за него два миллиона долларов выкупа, а когда отец заявил в милицию, молодого человека тут же убили. Причем Лобян, по словам щелковских предпринимателей был самым крупным чиновничьим «деятелем» в вопросах бизнеса. И, как я понимаю, быть таким «деятелем» тоже опасно. Управа на чиновников находится самая страшная.

- А чиновник у нас, в каком-то смысле, не отличается от среднего или крупного бизнесмена. Их недаром отстреливают. Народ не понимает, почему их убивают, а на самом деле, они владеют через подставных лиц недвижимостью, различной собственностью, курируют бизнес. Они решают вопросы ценой во много миллионов долларов. Поэтому с ними и происходят такие страшные вещи.

- Будем надеяться, что депутатам Муниципальных собраний такая участь не грозит.

- Безусловно.


Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости