Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Борис Кагарлицкий, директор Института проблем глобализации. Российский бизнес очень уязвим. Часть вторая

- Борис Юльевич, сейчас Россия в очередной раз собирается вступить во Всемирную Торговую Организацию. Например, экспертами НИСИППа составлен прогноз: как будет развиваться отечественный бизнес, если присоединение к ВТО произойдет. Этот прогноз дает два варианта развития событий: пессимистический вариант и оптимистический.
Оптимистический прогноз: мы примем требования ВТО и будем развиваться по западному образцу, что даст возможность упрочиться малому и среднему бизнесу. Пессимистический прогноз – нас просто задавят импортными товарами.


- Я думаю, что на самом деле нас задавят не импортные товары, а как раз те самые законы, о которых с восторгом говорят сторонники ВТО.
Я считаю, что главная опасность – это не импорт, а та законодательная база, которая нам предлагается. Я объясню, почему.
Во-первых, к чему нас приведет законодательная база ВТО, если она будет последовательно применена в России, с учетом, кстати говоря, положений, которые еще не приняты, но находятся в разработке (к тому моменту, когда Россия в ВТО вступит, их разработка может быть завершена)? В частности закон ГАТС предполагает одну очень важную вещь, которая может быть для России просто катастрофической. Он предполагает открытие всех сфер рынка. Правда, там есть возможности для государств ограничивать этот процесс самостоятельно. Увы, зная российское государство, можно догадаться, что оно или ничего не будет ограничивать, или любые ограничения будут сниматься за соответствующую сумму.
Это соглашение предполагает возможность прихода транснациональных корпораций на рынок услуг и на местные рынки, где они могут непосредственно конкурировать с местными фирмами. Причем это включает в себя образование, здравоохранение, страхование, не говоря уже о специфических услугах. В конце концов, можно открыть сеть парикмахерских и так далее.


- Вы представляете себе, как иностранцы пытаются открыть в России сеть парикмахерских? Как они имеют дело хотя бы с нашим пожарным надзором? Или с участковыми милиционерами? Представьте себе американского бизнесмена, беседующего с контролером районной управы, предлагающим срочно внести сто долларов на некий внебюджетный счет помощи местным чиновникам.


- Я представляю себе это очень хорошо. Уверяю Вас, что эти самые американские предприниматели их всех, и пожарный надзор, и участкового милиционера, и контролеров районной управы просто купят. Поймите в чем дело: это ведь не приходит какой-нибудь мистер Джонс или мистер Смит, которые индивидуально пытаются что-то открыть. Это приходит крупная транснациональная корпорация, которая парикмахерским делом, может быть, раньше не занималась. Просто почему-то они решают монополизировать парикмахерское дело в России. Они вкладывают в это очень большие деньги – больше, чем вся совокупная выручка этого сектора, допустим, на протяжении нескольких лет. И они просто его берут себе.
Это уже происходило в некоторых развивающихся странах. Причем, как правило, сопровождалось полным вытеснением мелкого бизнеса. В странах Латинской Америки, которые входили в ВТО значительно раньше нас, мы уже видели, что происходило в связи со вступлением в эту организацию. На них распространялось международное законодательство, и тут же происходило резкое сокращение занятости именно в тех секторах, где была высокая заработная плата, при открытии некоторого количества довольно посредственных рабочих мест.
Очень типичный пример – Мексика. Там произошло перераспределение рабочих мест, в ходе которого хорошие рабочие места вопреки прогнозу переехали из Мексики в США. А в Мексике, наоборот, открылось большое количество плохих рабочих мест. В итоге возникла очень любопытная картина: совокупная занятость осталась, примерно, на прежнем уровне, но совокупный заработок существенно уменьшился.
На самом деле страны периферии привлекательны для транснациональных корпораций именно в плане того, что можно использовать дешевую рабочую силу.
И еще одно: мы все время забываем одно обстоятельство - ВТО не только дает возможность западному капиталу приходить сюда, но и увеличивает возможности нашего капитала и западного капитала, уже работающего в нашей стране, уходить отсюда. Именно об этом все время забывают сторонники свободного движения капитала. Они все время говорят: дайте возможность для свободного движения капитала, и тот придет. Но свободное движение капитала - это открытая дверь. Когда речь идет, что она должна быть открыта, чтобы капитал входил, не надо забывать, что открытая дверь используется в обе стороны. И более того, парадокс в том, что главной гарантией для того, чтобы капитал приходил, является гарантия свободного ухода. А это всегда срабатывает против слабого. И в конечном счете, проиграв сильным развитым странам, слабые конкурируют лишь между собой.
Представьте себе, что есть Запад и Россия, и никакого другого мира нет. Мы единственная страна, обладающая определенными условиями. Тогда капитал придет к нам. Но это не соответствует реальности.
В мире есть десятки стран, которые транснациональные корпорации сознательно заставляют конкурировать друг с другом. Это – конкуренция на понижение. И в этих условиях на самом деле, выигрывают те, кто более жестко регулирует свою систему на вход и выход. При этом, уже опираясь на свои имеющиеся конкурентные преимущества, чтобы навязать регулирование и сделать его неизбежным злом для тех корпораций, которые хотят иметь конкурентные преимущества и с ними работать.
В этом плане, я думаю, что ВТО приведет к достаточно большому и активному внедрению западных корпораций именно на те рынки, на которых они не присутствуют. Причем это могут быть самые неожиданные сферы, даже те, в которых эти корпорации у себя дома не работают, но которые у нас могут им показаться интересными.
Эти внедрения сначала будут происходить через крупнейшие города: Москву, Петербург, Нижний Новгород. Но даже сегодня по ситуации в российской глубинке видно, что иностранный капитал начинает туда проникать. Сейчас он проникает в значительной мере на наших условиях, поскольку дверь еще не совсем открыта. Поэтому, с одной стороны, есть определенные затруднения на вход, но с другой стороны, те, кто приходит, приходят чтобы остаться. И приходят, играя по тем правилам, которые здесь существуют.
Если же говорить о заявлениях некоторых оптимистов, что у нас будет экономика, как на Западе, так это неправда.
Простейший пример: законодательная база в Нигерии и законодательная база в Англии примерно одинаковы. Эти страны с девятнадцатого века живут по одним и тем же законам. Но посмотрите на Нигерию и посмотрите на Англию.
Если в России будут такие же законы, как во Франции, мы жить, как во Франции, не будем. И дело не в том, что мы плохие или хорошие, а в том, что наше место в мировой экономической системе не такое, как место Франции.

Беседовал Владимир Володин

(Окончание следует)

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости