Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Виктор Харченко, директор по проектам АНО ИКЦ «Бизнес – Тезаурус». Без названия

Сегодня НИСИПП и «Бизнес – Тезаурус» проводят исследования по ряду правительственных проектов. Рассказать об одной из таких работ мы попросили Виктора Анатольевича Харченко.


- Вы сейчас занимаетесь программами, связанными с юридическим оформлением земли…


- Да. Мы работаем по проекту, выполняемому в интересах Министерства экономического развития и торговли и Федеральной антимонопольной службы. Это – проект, посвященный изучению процедур, связанных с имущественными отношениями, со сделками с недвижимым имуществом. Конкретно сюда входят сделки с земельными участками, зданиями, объектами, сооружениями, нежилыми помещениями.
Есть девять процедур, которые изучаются в ходе этой работы. Исследования проходят в пятнадцати регионах. В рамках проекта мы изучаем сравнение нормативной практики, которая существует на местах как с практикой прохождения данных процедур, так и с федеральным законодательством. Насколько практика нормативная отличается от практики прохождения.


- Выходит, что у нас региональная нормативная практика может быть не тождественна федеральной?


- На самом деле, очень часто ситуация именно такая. Мы общались, например, с предпринимателями из Наро-Фоминского района Подмосковья, из Щелковского района: местные акты, регулирующие выкуп земельных участков собственниками расположенных на них зданий и сооружений, не соответствуют федеральному законодательству. В данном случае – Земельному кодексу.


- То есть на местах, как правило, изменяют федеральные нормы?


- Как правило, местные чиновники подстраивают их под себя. Все местные акты написаны под конкретных чиновников, сроки увеличены, прописаны некие завышенные требования, в связи с чем и существуют механизмы взимания дополнительных платежей.


- Понятно. Вы работаете над проектом в пятнадцати регионах…


- Сразу нужно отметить, что над проектом работаем не мы одни – есть у нас и организация – партнер. С ней мы поделили регионы – восемь у нас, семь – у них.


- Хорошо, пусть будет восемь регионов. Но ситуация везде одинакова, или в каждом регионе свои изменения норм?


- Скажем так: есть ряд процедур, которые практически не различаются в зависимости от региона. Например, процедура приватизации, процедура регистрации прав на вторичном рынке: они достаточно прозрачны, достаточно устоялись во времени. И, что главное, они практически совпадают с федеральным законодательством. Конечно, есть некие нюансы, но в целом они выдержаны одинаково. К таким процедурам относится также процедура получения прав аренды на муниципальное имущество на торгах.
Это – три процедуры, которые в принципе совпадают. Остальное, в первую очередь все, что связано с земельными участками: получение участков под строительство, предварительное согласование места расположения объекта, то, что связано с конкурсом на торгах, с выкупом земельного участка, переводом из одной категории в другую– различается и порой доходит до вещей, достаточно непонятных. Допустим, есть город Гатчина, а есть Гатчинский район Ленинградской области. Их администрации находятся в трех минутах езды на машине друг от друга. Они издают абсолютно отдельные местные акты, которые сильно отличаются друг от друга. И если предприниматель из Гатчинского района захочет работать в городе, то там совершенно другие процедуры.


- А в самой Ленинградской области уже третьи процедуры?


- В самой области порядка 29-ти муниципальных образований, и в каждом свои собственные порядки. За те или иные процедуры отвечают разные органы власти, для их оформления требуется разный набор документов. Сама процедура сильно различается: куда в первую очередь идти, куда во вторую, куда в третью. Затраты и издержки разные.
Скажем, если предприниматель приедет в Ленинградскую область из Владивостока, он, без того, чтобы там поселиться и освоиться, не разберется в местных порядках.
И с подобными явлениями, разумеется, связаны большие проблемы.


- Какова же Ваша задача в столь странной и печальной ситуации?


- Во-первых, мы должны выяснить, в каких регионах все же есть положительная практика, которая может быть распространена на федеральном уровне. Во-вторых, необходимо узнать, почему все-таки нарушаются нормативные акты. Практика очень сильно отличается от того, что в этих актах записано.
Нужно с помощью внесения изменений в законодательство повлиять на создавшееся положение: какие-то вещи, которые не работают, нужно из закона убрать, какие-то, нуждающиеся в расширении, прописать детально (именно на федеральном уровне). Например, это касается поправок в Земельный кодекс.
Самая же главная цель – дать четкие предложения и замечания для министерств – заказчиков. А уже они будут дальше вносить это в правительство.


- А как Вы считаете: возможны какие-то радикальные меры по наведению порядка в этой сфере? Ведь у нас с будущего года должен вступить в силу новый закон о местном самоуправлении, который довольно резко увеличит количество муниципальных образований.


- Не обязательно увеличит. Там, где я был, город Гатчина, например, собирается вместе с Гатчинским районом и еще одним муниципалитетом сливаться. Так что возможно движение в обе стороны.
Но есть и другой момент, как решить проблему с принятием этого закона: максимальное количество процедур и максимальную детализацию вывести на федеральный уровень.


- Почему этого до сих пор не было сделано?


- Потому, что Земельный кодекс, который был принят – только первый шаг в этом направлении. Те поправки, которые были внесены в него в 2004-м году, - это второй шаг. И эти последовательные шаги идут постепенно. Все предусмотреть было невозможно. Более того, сейчас в большинстве регионов процессы разделения земли между местной, региональной и федеральной властью только начались. Местные власти еще не понимают, что такое муниципальная земля. Они уверяют, что нет даже такого понятия. «Дайте нам нашу землю, а мы будем решать, что с ней делать», - говорят они. Все эти процессы только идут, а поскольку различные реформы проводятся параллельно, возникает нестыковка.
Пока процесс разграничения не пройдет хотя бы в 50% регионов, делать выводы и принимать радикальные решения не стоит.


- То есть сначала надо поделить между разными уровнями власти саму землю?


- Да. Хотя, на самом деле, земля – насущный вопрос, который все хотят решить как можно скорее. Поэтому везде стараются обойти федеральное законодательство. Допустим, до момента принятия закона о переводе земель из одной категории в другую в некоторых субъектах федерации были приняты местные акты, по которым они работали. Другое дело, что в 70 случаях в конкретном муниципальном образовании процедура была реализована только на местном уровне, и только четыре случая из 70 были рассмотрены на уровне региона. Что эти 70 случаев стоили местным предпринимателям – это уже отдельный вопрос.


- То есть местные чиновники, как сидят на земле, так с нее и имеют?


- В принципе да. Сейчас большинство вопросов, касающихся распределения земельных участков, находится в ведении местных властей.
И пусть понятия «муниципальная земля» нет, они друг с другом уже договорились. Например, известно, что вот эта земля после разграничения будет местная, эта отойдет к области, а эта – федеральная. И все процессы идут на основе устных договоренностей. В некоторых регионах бывают случаи, когда областные власти арендуют землю у городских, и этот факт подтверждает, что она находится в местном ведении.
Теперь же надо все упорядочить законодательно. И наш проект должен в этом помочь.


Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости