Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Юрий Симачев, заместитель директора ОАО «Межведомственный аналитический центр». Налоговую политику нужно менять. Часть вторая

- Юрий Вячеславович Госдума, Минфин и администрация президента согласовали окончательный вид законопроекта о налоговой амнистии. Как следует из текста законопроекта, уже принятого Госдумой, ее решено провести без участия налоговых органов. Для получения «индульгенции» достаточно будет перечислить в федеральное казначейство 13% от той суммы, которую любой желающий прощения сочтет спрятанной им от ФНС.
По мнению главы думского экспертного совета по налоговому законодательству Михаила Орлова, хотя в новой версии закон и стал более привлекательным для граждан, главный его недостаток остается прежним. Речь идет о сохранении ответственности за преступления, сопутствовавшие уклонению от налогов: принявшие участие в амнистии могут оказаться «под колпаком» у правоохранительных органов за нарушения таможенного, валютного и прочего законодательства. «Зачем гражданину сознаваться в доходах, заработанных в 2001 году на продаже пирожков, если его потом могут привлечь за незаконное предпринимательство?» – спрашивает эксперт.
Полностью новый вид законопроекта, похоже, устраивает только его разработчиков в кремле. «Амнистия не экономическая, а внутриполитическая мера. Целью проекта является не сбор денег, а создание психологического комфорта у граждан, их своеобразное «очищение от грехов»,– пояснил Ъ источник в администрации президента.
Но бизнесмены и сейчас могут без проблем ввести все свои деньги в оборот, а граждане — задекларировать свои доходы под видом продажи имущества, заплатив те же 13% налога, утверждают эксперты. По их мнению, амнистия будет иметь смысл только для индивидуальных предпринимателей: вместо двух налогов — ЕСН и подоходного — они заплатят лишь 13%.
Предположить количество людей (на юридические лица амнистия не распространяется), согласившихся на принятых условиях легализовать свои капиталы, не может пока никто. Хотя, например, депутат Госдумы Владислав Резник уверен: «Не так важно количество людей, которые это сделают. Важно, чтобы у людей была возможность это сделать».
Но, с другой стороны, средства массовой информации напоминают: еще в феврале 2006 года вице-премьер Александр Жуков прямо говорил о том, что рассматривается «возможность возврата к механизму контроля за расходами». «Вместе эти акции дадут весьма положительный эффект», - пояснил он. Так что привлекательность амнистии для налогоплательщиков некоторые остроумные парламентарии и журналисты рекомендуют оценивать по принципу: «Мало сказал - мало дали, много сказал - много дали, ничего не сказал - ничего не дали».
Каково Ваше мнение?

- Сама по себе идея налоговой амнистии правильна. И она имеет, что мне нравится, не какой-то финансовый, а, прежде всего, морально-психологический смысл. Опять-таки хорошо, что это направлено на обеление бизнеса, на обеление инвестиций.
Были люди, которые в какой-то очень тяжелый момент, прежде всего, в момент дефолта, пошли на какие-либо нарушения, чтобы спасти тающие у них в руках средства. И средства-то, может быть, не очень крупные, особенно когда речь идет о малом и среднем бизнесе.
И вот сейчас представителям такого бизнеса предлагается вновь стать законопослушными гражданами. И это хорошо. Другое дело, что желание стать законопослушными компенсируется неуверенностью, что государство не будет потом как-то преследовать тебя за эти деньги. Потому что совсем четких гарантий, по-моему, нет: не осуществишь эту амнистию, будет тебе неспокойно, осуществишь – возникают достаточно крупные риски, связанные с тем, что куда-то эта информация идет, куда-то она попадет: государственным структурам, криминальным элементам. Чисто психологически понятны такие мотивы. Хотя, честно говоря, эту амнистию надо было проводить, причем проводить и скорее, и раньше.
Есть еще один момент: сейчас речь идет про амнистию по неуплаченным налогам. Но, если все это начиналось дефолтом, то, как правило, все это сочеталось с незаконным вывозом средств. То есть речь шла и о нарушении таможенных норм, и за это амнистии, вроде бы, нет. А ведь там все накрепко связано.

- Да, за попутные преступления ответственность не отменяется.

- Увы, это – неполная амнистия. Она оставляет возможности для предъявления претензий. И у меня нет чисто внутренней психологической убежденности, что этим наши чиновники не воспользуются. И что не будут предъявляться какие-то претензии к тем, кто воспользуется амнистией. Причем причины для таких претензий могут быть совершенно разные.
К тому же за последние несколько лет уверенность в том, что государство хорошо хранит секреты, существенно ослабла. После ряда громких дел с продажей различных баз данных не создается ощущение, что наши тайны государство может надежно хранить.
Еще раз говорю: я сейчас комментирую какие-то возможные психологически отрицательные моменты.

- Вы знаете, все на это обращают внимание.

- На это нужно обратить очень серьезное внимание. И тогда эти данные уже никуда не уйдут. Я должен заметить, что все, что касалось данных тех же налоговых структур, когда мы подавали сведения о своих доходах, я ни разу не слышал, чтобы из налоговой службы эти данные куда-то ушли и продавались на рынке. Мне, например, о дисках с такими базами данных слышать не доводилось.

- Я слышал о том, что продавалась база данных по налогам с юридических лиц.

- Ну, такие данные могут уходить по разным каналам. И база данных, о которой вы говорите, ушла, насколько я помню, через один из государственных фондов, куда должны поступать обязательные отчисления. По крайней мере, по доходам граждан, а это самые незащищенные налогоплательщики, таких случаев я не припоминаю.
Во всяком случае, психологический аспект налоговой амнистии мне видится именно так.

- Последний вопрос. У нас скоро Новый год, и все уже подводят итоги года уходящего, появляются прогнозы на будущий год. Причем прогнозы самые различные и, как это принято у нас, во многом апокалиптического характера.
Экономисты, находящиеся в жесткой оппозиции к власти, говорят, что уходящий год (как и ряд предыдущих) вообще пропал для развития страны. А люди, не критикующие постоянно правительство и кремль, осторожно говорят: не верьте западным аналитикам, что цена за баррель нефти вырастет до 93 долларов, она упадет до 30 – 35. И у нас все будет неважно, 2007 год окажется очень сложным и чуть ли не роковым.
Как Вы считаете, всему этому стоит верить, или все не так уж плохо, а виновата наша привычка постоянно ждать чего-то плохого?

- Во-первых, у нас, действительно, есть привычка ждать чего-то плохого, и это – самое ужасное, что может быть. У меня впечатление, что в нынешней ситуации, если мы говорим просто о следующем годе, надо очень сильно постараться, чтобы довести дело до каких-то апокалиптических событий.
Запас прочности у страны, прежде всего, благодаря тому же стабфонду, очень велик. Он настолько лучше, чем когда-либо, что на макроуровне каких-то апокалиптических событий не предвидится.
Другое дело, можно говорить о том, что на фоне макроэкономических успехов мы должны видеть проблемы, особенно те, которые решаются недостаточно быстро, которые, как оказалось, решать довольно сложно в наших сегодняшних условиях.
Да, у нас макроэкономическая стабильность. Но ее недостаточно, например, для необходимого роста иностранных инвестиций, поскольку структурные реформы идут очень медленно, буксует работа по снижению нерациональных административных барьеров. В свое время она велась достаточно активно, сейчас уже буксует, а ведь эта работа, которую нужно осуществлять постоянно. Конечно, выполняя ее, нельзя завоевать существенных наград, потому что тут, как в сказке, отрубаешь одну голову, вырастает две других, и этим надо заниматься постоянно. Иначе у нас очень резко возрастают расходы экономики.
Да, мы говорим, что у нас небольшая налоговая нагрузка. Но к ней добавляются расходы, вызванные нерациональным налоговым администрированием, из-за чего компании реально платят больше налогов, чем должны по закону. И плюс к этому нерациональные административные барьеры, преодолевать которые приходится тоже за счет финансовых ресурсов. И возникает некий административный налог. Все вместе дает довольно высокие налоги на бизнес.
Тем не менее, оснований для чего-то очень ужасного в ближайшем будущем я не вижу. Да, говорят, что в ближайшее десятилетие нефть будет стоить 35 долларов. Ну, 35 долларов – это вполне нормально.
Конечно, произойти может все, что угодно: от Луны может отвалиться кусок и упасть на Землю. Но разве на это стоим нужно строить прогнозы.


Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости