Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Интервью Председателя Правления ОАО «РосБР» Сергея Крюкова Национальному банковскому журналу

РОСБР НЕ ДАСТ В ОБИДУ МАЛЫЕ ПРЕДПРИЯТИЯ

Сергей КРЮКОВ: Мы не вмешиваемся в конкурентную среду, не диктуем условия участникам рынка, Для нас важно только одно: чтобы ресурсы были доступными для конечного заемщика

В условиях дефицита долгосрочных ресурсов на внутреннем и внешнем рынках одним из основных источников дешевых денег для малого и среднего бизнеса стал Российский банк развития. Однако лимиты банка ограничены, и к своим партнерам он предъявляет достаточно высокие требования. О том, как будет выстраиваться в будущем взаимодействие РосБР с банковским сектором, и о том, какие направления деятельности рассматриваются в качестве приоритетных, рассказал в интервью НБЖ председатель правления Российского банка развития Сергей КРЮКОВ.

РЯДЫ ХОРОШИХ ЗАЕМЩИКОВ РЕДЕЮТ

НБЖ: Сергей Павлович, в кризис количество источников фондирования для банковского сектора существенно сократилось. В этой связи существенно возросло значение государственных программ и институтов, предоставляющих необходимое финансирование. Как дефицит денежных средств сказался на деятельности Российского банка развития?

С. КРЮКОВ: За прошлый год объем заключенных РосБР договоров вырос более чем в 3,5 раза и с начала текущего года увеличился почти в два раза. При этом в целом объемы кредитования банками сектора МСБ еще не достигли докризисных значений. Таким образом, доля Российского банка развития на рынке за кризисный и посткризисный период существенно увеличилась. Однако она по-прежнему не столь высока - около 2,4% от объемов кредитования МСБ. Объемы средств, предоставляемых в рамках госпрограммы по субсидированию процентных ставок, значительно больше.

Однако мы считаем, что наши ресурсы гораздо перспективнее, так как являются возвратными и платными. Только при соблюдении этих двух условий финансирование будет эффективным, так как бизнес понимает, что полученные средства нужно отрабатывать и возвращать в четко обозначенные сроки. И это понимание положительно сказывается на эффективности деятельности предприятия. В то же время, предоставляя льготное финансирование, мы не вмешиваемся в конкурентную среду, не диктуем и не навязываем условий участникам рынка. Для нас важно, чтобы ресурсы были доступными для конечного заемщика.

НБЖ: В эпоху бурного развития банки отмечали, что им сложно осваивать средства, так как трудно найти качественных заемщиков. Кризис подорвал финансовое благополучие многих предпринимателей, поэтому можно предположить, что проблема эффективного размещения средств в банковском секторе обострилась.

С. КРЮКОВ: Действительно, проблема дефицита качественных заемщиков всегда была присуща банковскому сектору. И в кризис ситуация, конечно, усугубилась: в 2008-2009 году потребительский спрос существенно сократился и, соответственно, спрос на услуги и продукцию субъектов МСБ также упал. Кроме того, многие представители сектора МСБ связаны технологическими цепочками с крупными предприятиями. А некоторые компании из числа "крупняка", как известно, в острую фазу кризиса отказались платить по своим "мелким" обязательствам и подорвали тем самым устойчивость своих поставщиков. Таким образом, в период кризиса многие заемщики столкнулись с финансовыми сложностями и подпортили свою кредитную историю: проводились реструктуризации, закрывались и перепрофилировались компании, шли увольнения, фиксировались убытки.

Сейчас ситуация начинает постепенно исправляться. Наметился некий тренд на восстановление финансовой устойчивости и роста предпринимательской активности в секторе МСБ. Однако оживление рынка происходит очень медленно. Чтобы ускорить этот процесс, правительство приняло ряд стимулирующих мер, однако их результативность растянута во времени. Если бы в качестве антикризисных мероприятий были введены налоговые каникулы на три-пять лет, как во многих зарубежных странах, то это могло оказать практически мгновенный эффект. Однако у нас вместо этого был введен единый социальный налог. Последствия его вступления в силу могут оказаться достаточно тяжелыми: если сейчас 75% предприятий МСБ находятся в "открытой зоне", то с вступлением в силу ЕСН, согласно исследованию, проведенному ОПОРОЙ России, от четверти до трети малых предприятий могут снова "уйти в тень". В этой связи хороший заемщик, конечно, будет оставаться большой редкостью. И за таких заемщиков сейчас в банковском секторе идет активная борьба.

НБЖ: Как вели себя в кризис кредиты, выданные в рамках программы РосБР? Каков уровень просрочки?

С. КРЮКОВ: До кризиса средний размер просрочки по портфелю у наших партнеров находился в рамках 3-5%. В кризис уровень просрочки вырос приблизительно в два раза, то есть достиг 8-10%. Просрочка по кредитному портфелю РосБР значительно меньше, так как мы не работаем напрямую с бизнесом; она находится на уровне 1,5-2%. Но необходимо понимать, что программа только недавно была запущена и сроки возврата по кредитам еще не наступили, а потому говорить об уровне просрочки пока рано.

С КЕМ ДРУЖИТ РОСБР?

НБЖ: Количество банков-партнеров постоянно увеличивается. Сейчас их число перевалило за 140. И какое соотношение среди них региональных и федеральных банков?

С. КРЮКОВ: Мы стараемся не ограничиваться банками федерального масштаба или, наоборот, концентрироваться на работе с региональными банками. Мы приветствуем ситуацию, когда на региональном рынке присутствуют кредитные организации различных уровней, потому что каждая из них имеет определенные преимущества. Крупные банки обладают современными технологиями и широкими возможностями для внедрения сложных финансовых инструментов. Региональные банки обладают знанием местного рынка, имеют тесные связи с бизнесом.

Как правило, кредиты МСБ составляют большую часть портфеля региональных банков. Федеральные банки, приходя на новый рынок, заинтересованы, прежде всего, в привлечении на обслуживание крупных предприятий, а малый бизнес часто финансируется по остаточному принципу. Сейчас около 70-80% наших партнеров - это как раз региональные банки.

НБЖ: Насколько устойчиво сейчас положение региональных банков?

С. КРЮКОВ: На рынке было много спекуляций по поводу увеличения требований к минимальному размеру капитала банков в прошлом году. Однако последствия введения этого норматива оказались минимальными: всего лишь три банка не смогли преодолеть установленную планку. Таким образом, банковское сообщество продемонстрировало высокую устойчивость и ответственное отношение к бизнесу.

Сейчас у некоторых региональных банков есть проблемы с качеством кредитного портфеля, с выполнением нормативов долгосрочной ликвидности, так как они, в отличие от крупных федеральных банков, не имеют возможности выходить на внешние рынки капитала. Однако сберегательная активность населения растет, и большинство банков привлекают новых вкладчиков и пополняют свою пассивную базу. В целом мы оцениваем состояние этого сегмента как достаточно стабильное. А потому число наших банков-партнеров в основном увеличивается за счет присоединения к программе региональных банков.

НБЖ: Среди санированных банков были и ваши партнеры?

С. КРЮКОВ: Два банка, попавших под санацию, получали финансирование по программе РосБР. Сейчас клиенты, получившие кредиты по нашей программе, перешли к нам на обслуживание. Дело в том, что, согласно договору, если банк-партнер прекращает свою деятельность, то залог прав требований к заемщикам переходит к нам. Но РосБР, как известно, не работает напрямую с бизнесом, а потому в скором времени мы передадим таких заемщиков на обслуживание коммерческим банкам. Совместно с Агентством по страхованию вкладов ведется активная работа в этом направлении.

НБЖ: А на каких условиях будет передаваться кредитный портфель на обслуживание в другой банк?

С. КРЮКОВ: Мы будем передавать их по той цене, по которой были выданы средства, то есть фактически по номиналу. Сейчас мы ведем соответствующие переговоры. Я думаю, что до конца текущего года вопрос будет закрыт.

НБЖ: Планируете ли вы дальше расширять количество банков-партнеров?

С. КРЮКОВ: Конечно. Активному привлечению к сотрудничеству новых кредитных организаций сейчас препятствуют ограничения, установленные программой. Но эти ограничения не будут существовать вечно, постепенно они будут смягчаться, и тогда у нас уже будет не 140 банков-партнеров, а гораздо больше. Мы заинтересованы в привлечении новых участников, потому что увеличение доступа к ресурсам позволит повысить уровень конкуренции на рынке. А это, в свою очередь, будет способствовать снижению процентных ставок для конечного заемщика.

НБЖ: Сейчас федеральные банки активно подключаются к программе РосБР и осваивают значительную часть ресурсов. Однако в скором времени внешние рынки откроются. Не опасаетесь ли вы того, что крупные банки снова переключатся на дешевые западные деньги?

С. КРЮКОВ: Все возможно. Это будет зависеть от того, какую бизнес-модель реализует банк и какова структура его баланса. Конечно, если на рынке появятся более дешевые деньги, то банки захотят воспользоваться предоставленной им возможностью. Но дешевый внешний рынок интересен только участникам рынка, работающим с валютой. Субъекты МСБ, как правило, предпочитают рублевые кредиты, так как не хотят брать на себя валютные риски. Если приводить ставку международного рынка привлечения средств в валюте к текущей рублевой ставке, то стоимость западных денег окажется дороже, чем стоимость финансирования по нашей программе.

НИЖЕ НЕКУДА

НБЖ: РосБР в течение года несколько раз снижал ставку фондирования для своих банков-партнеров, чтобы уменьшить стоимость кредитов для конечных заемщиков. Каков сейчас размер ставок по кредитам, предоставленным в рамках программы РосБР?

С. КРЮКОВ: Сейчас размер ставок по кредитам для конечных заемщиков, предоставленных в рамках программы МСБ РосБР, составляет около 15%. К концу года, учитывая снижение стоимости фондирования, ставка приблизится к 12%. Это неплохой результат по сравнению с "ценами", которые сейчас есть на рынке.

Однако стоит признать, что ставка по-прежнему остается двузначной и бизнесу тяжело ее отрабатывать. Но такова действительность. Сегодня даже ставки по кредитам для крупных корпоративных заемщиков в редких случаях опускаются ниже 10%. При этом не следует забывать о том, что мы предоставляем "длинные" деньги: по основным продуктам сроки кредитования составляют от трех до пяти лет, а по программе "Финансирование инноваций и модернизации" -до семи лет. Альтернативные варианты с подобными условиями сегодня на рынке сложно найти.

НБЖ: Вы сказали, что сейчас среднерыночная ставка по кредиту, предоставленному в рамках программы РосБР, составляет 15%. Откуда берутся такие проценты, если вы предоставляете банкам финансирование менее чем под 9% годовых, а рекомендуемая банкам-партнерам маржа - 3%?

С. КРЮКОВ: Во-первых, уточню, что мы не можем директивно ограничить размер устанавливаемой маржи. Банк подает заявление на участие в программе и в этом заявлении указывает, под какую ставку он готов кредитовать бизнес. В зависимости от существующего в данном регионе предложения и экономической ситуации мы устанавливаем для банка региональные квоты. Понятно, что чем ниже ставку заявляет банк, тем больше ресурсов мы готовы ему предоставить. Сейчас средний размер маржи по кредитам банков-партнеров составляет 4-5%. Как я уже говорил, к концу года ставки для сектора МСБ сократятся с 15 до 12%.

Минфин понизил ставку по депозиту, который получает Внешэкономбанк из фонда национального благосостояния, и в августе мы смогли снизить стоимость фондирования для банков-партнеров. Заемщик же получает деньги с небольшим опозданием: может уйти до 90 дней на выполнение технической работы (заключение кредитного договора, оформление залогового обеспечения и пр.).

НБЖ: Почему так получилось, что изначально РосБР рекомендовал 3% маржи, а в итоге на рынке этот показатель вырос до 4%?

С. КРЮКОВ: Как вы сами сказали, 3% маржи - это наша рекомендация. Риск при кредитовании несет банк, а потому мы не можем ему навязывать какие-то условия. Если мы в директивном порядке ограничим ставки по кредитам, то круг заемщиков резко сузится, потому что банки ограничатся кредитованием очень небольшого сегмента самых надежных заемщиков. Сейчас кредитные организации могут устанавливать более высокую маржу для тех клиентов, у которых нет ликвидных залогов и у которых "подпорченная" кредитная история.

НБЖ: А бывают случаи, что банки злоупотребляют предоставленной свободой в процентной политике и устанавливают завышенную маржу для получения сверхприбыли?

С. КРЮКОВ: Конечно, такие случаи бывают, но мы их достаточно быстро выявляем. Ежемесячно РосБР проводит проверку реестров, которые предоставляют нам банки. Иногда мы осуществляем выездные проверки, в ходе которых изучаем документацию у заемщиков.

Кроме того, к нам могут напрямую обратиться сами представители бизнеса через сайт, через предпринимательское сообщество. Каждый поступивший сигнал мы проверяем. И в случае выявления злоупотреблений общаемся с банком, на который поступила жалоба. Как правило, после этого стоимость кредита для предприятия пересматривается в меньшую сторону. Но опять же уточню, что навязать условия кредитования мы не можем, потому что выстраивание отношений с заемщиком является внутренней политикой банка.

НБЖ: То есть никаких карательных мер вы не предпринимаете?

С. КРЮКОВ: Карательные меры возможны только в одном случае: когда банк, участвуя в тендере на региональные квоты, заявляет определенную ставку, а в ходе проверки реестра выясняется, что он предоставил кредит, допустим, под 13%, а не под 12%, как было изначально указано в ходе конкурса. В этом случае могут быть применены определенные санкции. Но таких нарушений пока не было.

НБЖ: На данном этапе ставки по кредитам опустились даже ниже докризисного уровня. Существует вероятность, что под давлением неблагоприятных экономических факторов - например, в случае возобновления роста цен - они снова поползут вверх?

С. КРЮКОВ: Мы не можем повысить стоимость фондирования, потому что средства на реализацию программ предоставляются нам государством на долгосрочной основе. Прогнозируемость стоимости ресурсов является очень важной для банков, особенно региональных, которые чувствительны к сиюминутным рыночным изменениям. Имея доступ к "длинным" деньгам, банк может четко планировать свой бюджет, выстраивать эффективную кредитную политику, участвовать в долгосрочных проектах.

Некоторые банки говорят о том, что на рынке можно привлечь более дешевые деньги. В основном в данном случае подразумевается возможность рефинансирования в Центральном банке, а также существовавшие в недавнем прошлом беззалоговые аукционы ЦБ. Также некоторые банки могут выйти на публичные рынки. Однако позволить себе выпуск облигаций, а тем более привлечь синдицированный кредит или облигационный заем на внешнем рынке, может очень узкий круг финансово-кредитных организаций. Поэтому альтернативные источники финансирования на внутреннем рынке сегодня сложно найти.

РОСБР ЗАМАНИВАЕТ БАНКИ В ИННОВАЦИОННЫЕ ПРОЕКТЫ

НБЖ: Российский банк развития всегда пытался сделать акцент на кредитовании производственного сектора. В условиях кризиса, когда, как вы сами отметили, качество заемщиков ухудшилось, данное условие все равно соблюдается?

С. КРЮКОВ: Да, представители сектора торговли и сферы услуг среди наших заемщиков сегодня значительно превалируют. Они составляют порядка 6о% от общего числа заемщиков. Производственный сектор существенно отстает, а представители инновационного бизнеса в секторе МСБ вообще являются штучными экземплярами. Мы трепетно следим за судьбой каждого из них и стараемся его "вырастить". С этой целью у нас как раз запущена программа финансирования инноваций и модернизации в малом бизнесе, в рамках которой мы предоставляем самые "длинные" кредиты (до семи лет) под самые низкие проценты (от 1/2 до 3/4 ставки рефинансирования ЦБ).

Конечно, риски по таким заемщикам гораздо выше. Во-первых, это длительные проекты. Во-вторых, неизвестно, воспримет ли рынок новые технологии, выйдут ли они в итоге на запланированный объем. Спрогнозировать ситуацию достаточно сложно, а потому по объективным причинам банки не могут предоставлять кредиты инновационным предприятиям под низкие проценты. Снижая стоимость фондирования для банков-партнеров, мы стимулируем их к рассмотрению подобных проектов.

Важно отметить, что данный продукт реализуется на принципах государственно-частного партнерства. То есть в финансировании проекта обязательно должен участвовать собственник бизнеса и банк-партнер. Собственник должен быть сам уверен в успехе проекта и должен быть готов взять на себя определенные финансовые обязательства. В свою очередь, банк-партнер следит за тем, как развивается проект. При этом мы не вступаем в проект на "нулевой точке", то есть на уровне идеи. Мы готовы подключиться на средней стадии, когда начинается производство опытного образца.

НБЖ: Банки проявляют интерес к участию в инновационных проектах? Ведь это не только рисковые проекты, но и еще достаточно трудозатратные.

С. КРЮКОВ: Конечно, банки предпочитают менее рисковые проекты.

Гораздо проще прокредитовать торговое предприятие, где оборачиваемость средств составляет около 40 дней. Но, запустив механизм финансирования инноваций и модернизации, мы неожиданно для себя отметили высокий интерес со стороны партнеров. На наше предложение участвовать в программе практически мгновенно откликнулись около ста банков, многие из них уже принесли конкретные проекты. В результате сейчас у нас установлено лимитов на финансирование проектов по инновациям и модернизации на сумму более 4 млрд рублей. Но необходимо понимать, что этот продукт не может быть массовым. Это точечная поддержка отдельных предприятий или проектов, которые, по нашему мнению, имеют на рынке хорошие перспективы.

НБЖ: Можно сказать, что кризис оказался в определенной степени полезным для экономики. Если раньше рынок развивался неконтролируемо, то сейчас появилось множество программ по стимулированию приоритетных отраслей и секторов производства.

С. КРЮКОВ: Данную ситуацию хорошо иллюстрирует пословица: не было бы счастья, да несчастье помогло. Действительно, именно в 2008-2009 годах было принято подавляющее число постановлений и решений, направленных на стимулирование предпринимательской активности в секторе МСБ. В частности, на уровне регионов была предоставлена возможность снижать ставку налога на бизнес с 15 до 5%, была упрощена процедура подключения к энергосетям, аренде и выкупу помещений, предоставлена возможность получения госсубсидий, ограничено количество проверок бизнеса надзорными органами, расширен перечень бизнеса, который открывается в уведомительном порядке, приняты долгожданные законы о микрофинансировании и кооперативах. Все эти меры призваны создать комфортную бизнес-среду.

Однако в результате исследования, проведенного ОПОРОЙ России, выяснился интересный факт: от общего объема средств, предоставленных правительством в рамках антикризисных программ, на малый и средний бизнес приходится всего лишь несколько процентов.

НЕПРОФИЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

НБЖ: В прошлом году РосБР расширил спектр своего действия. Теперь вы кредитуете не только банки, но и факторинговые и лизинговые компании, а также микрофинансовые организации. Почему было принято решение приступить к освоению смежных рынков?

С. КРЮКОВ: Хороших заемщиков на рынке довольно мало. Чтобы как-то исправить эту ситуацию, мы попытались понять, что является основными отягчающими факторами для бизнеса. В результате проведенных исследований мы пришли к выводу, что у производственного сектора есть две основные статьи затрат, которые сильно бьют по бюджету компаний: расходы на недвижимость и оборудование. Сектор недвижимости является для нас абсолютно "чужим", поэтому мы решили помочь сократить вторую статью расходов.

Наиболее простым способом обновления автопарка, модернизации оборудования сегодня являются лизинговые схемы. Поэтому мы разработали специальные программы, которые призваны наладить взаимодействие предприятий с лизинговыми компаниями. Сейчас у нас заключены соглашения более чем с 6о лизинговыми компаниями разного профиля (специализирующимися на лизинге транспорта, специальной техники, оборудования и прочем), которым мы предоставляем дешевое финансирование.
НБЖ: Но в кризис лизинговые и факторинговые компании очень сильно пошатнулись, с рынка ушли даже крупнейшие игроки. Вы не боитесь высоких рисков в этом сегменте?

С. КРЮКОВ: Вы правы, ситуация на этом рынке непростая. У тех же лизинговых компаний скопилось большое количество невостребованного оборудования. Но постепенно бизнес перестраивается, спрос восстанавливается. Мы, в свою очередь, выбираем для сотрудничества только лучших игроков, то есть те компании, бизнес которых нам понятен, где мы можем просчитать лимиты и проследить их деятельность.

НБЖ: 0 рисках в микрофинансовом секторе вообще ходят легенды. Многие инвесторы воспринимают этот рынок как "черную дыру"...

С. КРЮКОВ: Соглашусь, что микрофинансовый рынок - непростой сегмент. Сами его участники не могут сказать, сколько их: кто-то называет цифру 150, кто-то - 200, а кто-то - 400. Однако недавно был принят закон, который, как мы надеемся, в ближайшее время придаст рынку более цивилизованный вид.
Мы, учитывая все риски, выходим на рынок очень осторожно, сейчас сотрудничаем с несколькими игроками, являющимися лидерами. Они принимали участие в разработке закона, и мы доверяем их рыночному "чутью".

НБЖ: Некоторые участники рынка микрофинансирования говорят о том, что программа существует, но де-факто воспользоваться ею никто не может, потому что РосБР устанавливает ограничения по максимальной ставке предоставления займов конечным заемщикам. Возможно ли, что данные ограничения будут сняты?

С. КРЮКОВ: Устанавливая ограничения, мы руководствуемся прежде всего интересами конечного заемщика. Если микрофинансовая организация не готова предоставлять займы под 22% годовых, то она может брать деньги на удобных для нее условиях на рынке. Однако там стоимость фондирования гораздо выше.

Проблема в том, что некоторые организации хотят не только дешево получить средства, но еще и много на этом заработать. Некоторые микрофинансовые организации предоставляют займы под 40% в месяц. Мы не можем поощрять такой ростовщический подход.

ДОРОГА В БУДУЩЕЕ ЧЕРЕЗ РЫНОК КАПИТАЛА

НБЖ: Вы получили 30 млрд из Фонда национального благосостояния. Достаточно ли этих средств?

С. КРЮКОВ: Сейчас портфель подписанных договоров с нашими партнерами превышает 6о млрд рублей. Для осуществления деятельности мы используем различные источники: и рынки капитала, и федеральный бюджет, и пр. Наш кредитный рейтинг находится на уровне федерального, и он позволяет нам делать и проводить выпуски и привлекать заимствования. Проблема только, как я уже говорил, в валютных рисках. Но мы следим за ситуацией на рынке.

НБЖ: То есть существует вероятность, что вы выйдете на публичный рынок?

С. КРЮКОВ: Вряд ли в ближайшее время мы выйдем самостоятельно на рынок, так как действует так называемый закон "большой шкалы". Обычно на рынок выходит наш акционер Внешэкономбанк, который часть привлеченных ресурсов направляет на финансирование программ РосБР.

НБЖ: В 2010 году вы планировали освоить 100 млрд рублей. По вашему мнению, нужно ли в следующем году увеличивать лимиты?

С. КРЮКОВ: Просто механически наращивать суммы не имеет смысла. Потому что целью РосБР является не "раздача" денег субъектам МСБ, а поддержка приоритетных направлений бизнеса. Для реализации этой задачи больших объемов средств не нужно. Нужны четко выверенные кредитные продукты, понятные бизнесу. Характерным примером таких точечных продуктов является программа финансирования инноваций и модернизации, на реализацию которой на 2010 год заложено всего 8 млрд рублей.

Для выявления наиболее важных проектов мы взаимодействуем с местными администрациями, которые знают, какой отрасли или какому предприятию необходима поддержка. Объездив не один десяток моногородов, могу сказать, что все они имеют общую проблему - отсутствие сервисных предприятий и дефицит производства товаров ежедневного потребления. В этой связи мы уже приступили к реализации нескольких интересных проектов. Например, в Петропавловске-Камчатском у нас запущен пилотный проект по модернизации ЖКХ, где установку и обслуживание приборов учета осуществляют только субъекты МСБ. Этот опыт оказался достаточно успешным, и сейчас мы его тиражируем на другие территории.

НБЖ: Ваши коллеги - ЕБРР, ЕАБР - осуществляют деятельность не только на территории своего "округа", но и на развивающихся рынках соседних стран. Планируете ли вы выход на международные рынки?
С. КРЮКОВ: В благоприятных экономических условиях с согласия нашего акционера мы можем выйти на внешние рынки. У нас есть проект по секьюритизации кредитов МСБ. Это очень важный и интересный продукт для развития сектора, так как он позволит привлечь финансирование с рынков капитала.

НБЖ: Но для этого необходимо разработать стандартизированные продукты? На это, вероятно, потребуется много времени?

С. КРЮКОВ: Да, это задача не одного дня, но мы уже приступили к ее реализации. Своим банкам-партнерам мы предложили жестко регламентированный стандарт кредитования. Перед нами не стоит цель сразу секьюритизировать 100% портфеля. Изначально это могут быть 5-10% портфеля.

Для того чтобы выйти к международным инвесторам, нам необходимо разобраться с юридической базой. Наше законодательство отвечает еще не всем требованиям международных инвесторов. Работа в данном направлении ведется достаточно быстрыми темпами, потому что в связи с созданием в Москве международного финансового центра нам необходимо создать на рынке инфраструктуру финансового рынка. Возможно, первые сделки будут проведены уже в 2011-2012 году.

КСТАТИ...

ОАО "Российский банк развития" учреждено в 1999 г. В соответствии с ФЗ "О банке развития" и распоряжением Правительства РФ "О внесении акций в уставный капитал Внешэкономбанка" 100% акций Российского банка развития принадлежат государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)".

Источник: http://www.rosbr.ru/ru/press_center/bank_news/?pid=4246, Автор: Вероника Сошина

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости