Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Тимофей Пан: "Заказных проверок выявлено не было"

Заместитель начальника ГУВД Алтайского края по экономической безопасности Тимофей Пан в эксклюзивном интервью "ВД" рассказал о том, как правоохранители выстраивают взаимоотношения с бизнесом, почему он не считает возможным проведение "заказных проверок", а также о том, как он будет себя чувствовать полицейским.

Тимофей Пан: "Предприниматели, не имеющие "криминальных хвостов", могут не беспокоиться". Фото: Анна Зайкова.
Тяжких больше

— Тимофей Дясенович, статистика по экономическим преступлениям, подведенная краевым ГУВД за девять месяцев этого года, говорит о росте числа тяжких преступлений, а также об увеличении количества преступлений, совершенных в крупном и особо крупном размере. С чем связан подобный рост?

— Рост действительно есть. По тяжким преступлениям он незначительный: с 1 081 преступления, задокументированного в 2009 году, до 1 129. А вот деяний в крупном и особо крупном размере выявлено в регионе действительно больше: 413 против 261 в 2009 году. Однако, как и прежде, структура этих преступлений не поменялась: 41%  составляют преступления против собственности — это разного рода мошенничества, присвоения или растраты. Таких случаев зафиксировано 709. Второе место в печальном рейтинге статистики экономических преступлений удерживают факты сбыта поддельных денежных знаков. В крае их в этом году было 314. Преступлений против государственной власти, интересов госслужбы и службы в органах местного самоуправления (коррупционные составы. — Прим. "ВД") в регионе совершено 277.

Отмечается также рост задокументированных фактов получения взяток — со 105 до 131. Сумма полученных взяток, выявленных оперативными сотрудниками, составила более 1 млн. рублей. По коррупционным составам осуждено 18 должностных лиц органов государственной власти, из них девять — главы муниципальных образований и местных администраций.

По материалам подразделений БЭП возбуждено 246 уголовных дел, связанных с хищениями и нецелевым использованием бюджетных средств. Также правоохранители зафиксировали 195 фактов бутлегерства, 100 нарушений авторских или смежных прав, 25 случаев контрабанды.

Вся приведенная мною статистика, однако, не говорит о том, что преступников стало в регионе больше. Нужно понимать, что милиции определенным образом изменили задачи. Приоритетным является как раз выявление тяжких преступлений и совершенных в крупном и особо крупном размере. Второй не менее важный приоритет — это борьба с коррупцией и защита бюджетных средств. В качестве иллюстрации к моим словам может служить ряд крупных уголовных дел, возбужденных в этом году. Например, эпизод с руководителем одного из отделов Главалтайсоцзащиты, задержанным с поличным при получении взятки 260 тыс. рублей. Или, допустим, уголовные дела по фактам незаконного получения субсидий из бюджета в части компенсации по страхованию урожая сельхозпредприятиями. Отсюда как раз и рост статистики по определенным показателям. В целом же ситуация остается стабильной.  

О преступниках помельче

— Как вы относитесь к объявленной либерализации законодательства в отношении экономических преступлений? Например, за мелкую взятку предлагается не лишать свободы, а штрафовать внушительной суммой. Как, по-вашему, изменится положение дел в этой сфере?

— Самое главное, чтобы сохранился принцип неотвратимости наказания. Я некровожадный человек, мне не нужно крови или чтобы человек обязательно отправился в тюрьму. Я за то, чтобы человек, совершивший преступление, был наказан, пусть даже штрафом. Тем более штраф — это дополнительное поступление в бюджет. Это касается не только коррупционеров, но и налоговых преступлений. Ущерб от экономических преступлений  в этом году составил около 1 млрд. рублей. Более 90% этой суммы возвращено. Если бы штрафы составили хотя бы такую же сумму, то в бюджет поступил бы еще 1 млрд. рублей. А ведь у нас не самый крупный регион. По-моему, наказывать рублем — это весьма действенный инструмент.

— В России декларируется содействие бизнесу, по крайней мере первые лица государства об этом заявляют. Однако многие предприниматели сейчас говорят о весьма напряженных отношениях с правоохранительными органами. Зачастую, по их словам, проверки со стороны милиции затрудняют ведение бизнеса. Некоторые даже говорят о заказном характере некоторых действий со стороны сотрудников ОВД. Какова ваша позиция на этот счет?

— Фактов заказных проверок у нас выявлено не было. Однако любую проверку предприниматели склонны трактовать как заказную. Сейчас ведь нет ни одной компании, которая работала бы вне конкурентной среды. Потому и говорят, что либо конкуренты заказали, либо предвзятое отношение со стороны сотрудников органов внутренних дел.

Такая реакция проверяемого — это, по-моему, определенная форма защиты. Мы же работаем в рамках пока еще Закона "О милиции". По заявлению, сообщению и в рамках оперативно-розыскной деятельности. Я вам скажу так: люди, которые не имеют каких-либо криминальных "хвостов", никогда не жалуются. Жалуются те предприниматели, в отношении которых нарушения выявлены или возбуждены уголовные дела.

Все проверки находятся под строжайшим контролем. Есть прокуратура, которая проверяет наши дела оперативного учета, причем делается это постоянно. Законность проведенной проверки также на контроле прокуроров. 

— Но есть предприниматели, которые успешно оспаривают действия милиционеров в судах. Достаточно часто проверки признаются незаконными. Один из последних случаев — это иск компании "Алтайские закрома". Октябрьский суд Барнаула признал действия сотрудников ОРЧ  по налоговым преступлениям незаконными.

— Соглашусь с тем, что действия некоторых сотрудников милиции в силу слабой подготовки или неопытности содержат нарушения. Это в основном нарушения инструкций или норм, но говорить о заказном характере, считаю, все равно нельзя. Когда поступают жалобы на действия наших сотрудников, мы в достаточно жесткой форме проводим служебные проверки. Тем более что в связи с реформой органы внутренних дел серьезно сокращаются. У меня никогда не дрогнет рука избавиться от нерадивого сотрудника или привлечь его к дисциплинарной ответственности. Работать добросовестно мы никого уговаривать не собираемся. За отклонения от этого правила следует суровое наказание вплоть до увольнения.

А вот в отношении компании "Алтайские закрома" у нас есть масса вопросов, на которые мы постараемся получить ответы. Я не могу отнести г-на Тернового к добросовестным налогоплательщикам и бизнесменам. Однако назвать его преступником я тоже пока не могу, по крайней мере до тех пор, пока мы не получим ответы на все вопросы.

— Как вы относитесь к смене названия милиции на полицию? Как будете чувствовать себя в роли полицейского?

— Отношусь к такому переименованию весьма неоднозначно. Я пришел в милицию в советское время, и понимаю, и воспринимаю ее именно как милицию. Может быть, будет непривычно какое-то время. А станет лучше или хуже, покажет время. Могу точно сказать, что на решении поставленных задач или на профессионализме сотрудников это никак не отразится.

О чем еще рассказал собеседник

О сокращении сотрудников органов внутренних дел

— В этом году сокращается 12% общего количества, в следующем планируется еще 10%. Избавляться будем в первую очередь от малоквалифицированных кадров, нарушителей и бездельников. Подчиненным-профессионалам я говорил и говорю: не стоит "греть" голову в поисках нового места работы.

Об откатах

— Самого по себе такого понятия в Уголовном кодексе нет. Мы квалифицируем его и как получение взятки, и как мошенничество, и как превышение должностных полномочий. Надо понимать, что расследование таких дел связано с проведением большого количества экспертиз. Это занимает время, такие дела могут длиться и два, и три года.

Об отношении к милиции

— Только ленивый сегодня не обсуждает негативные моменты в деятельности милиции. А кто говорит, скольким людям помогли милиционеры? Практически никто. Я не отрицаю, что в милиции есть нечестные сотрудники. Мне не по себе от того, что они носят такую же форму, как и я. Я считаю, необъективным обсуждать только негативные стороны нашей работы.

Что мы знаем о Тимофее Пане

Родился 24 февраля 1960 года в одном из сел Ташкентской области Узбекской ССР. Высшее образование получил в Новосибирском строительном институте, работал инженером-конструктором проектного института. В 1985 году стал милиционером роты патрульно-постовой службы отдела внутренних дел Калининского райисполкома Новосибирска.

Вскоре Тимофей Пан был переведен в уголовный розыск в том же отделе, а весной 1991 года назначен старшим оперуполномоченным по особо важным делам структуры борьбы с организованной преступностью при УВД Новосибирской области. Потом стал заместителем начальника, затем начальником одного из отделов Западно-Сибирского регионального управления по борьбе с организованной преступностью. Окончил Академию управления МВД России. В январе 2004 года стал заместителем начальника ГУВД Алтайского края по экономическим и налоговым преступлениям (по экономической безопасности).

Тимофей Пан более 10 раз выезжал в Северо-Кавказский регион для выполнения служебно-боевых задач. При задержании вооруженных преступников получил два огнестрельных ранения. Был неоднократно награжден орденами и медалями. В настоящее время находится в звании генерал-майора. На Алтае получил также звание "Заслуженный юрист Российской Федерации".

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости