Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Юрий Симачев, заместитель генерального директор ОАО Межведомственный аналитический центр: Простых решений быть не может. Часть первая

В последнее время в России вновь усилились разговоры о налоговой политике: нужно увеличивать налоги (мы опускаем здесь вопрос о повышении ставок целого ряда акцизов, поскольку он уже решен), или нет? Стоит ли перераспределять налоговую нагрузку с одних секторов рынка на другие?
С просьбой прокомментировать ситуацию мы обратились к Юрию Симачеву, зам. генерального директор ОАО Межведомственный аналитический центр.

- Юрий Вячеславович, у нас не так давно отмечали День налоговика. По этому поводу состоялось мероприятие с участием премьера Путина и руководителей экономического блока правительства. По итогам этого мероприятия СМИ привели целый ряд негативных мнений: «Всероссийский праздник День налоговика, который прошел в понедельник с участием Владимира Путина и экономического блока правительства, оставил множество неприятных вопросов и подозрений. Чиновники, похоже, уверены, что в экономике есть жирок для повышения налогов, хотя рост фискальной нагрузки уже сокращает экономическую активность в стране. Несмотря на профицит бюджета-2011, правительство готово увеличить налоговые изъятия ради накопления новых стабилизационных фондов». Как Вы считаете, почему у нас вновь представители правительства так громко заговорили о налогах? Раньше День налоговика проходил куда тише, не вызывая столь пристального внимания к дежурным выступлениям. У нас опять остро встал налоговый вопрос? Тем более, что участники мероприятия придерживались разных точек зрения на него.

- Я считаю, что процесс, связанный с борьбой и согласованием различных мнений идет постоянно. И в какой-то момент более серьезно представлены позиции тех ведомств, которые отвечают за бюджет, в какой-то – ведомств, отвечающих за экономическое развитие. Это – нормальный процесс.
Был момент, когда акцент делался на то, что нам надо повышать налоги. Сейчас, я считаю, пришло время говорить: нет, все-таки важно другое.
И я считаю, необходимо обратить внимание на то, какие идеи были обозначены. Причем мы не будем обсуждать, предвыборные это были тезисы или же долгосрочные.

- Хорошо.

- Я надеюсь, что долгосрочные.

- Хотелось бы в это верить.

- Мне импонируют идеи связанные, во-первых, с тем, что необходимо усиливать стимулирующую роль налоговой системы и что, безусловно, должны быть созданы условия для развития высокотехнологичного бизнеса.
Во-вторых, нагрузка на высокотехнологичный бизнес должна быть ниже, чем на сырьевой сектор. Правда, я этот тезис хоть и поддерживаю, но реально создается такое ощущение, что, как только заходит речь об увеличении нагрузки на сырьевые отрасли, реально это приводит в итоге к обратному эффекту: крупнейшие компании этой отрасли получают индивидуальный режим и льготы.
Проблема в том, что высокотехнологичные компании – это будущее российской экономики, но ее настоящее – это сырьевые компании. Они реально формируют бюджет страны. Поэтому, конечно, есть понимание, что налоговую нагрузку надо перераспределять. Но, с другой стороны, есть и опасение: вдруг эти меры окажутся настолько избыточными, что снизят возможности модернизации самого сырьевого сектора. А ведь он тоже должен модернизироваться, и в нем есть существенные резервы для инноваций, в том числе - высокотехнологичных. Ведь это иллюзия – что все инновации могут быть только в высокотехнологичном секторе. Я бы выразился точнее: это – заблуждение.

- Безусловно.

- В нашей экономике очень серьезная часть инноваций связана как раз с развитием сырьевых секторов, секторов, использующих природные ресурсы . Более того, эти сектора в значительной мере определяют спрос на инновации. Поэтому вопрос перераспределения налоговой нагрузки совсем не такой простой и очевидный, как может показаться на первый взгляд. Он достаточно сложен.
А учитывая, что сырьевые компании являются бюджетообразующими, у правительственных чиновников всегда возникает желание создать более выгодные условия для новых и высокотехнологичных компаний, но при этом глубоко в мозгу сидит понимание: реальной основой экономики сегодня, основой стабильности остаются сырьевые компании.
При этом, как я уже говорил, эти компании определяют и существенную часть инновационного спроса. Это, позвольте такое сравнение, – как бы проблема перехода от черно-белого кино к цветному.
На что еще я обратил бы внимание, поскольку этот тезис представляется мне правильным: необходимость проведения более гибкой и стимулирующей политики по отношению к регионам. Это то, о чем в последние года полтора много говорят в экспертном сообществе. Признание того факта, что слишком много ресурсов сосредоточено на федеральном уровне, пусть это не слишком четко прозвучало, но начало положено.

- Для такой проблемы это довольно робкое начало.

- Тем не менее. Мы прекрасно знаем, что на федеральном уровне сосредоточивается очень большое количество ресурсов, а затем они перераспределяются.

- Да, они потихоньку спускаются в регионы.

- При этом регионы, которые сами активны и эффективны в плане инновационной политики, не получают соответствующего поощрения. Логика, связанная с централизацией, возможно, была уместна лет пять – семь назад. Но сейчас уже ясно, что значительная часть условий для инновационного развития, для благоприятного инвестиционного климата, для развития инфраструктуры формируются именно на уровне регионов.
И если слова о перераспределении полномочий между центром и регионами найдут некое практическое воплощение, и система их финансовых отношений будет несколько изменена, это, безусловно, будет полезно. Хотя опять же понятно, что там тоже не все так просто, и логику необходимости передавать большие ресурсы регионам, которые демонстрируют наилучшую динамику и наибольшую инновационную активность, можно, конечно, задействовать в отношении значительного числа регионов. Но всегда будут регионы, к которым с таких позиций подходить нельзя. В них, все равно будут оставаться вопросы и социальной стабильности, и социальных гарантий для проживающего там населения. Проблема в этом. А существенная часть социальных обязательств фактически тоже реализуется на уровне регионов. И люди не должны страдать оттого, что те или иные регионы в силу исходных условий попали в сложное положение. И даже если регионы попали в сложное положение в силу неэффективности своего руководства, люди тоже не должны страдать. Особенно в ситуации, когда руководители назначаются, и нельзя сказать, что люди их сами выбрали.
Вот в чем проблема.
Поэтому, как и в случае снижения нагрузки для высокотехнологичного бизнеса с некоторым ее перераспределением на бизнес сырьевой, здесь тоже возникают точно такие же ограничения: нельзя взять и просто сказать, что для таких-то регионов должны быть такие-то стимулы. Ведь в отношении части регионов этот экономический инструмент в полной применить нельзя. А, значит, мы, все равно, приходим к тому, что стимулирование нормально работает применительно к ряду нормально развитых регионов, но при этом, если применить его к ряду других регионов, то там мгновенно возникнет проблема социальных гарантий и социальных обязательств. А мы все живем в одной стране, поэтому минимальный гарантированный объем социальных обязательств государство, конечно, должно обеспечивать. Тем более, что практически у всех сторон важнейший месседж – это как раз проблема социальных гарантий и социальных обязательств.

Окончание следует.

Беседовал Владимир Володин