Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Церен Церенов, вице-президент НИСИПП по развитию. Надо становиться «фабрикой мысли». Часть первая

Перед Новым годом принято подводить итоги и строить планы на будущее. И наш институт – не исключение. О планах на будущее мы попросили рассказать недавно занявшего новый для института пост вице-президента по развитию Церена Церенова.

- Церен Валерьевич, до того, как прийти в НИСИПП, Вы работали и в Минэкономразвития, и в администрации Тверской области, принимали участие в разработке «Стратегии социально-экономического развития России до 2010 года» в Центре стратегических разработок, были одним из инициаторов и авторов федеральной целевой программы «Электронная Россия (2002–2010гг.)».
Насыщенная такая биография.

- Вы знаете, я по первому образованию математик: закончил мехмат МГУ, затем был в аспирантуре. И в это время мне захотелось какой-то более системной работы. Мне понравилась экономика, и я поступил в Высшую школу экономики. А в процессе обучения экономики захотелось что-то системно изменить, причем в государственном управлении, которое мне было более всего интересно. Причем в 97-м году я был среди очень немногих выпускников вузов, которые захотели идти на госслужбу.

- Да, в то время госслужба еще не была такой популярной.

- Она совсем, по-моему, не была популярной, она считалась неинтересной и малооплачиваемой. Ну и скажем, малопрестижной. Люди шли на финансовый, на фондовый рынок, в банки и так далее. Поэтому мое решение было сложным.

- И, тем не менее, Вы решили пойти на госслужбу.

- Да. И это был интересный опыт. Я начинал с самой низшей должности, которая тогда была. А занимался таким важным направлением, как институциональная экономика. Это были вопросы, связанные именно с развитием институтов, и я до сих пор считаю себя «институционалистом». Построение институтов, их работа, регулирование – это то, чем я занимался всю свою трудовую деятельность. К тому же это была хорошая школа составления среднесрочных программ правительства. Еще в 1997 – 2000 годах была такая программа: «Институциональная экономика и экономический рост». Тогда как раз закладывались основные представления о том, как устроена и как работает рыночная экономика.
Очень интересовала меня эта работа, поэтому с 97-го года до 2006-го, практически 9 лет, я прошел всю карьерную лестницу до начальника департамента. Занимался вопросами, связанными с корпоративным управлением, с акционерными обществами, обществами с ограниченной ответственностью, банкротством, реформой бухгалтерского учета. Заканчивал – работой по созданию так называемого «электронного государства» в рамках «Электронной России». Все это было выстраиванием эффективного государственного управления, конкретно – институтов, которые поддерживают эффективную экономику и выстраивают соответствующий государственный механизм. Когда мы разрабатывали программу «Электронная Россия», то рассматривали ее не как информатизацию органов власти, а именно как выстраивание качественного управления. Таким образом, задачи реформирование систем управления и выстраивание рыночных институтов интересовали меня все время. И это оказало влияние на мое нынешнее решение прийти в НИСИПП: у него такие возможности, что мы в итоге сделаем и предложим те хорошие механизмы государственного управления, которые позволят сделать жизнь людей лучше.

- Вы оптимист.

- Институт существует достаточно длительное время и хорошо себя зарекомендовал. Очень важно, что это – негосударственная организация институт, что для меня лично важно: раньше я считал, что могу принести пользу именно на государственной службе, теперь понимаю, что на той госслужбе, что есть сейчас, пользу принести сложнее, чем в независимой структуре.
Из министерства я ушел, поскольку не разделял ряд положений, которые уже тогда стали основными в нашей работе. К сожалению, мне не удалось тогда закрепить у руководства значимости ФЦП Электронная Россия» и эта одна из главных программ правительства до сих пор рассматривается как инструмент развития технологической инфраструктуры и не имеет жесткой связи с административной реформой. Да и дух, царивший в начале нулевых в нашем управлении, постепенно стал исчезать, появились большие деньги и поэтому запрос на изменения был утрачен, на смену пришли другие принципы управления.

- Но вы успели еще поработать на региональном уровне?

- Да, И я считаю, что этот опыт был очень полезным. Когда поступило предложение из Тверской области, мне показалось, что, может быть, на региональном уровне я смогу работать более эффективно и более продуктивно. Хотелось намного быстрее можно видеть результаты своей деятельности. Ведь результаты министерской деятельности видны не сразу. Но главное, что мне удалось так сказать попробовать на «свой зуб» все уровни управления и понять философию чиновников регионального и муниципального уровней. Этого нельзя сделать сидя в федеральных кабинетах, так как наш человек начальнику проблемы говорит неохотно, а на региональном уровне можно, грубо говоря, назавтра посмотреть, как все реализуется.
Также я смог на практике реализовать свои знания в новых для себя сферах. И направление мне было предложено интересное, связанное с транспортом и связью. Это была новая для меня область.

- А позвал Вас тогдашний губернатор Зеленин?

- Да. И стояли передо мной институциональные задачи: надо было грамотно выстроить институты управления.
Удалось сделать немало, но опыт, который я получил, показывает, что для получения доказывал: в отдельно взятой области, в отдельно взятом департаменте сложно получить положительную динамику развития. Необходима системная и поступательная работа в рамках принятой и публично одобренной идеологии. Вообще на госслужбе делать это достаточно сложно. К сожалению, сейчас у нас преобладает «пожарный» характер работы, с каждодневными подвигами на рабочем месте по затыканию дыр путем ручного управления по всей вертикали. Результаты требуют немедленных, а соответственно и получаем все прелести: завышенные расходы, очковтирательство, плохое качество, расцвет соглашательства в чиновничестве и т. д.
Более того, я вижу, что люди, которые оценивают ситуацию примерно так, как я, на госслужбе долго не задерживаются. Но как показывают последние события в стране, мы не обречены, и спрос на правильные реформы будет все больше возрастать. Поэтому задача сейчас состоит в том, чтобы формировать необходимые экспертные мощности, создавать «фабрики мысли» и банки данных , механизмов и, мероприятий, которые позволят в будущем применить наработки того, что необходимо сделать в экономике страны.

- А, что такое, в Вашем понимании «фабрика мысли»?

- Это некая достаточно важная и необходимая институциональная единица в стране с развитой рыночной экономикой. Такие образования существуют в любом демократическом обществе. Это – негосударственные экспертные объединения, которые разрабатывают четкие представления о том, куда должна двигаться страна, они сосредотачивают свои усилия преимущественно в экономике, политике, праве, социологии и т.п. Они, еще раз повторю, существуют во многих странах. Например, в Америке таких «фабрик» сотни, если не тысячи. А у нас в России это – совсем новое направление. И, конечно, такой экспертный потенциал необходимо будет развивать. И это важно именно тогда, когда мы хотим построить правильное системное рыночное государство.

- Вы уверены, что такое возможно, учитывая и ситуацию с заказами на исследования, и ситуацию внутри экспертного сообщества?

- Я считаю, что все решения в госуправлении принимаются, исходя только из потребностей сегодняшнего дня.

- Безусловно.

- И поэтому я говорю о существующей сейчас опоре на ручное управление экономикой. Что такое ручное управление? Это – жизнь в состоянии постоянного аврала. У нас так в принципе живет все государственное управление. Но, на самом деле, так не может долго продолжаться: достаточно быстро теряется запас прочности. И последние события свидетельствуют об этом: есть очень сложные проблемы, и нет серьезных результатов их решения государством. Ведь для достижения положительного результата необходимо прилагать серьезные усилия конкретных людей. Если сверху команда не пошла, то никаких серьезных усилий нет. А любой, самый выдающийся управленец, все равно, не может решать больше семи задач одновременно. В этом и есть разница между системным и ручным управлением.
Я считаю, что запрос на такие «фабрики мысли» будет, и это будет достаточно серьезный запрос. А наша задача состоит в том, чтобы быть готовыми ответить на вызовы времени.

Окончание следует.

Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости