Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

«Вторая угольная волна», рынок газа и реформа тепловой электроэнергетики

Файлы

(Из материалов IV Ежегодного международного форума "ГАЗ РОССИИ 2006")

Татьяна Митрова, руководитель Центра изучения мировых энергетических
рынков Института энергетических исследований РАН

На сегодняшнем газовом Форуме я хотела бы поговорить об электроэнергетике - о смежной отрасли, которая очень зависит от газа с одной стороны, а с другой - заметно влияет на динамику и перспективы его потребления. Дело в том, что сейчас российская электроэнергетика уже с трудом справляется с обеспечением растущей экономики электроэнергией и решение этой проблемы принципиально важно для обеспечения дальнейшего развития страны.

Ситуация активно обсуждается на всех уровнях, поэтому Институт Энергетических исследований РАН и Аналитический центр Эксперт - решили представить свое видение как независимых экспертов. Мы подготовили исследование под довольно амбициозным названием «Новая генерация». В исследовании также используются материалы Центра Макроэкономического Анализа и краткосрочного прогнозирования. Сейчас я хотела бы рассказать о предварительных результатах.

На это исследование нас подвигло резкое ускорение темпов роста электропотребления в этом году, которое стало неприятным сюрпризом для всех. Как известно, прирост электропотребления за три квартала по России составил беспрецедентные 4,8%, при том, что прежде спрос увеличивался в среднем на 1,7% в год. Причины так толком и неясны. Одни считают, что начала сказываться неудачная политика удержания цен на электроэнергию на уровне ниже инфляции. Другие говорят, что столь стремительный рост спроса обусловлен более быстрым, чем предполагалось, развитием российской экономики и изменением качества этого роста. В любом случае, потребность в генерирующих мощностях растет сейчас заметно более высокими темпами, чем прежде. Хотя оговорюсь, сохраняется высокая неопределенность относительно дальнейших темпов этого роста. Более того, нас очень настораживает модная теперь тенденция завышать потенциальные темпы роста до 5-6% в год, а затем сокрушаться о надвигающемся дефиците, который ничем нельзя покрыть. Научных оснований для таких прогнозов мы не видим.

Это само по себе было бы достаточно серьезным вызовом, если бы к этому еще не прибавилась общая для всех производственных фондов страны проблема старения мощностей. На сегодняшний день износ основного оборудования по разным оценкам составляет 50-80% для генерирующих установок и 70% для магистральных сетей. После исчерпания этим оборудованием индивидуального ресурса необходимо проведение работ по техническому перевооружению либо его остановка.

В результате одновременного действия этих двух сил, мы попали в ситуацию, о которой давно предупреждали и мы, и другие аналитики, которую хорошо иллюстрирует знаменитый «крест Чубайса», на котором падающая из-за выбытия мощностей линия действующей мощности пересекается с возрастающей в результате подъема экономики линией требуемой мощности. Это в масштабах всей страны. Еще сильнее действие этих факторов проявляется в регионах: например, в Москве (где рост электропотребления за этот год уже достиг 8%), Санкт-Петербурге, Тюменской области. В объединенных энергосистемах Урала, Центра, Северо-Запада и Северного Кавказа уже в ближайшие годы может возникнуть серьезный дефицит мощностей, с которым сложно будет справиться даже за счет межсистемных перетоков.

Итак, существует угроза того, что электроэнергетика станет реальным тормозом для развития всей экономики страны. Вопрос, который мы поставили главным: как можно покрыть дефицит мощностей? Ответ банален - меньше потреблять и больше производить. Чтобы покрыть потребности потребуется и максимально задействовать потенциал энергосбережения, и активно вводить новые генерирующие мощности.

На сегодняшний день по-прежнему остается фактом очень высокая энергоемкость российского ВВП, и изменить это можно только материально заинтересовав потребителей в экономии. В связи с этим абсолютно необходимой мерой на взгляд всех экспертов является повышение цен на газ и электроэнергию, в противном случае не будет никаких экономических стимулов для энергосбережения, а потребность во вводе новых мощностей будет увеличиваться лавинообразно. Должно развиваться также непривычное для нас управление спросом («demand-side management»). И, наконец, нужны и определенные административные меры, ограничивающие расточительность потребителей.

Однако, несмотря на значительный потенциал экономии, решить с помощью одного энергосбережения проблему дефицита генерирующих мощностей не удастся. Среднесрочная стратегия правительства предусматривает ввод генерирующих активов суммарной мощностью более 20 ГВт до 2010 года, что включает как строительство новых станций, так и восстановление действующих. Однако возникает вопрос - на какие средства все это будет осуществляться? И здесь опять возникает проблема цен. Второй вопрос - на какую генерацию ориентироваться?

Сегодня много говорится о развитии гидрогенерации и атомной энергетики, озвучены довольно амбициозные планы Росатома и ГидроОГК. Однако проведенный нами анализ показал, что даже при самых оптимистических прогнозах, при реализации всех заявленных планов, атомная и гидроэнергетика, смогут покрыть не более 1/4 потребностей в новой мощности. Таким образом, основную часть потребности в новой мощности должна будет покрыть тепловая генерация.

А ее структура на сегодняшний день является отражением затянувшейся «газовой паузы» - 2/3 существующих ТЭС работают на газе. Конечно, использование природного газа в электроэнергетике имеет ряд неоспоримых преимуществ: это - наиболее дешевое экологически чистое топливо, маневренное по графикам нагрузки, газовые станции быстрее всего и дешевле построить. Однако при всей своей привлекательности газовая генерация имеет несколько ограничений. Во-первых, это - соображения энергетической безопасности: сейчас 80% электроэнергии, производимой в европейской части страны, вырабатывается на газовом топливе. Во-вторых, именно на последнее время пришелся взлет мировых цен на нефть и, соответственно, газ, который сделал чрезвычайно эффективным его экспорт, ограничивая тем самым ресурсы газа для электроэнергетики. В-третьих, необходимость освоения все более удаленных и сложных месторождений объективно ведет к удорожанию газа на внутреннем рынке. «Газовая пауза» в любом случае должна кончиться - хотим мы этого, или нет.

При этом всем известно, что в настоящее время наблюдается серьезное искажение внутренних цен на газ по отношению к цене угля и мазута. Проводимая ценовая политика привела к заинтересованности потребителей в максимальном использовании газа и к фактическому отказу от газосбережения. Российская экономика - самая газоемкая в мире. Так, КПД газовых ТЭС с паровыми турбинами в России составляет 33%, в то время как в мире активно внедряются парогазовые установки (ПГУ) с КПД 53-57%. Именно этим обусловлены разговоры о так называемом «газовом дефиците» - при таких ценах и КПД потребности действительно растут с огромной скоростью. Для того, чтобы все-таки сделать потребление газа в экономике рациональным, повысить эффективность его использования, опять же нужен рост цен. Я в который раз повторяю это, т.к. именно здесь - ключ к решению основных проблем нашей энергетики.

При этом мы убеждены, что это должен быть не резкий одномоментный рост, а поэтапный план - четкий, утвержденный Правительством и опубликованный график повышения цен на три-четыре года вперед, чтобы потребители могли заранее подготовиться к более высоким ценам за счет проведения энергосберегающих мероприятий. В результате цены могут прийти либо к ценам межтопливной конкуренции, либо к ценам равновесия с либерализованным европейским рынком газа, что сейчас по уровню почти одно и то же. При уровне цен 100-120 $/тыс. м3 в электроэнергетике эффективным становится ускоренное замещение старых, демонтируемых газовых установок новыми. Экономия газа в этом случае происходит за счет более низкого расхода топлива.

Помимо этого возможно осуществление целой системы правовых, административных и экономических мер, стимулирующих эффективное использование газа. Они должны создать систему стимулов, превращающих газосбережение в эффективную сферу бизнеса.

Завершение газовой паузы означает, на наш взгляд, и постепенный возврат к угольной энергетике с использованием современных технологий сжигания угля. В мире угольная генерация давно уже не пользуется такой дурной репутацией, как в России. За рубежом сейчас активно развивают экологически чистые и весьма эффективные угольные технологии, КПД которых сравним с КПД газовых станций. Около 40% всей электроэнергии в мире вырабатывается за счет угля. На угольные станции в США и Германии приходится около половины вырабатываемой электроэнергии, а в Австралии, Индии и Китае - и вовсе более 70%. Как видно, по прогнозам Департамента энергетики США, после 2020 г. уголь вообще станет наиболее быстро растущим топливом для электростанций, заметно обгоняя газ.

Однако в электроэнергетике России уголь играет намного меньшую роль. Страна занимает второе место в мире по запасам угля и пятое место по добыче, и в то же время его доля в производстве электроэнергии составляет всего 19%.

Так было не всегда. Вплоть до конца 60-х годов - пока не началось ускоренное развитие нефтегазового комплекса - в стране шла так называемая «первая угольная волна», на ввод угольных станций приходилось более 90% от всех теплоэлектростанций. Но из-за проводимой ценовой политики с заниженными ценами на газ, угольная генерация потеряла свою конкурентоспособность. За последние 10 лет в России не было введено ни одной угольной электростанции, а значительная часть действующих станций была переведена на газ.

Однако угольная энергетика имеет огромный потенциал, но опять же все упирается в цены: для того, чтобы угольные электростанции могли конкурировать с газовыми, цена на газ должна быть в 1,6-2 раза выше цены на уголь.

Говоря о возможностях «второй угольной волны», хочу отметить, что сравнительный анализ экономической эффективности газовой, угольной и атомной генерации в случае нормализации ценовых пропорций в ТЭК показывает, что угольная энергетика имеет прекрасные перспективы для развития в Сибири, в Центре и на Урале. В связи с этим, разумной политикой была бы диверсификация используемых в электроэнергетике технологий именно с учетом региональных особенностей. Вообще же наш вывод заключается в следующем: в стратегическом плане необходимо развитие одновременно и угольной, и атомной и гидроэнергетики с постепенным снижением роли газа. А поскольку в перспективе доля угля в суммарной выработке имеет потенциал превысить выработку и ГЭС, и АЭС, развитию угольной энергетики надо уделить особое внимание.

Я упомянула о том, что эти оценки сделаны для условий нормализации ценовых пропорций и выхода на рыночный уровень цен на газ и электроэнергию. Проводимые неоднократно исследования ИНЭИ РАН и расчеты Центра Макроэкономического Анализа и краткосрочного прогнозирования показали, что последствия ускорения инфляции и роста издержек в энергоемких секторах, обусловленные таким ростом цен, будут достаточно значительны. В то же время, указанное потенциальное снижение прибыли, хотя и является достаточно заметным по масштабам, однако, может быть в значительной степени компенсировано увеличением эффективности использования факторов производства. Так, например, по оценкам, в большинстве отраслей для этого необходимо дополнительное ускорение рост производительности труда всего на 1-2 процентных пункта. При этом в 2003-2005 гг. рост производительности труда в секторах был не менее чем в 2-3 раза выше. Лишь для наиболее энергоемких отраслей - черной и цветной металлургии, а также химической промышленности она должна расти несколько быстрее, чем в предшествующие годы. Однако, для этих отраслей сами потенциальные потери прибыли невелики. Это связано с ожидаемой высокой рентабельностью в данных секторах из-за высокой конъюнктуры мировых рынков. Итак, сложившаяся ситуация в российской энергетике достаточно сложная, однако разрешимая в том случае, если будут предприняты решительные и комплексные меры. Предложенные в исследовании меры условно разделены на краткосрочные (для того, чтобы избежать региональных дефицитов в ближайшие пять лет) и долгосрочные. Среди которых краткосрочных мер особую роль должно сыграть проведение ценовой политики, отражающей потребительские свойства газа и стоимость производства электроэнергии. Долгосрочные - для развития отечественной электроэнергетики после 2010 г.

Учитывая продолжительность инвестиционного цикла, осуществлять эти меры необходимо тоже прямо сейчас. Важнейшее условие здесь - государство должно дать участникам рынка четкие сигналы об основных направлениях государственной энергетической политики, в частности - тарифной.

Очевидно, что при разработке и осуществлении этих мер придется согласовывать интересы всех сторон - Газпрома, РАО ЕЭС, угольных и нефтяных компаний, РЖД, производителей оборудования и государства. Этот процесс обещает быть болезненным, и связан с вопросом о соотношении госрегулирования и рыночных механизмов. Встает сложнейшая задача найти оптимальное сочетание рыночных механизмов и государственного содействия инвестициям в такие сложные, инерционные и капиталоемкие инфраструктурные отрасли как электроэнергетическая и газовая. Сделать это сложно, но другого выхода нет - дефицит электроэнергии может в зародыше задушить любые ростки промышленного роста.

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости