Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Значение малых предприятий в придании экономике США динамичного характера

Дэвид Б. Одретч (David Audretsch)

В работе с эмпирической и с теоретической точек зрения рассматривается роль малых и средних предприятий в придании экономике США более динамичного характера. Собранный материал доказывает, что малые и средние предприятия в значительной степени способствуют росту занятости, выдвижению новаторский идей и подходов. Так например, в период 1990 - 95 годов занятость в небольших фирмах росла быстрее, чем в крупных компаниях. Далее, несмотря на то, что на каждую крупную компанию приходится больше патентов, небольшие фирмы, как правило, регистрируют больше изобретений на каждого сотрудника. Отмечается, что государство в своей политики стало меньше использовать традиционные подходы, основанные на представлении, что промышленная организации находится в состоянии покоя. Такое представление требовало решений в области антитрестовской политики, регулирования и государственной собственности. В настоящее время принимаются меры, направленные на поддержку развития малого и среднего бизнеса, придающего импульс развитию экономики в целом. В основном усилия государства были направлены на создание благоприятного условий для открытия новых компаний, создания рабочих мест, распространения знаний и изменения в технологиях.

Институт Всемирного банка

© 2001

Международный банк реконструкции и развития/

Всемирный банк

1818 H Street, N. W.

Washington, D. C. 20433, U. S. A.

Первое издание: июнь 2001

Авторские права принадлежат Всемирному банку в соответствии с протоколом 2 Всемирной конвенции по авторским правам. Тем не менее, представленный материал разрешается размножать в исследовательских, образовательных или научных целях только в странах, являющихся членами Всемирного банка. В материал, являющийся частью данной серии, могут быть внесены изменения. Высказывания, объяснения и выводы, приведенные в данном документе, отражают личное мнение автора (-ов) и не могут быть отнесены в какой-либо форме к Всемирному банку, входящим в него организациям, членам Совета исполнительных директоров или странам, которые они представляют.

Значение малых предприятий в придании экономики США динамичного характера.

Дэвид Одретч (David Audretsch)

2001. 36 страниц. Номер хранения 37180

Содержание

Предисловие

Введение

Эволюция МСП

Основные причины динамизма малых и средних предприятий

Выводы

Предисловие

Настоящая работа подготовлена для проекта Значение малых и средних предприятий в странах Восточной Азии. Проект был организован Институтом Всемирного банка в рамках Программы изучения японского опыта управления развитием, финансировавшейся Траст-фондом развития трудовых ресурсов, учрежденным правительством Японии при Всемирном банке.

Основная цель этой Программы заключается в изучении опыта развития искусства управления в Японии и других странах Восточной Азии и распространении полученной информации в странах с развивающейся и переходной экономикой. Рассматривается и опыт других стран, с тем чтобы представить собранный материал в нужном контексте. Использование сравнительного метода помогает выявить факторы, от которых зависит эффективность работы институциональных механизмов, структур управления и методов проведения реформ, использующихся в разных контекстах. Помимо основной Программа преследует не менее важную цель, заключающуюся в содействии обмену идеями как среди японских ученых, так и ученых других стран, между техническими экспертами и политиками.

Исследования, проведенные в рамках данного проекта, охватывают целый ряд важных проблем развития малых и средних предприятий (МСП), их деятельности в регионе. Среди них следующие: устойчивость СМП к экономическим потрясениям и кризисам, их вклад в создание новых продуктов и разработку новых технологий, в научно-технический прогресс, их отношение к таким ставшим привычны чертами экономической обстановки, как выполнение работ по субподрядам, укрупнению рынков, их влияние на занятость и акционерный капитал, реакция на проводимую государством политику.

Фаррук Игбал, Менеджер программы

Институт Всемирного банка

Значение малых предприятий в придании экономике США динамичного характера

Дэвид Б. Одретч* (David Audretsch)

Университет штата Индиана

Введение

Еще совсем недавно, а именно в 1980-х, высказывались опасения, что Соединенные Штаты не смогут под напором конкурентов сохранить свои позиции в мире, не смогут создавать рабочие места и сохранить существующие темпы роста экономики. Lester Thurow сокрушался, что Соединенные Штаты “проигрывают экономическое соревнование”, потому что “в сегодняшней Америке очень трудно найти корпорацию, которая не испытывала бы серьезных затруднений, преимущественно, в торговле… Наша конкурентоспособность неуклонно падает из за того, что из года в год снижаются темпы роста производительности труда в промышленности по сравнению с другими странами мирового сообщества” (Thurow 1985, p. 23). W. W. Restow предсказывал революционные изменения в экономической политике, приходя к выводу, что “Соединенные Штаты вступают в новую политическую эру, когда предстоит серьезная борьба с окрепшими конкурентами из за границы, когда им потребуется выйти на качественно новый уровень кооперации внутри страны, с тем чтобы решить эту проблему.” Авторы авторитетного исследования Made in America, предпринятом руководителями Комиссии по производительности труда в промышленности Министерства международной торговли и промышленности (Dertouzos and others 1989), даже говорят о том, что для восстановления конкурентоспособности на международных рынках Соединенным Штатам придется принять экономические меры в отношении ведущих корпораций Японии и Германии.

1990-е годы показали, что эти экономисты и ученые ошибались или, по крайней мере, поспешили с выводами.

За последнее десятилетие конкурентоспособность неожиданно усилилась, появилось столько новых продуктов, технологий, рабочих мест, сколько в Соединенных Штатах не видели уже многие годы. Непредвиденным многими учеными и политиками стало не только впечатляющее оздоровление экономики, но и его источник, которым, всем на удивление, стали малые предприятия.

Когда ученые с энтузиазмом взялись собирать доказательства решающей роли которую малые и средние предприятия Соединенных Штатов сыграли в увеличении темпов экономического роста, появлении новых рабочих мест и повышении конкурентоспособности на мировых рынках (Audretsch 1995), в пользу создания условий для развития МСП высказались политики обеих партий. Например, в обращении к нации в 1993 году президент Билл Клинтон сказал: “Поскольку за последние 10-15 лет доля малого бизнеса в создании новых рабочих мест резко возросла, мы создадим для его дальнейшего развития все необходимые условия. Мы предлагаем предоставить всем малым предприятиям страны постоянные налоговые льготы на инвестиции.” Республиканцы в своем ответе Клинтону высказались так: “Мы согласны с президентом, что необходимо дать работу еще большему числу людей, но запомните: 80 из 85 новых рабочих мест в стране создано малым бизнесом. Поэтому следует создать для открытия и расширения малых предприятий еще более благоприятные условия, прежде всего, снизить налоги, меньше вмешиваться в экономику, а не просто издавать мандаты.”

Один из парадоксов, возникших в связи с вкладом малых предприятий в оздоровлении экономики США, заключается в том, что в объеме хозяйственной деятельности, определяемой общим количеством компаний, рабочих мест и выпуском продукции, за последние 20 лет не произошло каких-либо резких изменений в сторону увеличения (Acs and Audretsch 1993). Скрупулезное сравнение фактов, свидетельствующих о роли, которую играют МСП во взятых для сравнения странах обнаруживает, что на доля американских МСП в объеме хозяйственной деятельности гораздо более незначительна, чем, например, в Японии, Германии, Великобритании, Италии и Нидерландах.

Если МСП имеют столь большое значение для экономики США, как могло случиться, что их доля в хозяйственной деятельности столь мала, по крайней мере по сравнению с другими странами? Ответом на этот вопрос является принципиальные различия, обнаруживаемые при рассмотрении МСП в статике и динамике.

Во второй части настоящей работы мы предпримем сравнение статической и динамической роли МСП. В третьей части рассмотрим причины, позволившие МСП придать импульс развитию экономики США. И наконец, в четвертой части работы подведем итоги и представим краткое резюме.

Эволюция МСП

Статика и динамика

В экономической литературе высказываются два в корне отличных друг от друга мнения о влиянии малых предприятий на экономическую эффективность. Одни традиционно рассматривают промышленную компанию в статике и соответственно приходят к выводу, что мелкие фирмы из за слишком малого для того, чтобы быть экономически эффективным, масштаба производства, только обременяют экономику в целом. Согласно традиционному подходу неэффективный масштаб производства является причиной низкого уровня производительности малых предприятий и низкой зарплаты рабочих. Наблюдавшийся в течение двух прошедших десятилетий сдвиг от крупных корпораций в сторону новых и небольших фирм можно считать причиной снижения уровня жизни американцев. Отток служащих из высокопроизводительных компаний с высокой оплатой труда в низкопроизводительные с невысокой оплатой труда (небольшие) компании, согласно традиционному подходу, снижает уровень благосостояния населения Америки. В связи с этим хороши любые меры, направленные на возвращение хозяйствующих субъектов из малого бизнеса обратно в крупные корпорации, так как это будет способствовать повышению уровня жизни в стране.

С другой стороны, нетрадиционный динамический подход. Если вернуться на 15 лет назад, станет ясно, что объяснение эффективности малых предприятий с этой точки зрения гораздо в большей степени соответствует не только положениям появившихся во множестве теорий об эволюционной роли небольших и новых фирм, но и эмпирическим данным, полученным при рассмотрении компаний и целых отраслей не в покое, а в развитии (Caves 1998).

Перед нами стоит задача дать объяснение той роли, которую сыграли малые предприятия в придании экономике США динамичного характера. Особое внимание мы намерены уделить роли малых предприятий в изобретательской деятельности, в создании рабочих мест и усилении конкурентоспособности страны на международных рынках.

Статическая роль

Данные о статической роли МСП в Соединенных Штатах представлены в таблице 1. Данные взяты из Лонгитудиального списка компаний и предприятий (Longitudinal Establishment and Enterprise (LEEM), составленного совместными усилиями Управления по защите интересов мелких предпринимателей США и Бюро переписи населения США. Более подробное объяснение и документальное подтверждение информации, содержащейся в базе данных можно найти у Audretsch (1995).

Таблица 1. Распределение компаний и предприятий из списка LEEM в зависимости от числа занятых и отраслевой принадлежности: 1995

Отрасль

Кол-во занятых

Агро
услуги

Горно-
добыча

Строи
тельство

Обработка

TCPU

Оптовые

Рознич-
ные

FIRE

Сфера
Услуг

Без кода

0

1-4

5-9

10-19

20-49

50-99

100-249

250-499

500-999

1000+

Всего

22,539

49,759

19,262

9,967

3,707

785

399

168

214

946

107,746

2,238

10,029

3,417

2,576

2,084

951

809

603

625

3,991

27,333

96,543

306,478

111,382

62,891

35,052

9,111

4,275

1,360

931

3,810

631,833

27,212

100,551

60,442

52,575

48,424

22,033

18,612

9,923

8,376

40,229

388,377

28,875

96,342

34,663

23,759

18,514

8,446

7,901

5,055

4,683

56,194

284,432

40,618

172,102

79,305

59,668

48,351

21,676

18,983

10,275

9,302

56,624

516,904

126,378

468,307

229,549

153,936

116,609

50,563

47,050

31,708

29,065

305,629

1,558,794

52,374

261,041

60,036

33,534

28,471

17,995

18,332

11,729

12,139

132,215

627,866

236,236

1,078,044

395,712

217,715

142,859

62,258

62,210

 

 

2,378,412

25,352

21,973

3,188

1,097

404

30

18

 

 

52,067

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Управления по делам малого бизнеса определяет предприятие как малое, если на нем работает менее 500 человек. В основных отраслях экономики малые и средние предприятия составляют большинство. Например, в обрабатывающей промышленности только около 49 000 из 380 000 предприятий (учреждений) считается крупными.

В таблице 2 показано распределение занятости в зависимости от размера компании. Поскольку в крупной компании занято больше людей, чем в МСП, фирмы распределяются по числу занятых не столь неравномерно, как в таблице 1, где они распределяются по числу в отрасли. И тем не менее, большинство американцев работают в МСП. Однако, доля занятых в МСП варьируется в основных отраслях народного хозяйства в широких пределах. Например, в строительстве в крупных компаниях работает лишь небольшая часть всех занятых. В обрабатывающей отрасли, наоборот, в них заняты две трети от общего числа работающих.

В таблицах 1 и 2 деловые предприятия классифицируются в зависимости числа занятых в отрасли, к которой они относятся. В таблице 3 показано, что если деловые предприятия классифицируются по числу занятых, то в категорию МСП попадает больше предприятий. Аналогичная ситуация отражена в таблице 4. Цифры свидетельствуют об увеличении доли занятых в МСП, если занятость классифицировать по числу работающих на предприятии, а не по числу работающих в отрасли.

Самым поразительным при статическом взгляде на промышленную организацию является то, что масштаб производства малых предприятий настолько невелик, что не позволяет им в достаточной степени воспользоваться преимуществами эффекта масштаба, даже если число работников меньшим 500. Авторы многочисленных работ приходят к выводу, что из за минимального уровня эффективности или по-другому минимального масштаба производства, при котором средние издержки на единицу продукции могут также быть минимальными, для достижения эффекта масштаба в обрабатывающей промышленности, производство должно быть крупномасштабным. Любую отрасль или предприятие, на котором не достигается минимальный уровень эффективности, называют субоптимальными или неэффективными вследствие того, что их средние издержки выше, чем в более эффективных более крупных компаниях. Weiss (Audretsch и Yamawaki 1991, стp. 403) полагают, что “термином “субоптимальная” производительность описывается ситуация, когда заводы слишком малы, чтобы быть эффективными”.

Таблица 2. Распределение занятости по числу работающих в компаниях из списка LEEM и по отраслям, к которым они относятся

Отрасль делового предприятия

Размер фирмы

Агро

услуги

Горнодо

быча

Строи

тельство

Обработка

TCPU

Оптовые

Розничные

FIRE

Услуги

Без кода

0

1-4

5-9

10-19

20-49

50-99

100-249

250-499

500-999

1000+

Всего

0

103,692

126,586

130,322

101,525

45,497

36,888

15,172

10,856

59,104

629,642

0

20,160

22,410

33,794

53,395

27,959

44,129

31,067

38,658

345,734

627,306

0

642,722

728,147

837,695

1,108,886

574,168

485,825

210,453

141,812

397,734

5,036,900

0

227,470

303,733

714,023

1,433,918

1,308,089

1,796,540

1,276,358

1,274,762

10,172,347

18,608,240

0

199,212

223,611

302,064

457,795

339,675

393,102

235,453

234,024

3,358,287

5,923,233

0

369,679

513,430

732,703

1,053,428

684,409

700,693

373,365

262,512

1,914,731

6,604,950

0

1,040,824

1,478,920

1,878,676

2,653,287

1,693,721

1,440,357

768,499

640,040

9,481,931

21,076,255

0

501,333

373,335

377,532

521,661

412,520

492,592

322,560

311,394

3,670,767

6,983,694

0

2,244,789

2,540,323

2,705,654

3,448,373

2,561,140

3,564,147

2,468,592

2,311,945

12,851,941

34,696,904

0

36,717

20,399

14,330

11,360

1,851

2,490

253

2,243

2,156

91,799

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Таблица 3. Деловые предприятия и фирмы из списка LEEM, сгруппированные по числу работающих

 

1990

1994

1995

Категория
занятости

Кол-во предприятий
по числу работающих на фирме

Кол-во
предприятий по числу работающих на
предприятии

Кол-во предприятий
по числу работающих на фирме

Кол-во
предприятий по числу работающих на
предприятии

Кол-во предприятий
по числу работающих на фирме

Кол-во
предприятий по числу работающих на предприятии

0

1-4

5-9

10-19

20-49

50-99

100-249

250-499

500-999

1000+

Всего

592,101

2,393,133

969,135

598,851

415,667

174,448

160,002

94,725

82,052

645,902

6,126,016

619,153

2,679,308

1,237,084

769,619

508,293

175,357

97,709

24,323

9,590

5,581

6,126,016

655,566

2,520,339

981,598

608,316

438,295

192,803

178,683

105,074

87,258

697,125

6,465,057

694,967

2,838,407

1,285,158

799,077

526,365

177,913

102,940

25,657

9,765

5,808

6,465,057

658,365

2,564,626

996,956

617,718

444,475

193,848

178,589

105,392

91,039

722,746

6,573,754

695,344

2,882,658

1,298,392

817,335

543,906

185,259

107,308

27,194

10,333

6,025

6,573,754

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Таблица 4. Распределение занятости по числу работающих на фирмах и по числу работающих в на предприятиях из списка LEEM

 

1990

1994

1995

Категория
Занятости

Кол-во предприятий
по числу работающих на фирме

Кол-во предприятий по числу работающих на предприятии

Кол-во предприятий по числу работающих на фирме

Кол-во предприятий по числу работающих на предприятии

Кол-во предприятий по числу работающих на фирме

Кол-во предприятий по числу работающих на предприятии

1-4

5-9

10-19

20-49

50-99

100-249

250-499

500-999

1000+

Всего

5,108,303

6,242,213

7,534,444

10,401,095

7,295,147

8,268,752

5,272,697

4,807,014

38,495,464

93,425,129

5,843,895

8,158,925

10,343,097

15,375,515

12,027,638

14,610,283

8,306,581

6,550,174

12,209,021

93,425,129

5,311,360

6,325,466

7,537,382

10,364,280

7,321,621

8,590,755

5,523,148

5,128,503

40,584,831

96,687,346

6,127,769

8,485,239

10,738,355

15,905,109

12,224,648

15,276,124

8,757,727

6,661,977

12,510,398

96,687,346

5,386,598

6,431,894

7,726,793

10,753,793

7,759,029

8,956,763

5,701,772

5,228,246

42,434,190

100,278,913

6,192,612

8,574,605

10,992,228

16,435,592

12,755,332

16,070,791

9,280,853

7,019,910

12,956,990

100,278,913

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Поскольку эффекту масштаба в обрабатывающей промышленности придается большое значение, большинство малых предприятий попадает в категорию субоптимальных. Например, Weiss (1964) обнаружил, что доля субоптимальных заводов в стоимости поставок составляет примерно 52,8 %, Scherer (1973) говорит о том, что эти 52,8 % приходится на субоптимальные заводы в 12 отраслях, а Pratten (1971) установил, что на долю предприятий с субоптимальным масштабом деятельности приходится 47,9 % всех поставок в отрасли. Проанализировав литературные источники на предмет числа субоптимальных компаний, Вейс (Weiss) пришел к выводу, что “в большинстве отраслей к субоптимальным относится подавляющее большинство компаний. Предположим, что в той или иной отрасли экономики насчитывается 100 компаний. Как правило, только от 5 до 10 будут работать на уровне минимальной эффективности или близком к нему.”

Как такая ситуация влияет на уровень благосостояния? Поскольку Weiss (1979, стp.1137) придерживается мнения, что субоптимальные малые предприятия являются причиной снижения экономической эффективности, он выступает за поддержку любых мер правительства, “направленных на сокращение субоптимальных производственных мощностей”. Фактически это искусно замаскированный выпад против монополии на рынке, так как эмпирические данные говорят о том, что “зонтик цен”, устанавливаемый монополией позволяет существовать компаниям с субоптимальным масштабом производства. Weiss (1979) заходит так далеко, что утверждает, что самый большой вред, наносимый монополизацией рынка, выражается даже не в завышении потребительских цен, а скорее в том, что она способствует существованию небольших фирм с субоптимальной эффективностью экономической деятельности.

Уровень заработной платы и производительности труда красноречиво свидетельствует о более низком уровне эффективности малых предприятий по сравнению с крупными. После изучения богатого эмпирического материала, включающего многочисленные примеры, собранные в различные промежутки времени и в разных странах, не остается сомнений в том, что оплата труда (и другие виды выплат) прямо пропорциональны размеру предприятия. Очень часто цитируют Brown, Hamilton и Medoff, которые пришли к выводу, что “причина более высокой оплаты труда работников крупных предприятий заключается не только в межотраслевых различиях, условиях труда, авторитетом профсоюзов. У работников крупных предприятиях больше различных льгот, они более социально защищены, чем их коллеги на малых предприятиях. Взятые вместе эти факторы свидетельствуют о том, что крупные компании предоставляют своим работникам гораздо более весомый “пакет” социальной защиты. На самом деле, и это показывает Audretsch (1995), средний размер заработной платы в небольших компаниях обрабатывающей отрасли, квалифицирующихся как субоптимальные, составляет всего 80,5 % от зарплаты работников крупных компаний.

Если посмотреть на последствия недавнего оттока хозяйствующих субъектов из крупных компаний в малые предприятия на уровне благосостояния общества, с точки зрения традиционного статичного промышленного предприятия и в свете экономики труда, картина будет однозначной. Общий уровень благосостояния общества понизится, так как уровень заработной платы в малых предприятиях будет ниже, чем в крупных. Weiss (1979) с точки зрения эффективности, и Brown, Hamilton, и Medoff (1990) с точки зрения размера оплаты труда, делают вывод о том, интересы общества требуют принятия мер, стимулирующих возвращение хозяйствующих субъектов из малых предприятий в крупные компании.

Динамический взгляд

Coarse (1937) была присуждена Нобелевская премия за обоснование необходимости существования фирмы. Но почему в отрасли должна существовать не одна, а несколько фирм? Один из возможных ответов дает традиционная экономическая литература, в которой предметом изучения является традиционное промышленное предприятие. Возможность получения больших прибылей привлекает в отрасль хозяйствующих субъектов. Вступление в отрасль новых фирм представляет интерес и имеет значение потому, что они способствуют большему равновесию на рынке, а именно цены повышаются, а прибыли увеличиваются до конкурентоспособного уровня. Новые фирмы, как и остальные участники рынка, хотят делать бизнес. Рынок выравнивается, так как игроков на нем становится больше.

Audretsch (1995) дает другое объяснение. Он показывает, вступление на рынок новых фирм приводит к увеличению объем производства не только в связи с тем, что они представляют собой уменьшенную копию уже действующих предприятий, а потому, что они выполняют функцию проводников перемен. Это и дало основания полагать, что небольшие фирмы, по крайней мере в определенных обстоятельствах, не намерены быть всего лишь уменьшенной копией тяжеловесов, скорее они будут стремиться изменить сложившуюся ситуацию, создавая новые продукты и разрабатывая новые технологии.

Источником большинство теорий об инновационной деятельности служит фирма как таковая. Согласно этим теориям фирмы экзогенны, а их деятельность, приводящая к изменениям в технологиях, эндогенна. Например, согласно наиболее часто встречающейся в литературе модели, которую Griliches (1979) назвал функцией создания знания, фирмы существуют экзогенно, а затем вовлекаются в погоню за новым экономическим знанием, с тем чтобы использовать его в качестве ресурса, вводимого в процесс создания новых продуктов и технологий.

Решающее значение отводится новому экономическому знанию. Cohen и Klepper пришли к выводу, что самым важным источником нового экономического знания являются научные исследования и опытные разработки. Безусловно, большинство эмпирических данных свидетельствует об устойчивой и положительной связи между ресурсом, вводимым в производства в форме знания, полученного в результате такого рода исследований, с одной стороны, и новых продуктов и технологий на выходе, с другой.

Отмечается, что функция создания знания работает на высоком уровне обобщения. Самые передовые в техническом отношении страны отличаются самым большим объемом инвестиций в НИОКР. Низкий уровень достижений характерен для менее развитых стран, в которых фирмы, генерирующие знание, малочисленны. Также обстоит дело и в отраслях, генерирующих больше всего нововведений, они инвестирует в НИОКР большие средства. Производители компьютеров, фармацевтических препаратов и приборов не только первые по объемам инвестиций в НИОКР, которые дают им новое экономическое знание, но и по числу нововведений, являющихся результатом этой работы (Audretsch 1995). Наоборот, в тех отраслях, где НИОКР не уделяется должного внимания, а именно, в деревообрабатывающей, текстильной, целлюлозно-бумажной промышленности, новых технологий столь мало, что их можно даже не принимать во внимание. Таким образом, модель создания знания, устанавливающая зависимость между ресурсами, вводимыми с целью овладения знанием, и полученными результатами, безусловно, справедлива для макроэкономического уровня.

Установленная нами зависимость не столь однозначна на микроэкономическом уровне, т. е. на уровне отрасли, предприятия или вида предпринимательской деятельности. Например, хотя Acs и Audretsch (1990) обнаружили, что коэффициент корреляции между объемом инвестиций в НИОКР и нововведениями для компаний, внесенных в четырехзначный Стандартный отраслевой классификатор (SIC), составляет 0,84, и всего 0,40 для крупнейших корпораций США.

Моделирование функции создания знания несколько тускнеет в свете появившегося в последнее время целого ряда работ, доказывающих, что малые предприятия являются в некоторых отраслях движущей силой для создания новых продуктов и технологи. Полученные результаты ошеломляют, поскольку свидетельствуют, по наблюдению Scherer (1991), о том, что основной объем НИОКР в промышленности приходится на крупные корпорации. На долю малых предприятий приходится лишь небольшая часть общего объема этих исследований. По всей видимости, согласно функции получения знания, как и предсказывает Schumpeterian гипотеза, создание новых продукты и технологий лучше всего удается тем организациям, которые имеют доступ к соответствующим ресурсам, т. е. крупным компаниям с устойчивым положением на рынке. Последние данные о том, кто наиболее активно генерирует нововведения, заставляют задать вопрос - Откуда у новых небольших компаний берутся для этого ресурсы, т. е. знания?

Ответ, предложенный Audretsch (1995), заключается в том, что хотя модель функции создания знания, скорее всего, еще не утратила своего значения, сомнение вызывает объект наблюдения, а именно, фирма. Причина, по которой функция создания знания оказывается более справедлива при высоком уровне обобщения, по всей видимости, объясняется тем, что результатами от капиталовложений в НИОКР и другие источники знания пользуются третьи лица, т. е. фирмы, непосредственно не участвующие в процессе.

Много работ посвящено экономистами так называемой проблемы присвоения. Авторы пытаются дать ответ на вопрос о том, как фирмам, вкладывающим средства в создание нового экономического знания, наилучшим образом распорядиться полученными в результате экономическими преимуществами (Arrow 1962). Audretsch (1995) предлагает заменить использующиеся в качестве объекта наблюдения экзогенные фирмы на отдельных людей, т. е. людей, наделенных способностями к получению нового экономического знания. Но такая замена объекта наблюдения порождает справедливый вопрос - Как участники экономического процесса с выраженными способностями к получению нового экономического знания могут наилучшим способом присвоить результаты?

Проблема присвоения преимуществ, которые дает новое знание, стоит также и перед фирмой. Субъекты экономической деятельности могут выполнять и выполняют работу для фирм, и, даже если кто-то из них этого не делает, возможность, что одна из существующих фирм пригласит их, не исключается. Действительно, при наличии всей необходимой информации и отсутствии посреднических затрат экономия на масштабе или на диверсификации производства обеспечит совпадение интересов фирмы и личности в решении проблемы присвоения. Если у субъекта рынка есть идея о том, как что-либо делать иначе, чем это делают известные предприятия, или идея нового продукта/процесса, иной организации производства, ее, назвав инновационной, предлагают предприятию. Поскольку мы предположили знание однозначно точным, то фирма и субъект о цене нововведения обязательно договорятся. При этом предполагаемая отдача от внедрения изобретения существующим предприятием превысит отдачу, на которую можно рассчитывать, создавая под него новую компанию, на величину, которую дает экономия на масштабе или экономия в результате диверсификации производства. Таким образом, можно ожидать, что уже существующее фирма и изобретатель договорятся о разделе между собой добавленной стоимости, которую получит фирма в результате внедрению изобретения. Размер вознаграждения изобретателю в форме увеличения заработной платы или в какой-либо иной форме будет зависеть от предполагаемой цены изобретения. Если реализацией идеи будет заниматься уже существующая на рынке компания, то цена будет максимальной. Прибыль, которую изобретатель рассчитывает получить, если откроет свое дело, будет минимальной. Таким образом, каждый субъект экономической деятельности сам выбирает способ присвоения стоимости своего изобретения, сравнивая, сколько он может заработать, продолжая работать в компании - w, c чистой дисконтированной стоимостью прибыли, увеличивающейся со дня основания новой компании - p . Если два эти значения относительно близки, то вероятность того, что субъект предпочтет присвоить стоимость знания, используя внешний механизм, например создать новую компанию - Pr(e), относительно мала. С другой стороны, чем больше w отличается от p; , тем больше вероятность, что субъект предпочтет присвоить стоимость знания посредством внешнего механизма, т. е. начав новое дело, или

Pr(e) = f(p - w)

В модели, предложенной Audretsch (1995), объект наблюдения, а именно, фирмы, рассматривающие вопрос об увеличении объема производства с нуля до какого-либо положительного значения в новой отрасли, меняется на отдельных людей, обладающих новым знанием, которое в связи с присущей неопределенностью может дать, а может и не дать положительного экономического результата. Именно изначально присутствующая в новом экономическом знании неопределенность в сочетании с несовпадением интересов обладающего этим знанием субъекта и иерархией принятия решения в уже устоявшейся компании относительно предполагаемой стоимости знания порождает различие в стоимостной оценке знания.

Способ присвоения знания, который предпочтет субъект, либо через уже существующую компанию, либо через создание или участие в новой компании, будет зависеть от того, как в отрасли относятся к знанию. Если режим производства требует строго регламентирован, субъект будет склоняться к присвоению стоимости новых идей в рамках уже существующей фирмы. Таким образом, открытие новых компаний в отраслях с такого рода режимом производства будет маловероятным.

Наоборот, там, где степень свободы больше, субъект скорее будет склоняться к присвоению стоимости новых идей путем открытия собственной фирмы. Таким образом, вероятность открытия новых фирм в таких отраслях будет выше.

Audretsch (1995) полагает, что разногласия в оценке предполагаемой стоимости нового знания при определенных обстоятельствах заставят субъекта, по словам Hirschman (1970), скорее уйти, чем возражать. Он, скорее всего, покинет предприятие для того, чтобы открыть свое дело. Но кто же более прав, те, кто уходят, или те, которые остаются в организации с иерархической структурой принятия решений, которая, недостаточно высоко оценив идею, заставляет субъекта, располагающим потенциалом создания нового продукта/метода ее покинуть? Конечно, по прошествии времени ответить на этот вопрос будет не трудно. А на первый взгляд с учетом неопределенности нового знания ответ может быть только тривиальным.

Таким образом, о перспективах начинающей фирмы судить трудно Если она создается для реализации новой идеи (т. е. нововведение возможно), то кто может быть уверен, что спрос будет достаточным и что та же самая или еще более гениальная идея не пришла в голову кому-то еще, создав предпосылки для конкуренции. Даже если новая фирма во всем старается быть похожей на компанию, добившуюся успеха, никто не может с уверенностью сказать, что в будущем сохранится достаточный спрос на ее продукцию или даже на продукцию уже существующей компании. Вкусы потребителей меняются под влиянием новых идей, реализуемых и другими фирмами.

И наконец, в случае с начинающей фирмой неизвестно, насколько компетентны ее руководители, работники, эффективна ли ее организационная структура. Фирмы, имеющие опыт работы на рынке, знают обо всем этом, по крайней мере, из практики. В случае с начинающей фирмой не существует уверенности в том, сможет ли она произвести, довести до рынка и продать продукт, существующий только в виде идеи. В обоих случаях новым фирмам приходится решать уравнение с большим числом неизвестных, чем существующим предприятиям.

Присутствующая с самого начала неопределенность, которая для начинающей компании характерна в большей степени, чем для уже существующей, зафиксирована в теории выживания фирм и развития отрасли, выдвинутой Jovanovic (1982). Jovanovic предлагает модель, в которой новые фирмы - он называет их предпринимателями- несут издержки, которые не только случайны, но и у всех разные. В основе модели лежит тот факт, что новая фирма не знает, каковы ее издержки (т. е. насколько она эффективна), об этом ей становится известно уже после того, как работа начата. В частности, Jovanovic (1982) полагает, что предприниматели не уверены в своей способности управлять новой фирмой и, как следствие, не уверены в своих шансах на успех. Хотя предприниматели могут открыть фирму, имея самое смутное представление о том, что им делать дальше, они узнают, способны ли они руководить и жизнеспособна ли их идея, ради реализации которой была открыта фирма, только после ее создания. Те предприниматели, способности которых, как выясняется, превосходят ожидания, расширяют дело, тогда как те, кто обнаруживает, что результаты деятельности гораздо хуже, чем они ожидали, по большей части уходят с рынка. Модель Джовановича (Jovanovic) известна как шумное выживание, когда обороты компетентных фирм растут, а некомпетентных снижаются, и они могут закрыться.

Приобретение знаний в процессе отбора вызвало много споров. То, что научение есть ни что иное как умение нового предприятия приспосабливаться к условиям рынка, связывали с теорией Larackian, согласно которой новым фирмам, проявляющие большую гибкость, чем остальные, удается приспособиться к каким угодно условиям рынка. Как отмечали Nelson и Winter (1982, стp. 11): “Организации всех видов выделяют средства на образование; организации стремятся перенимать методы работы своих наиболее удачливых конкурентов.”

Другое объяснение заключается в сведении научения к узнаванию, на правильном ли пути находится фирма в смысле, тот производит продукт и те ли методы производства использует. Согласно этому объяснению новое предприятие, которое не обязательно может приспособиться к условиям рынка, получает информацию о своей результатах своей деятельности, в частности о том, насколько оно лучше, чем конкуренты может удовлетворять спрос. О чем идет речь в теории организационной экологии, выдвинутой Hannan и Freeman (1989), становится ясно из следующего высказывания авторов: “Мы полагаем, что в структуре отдельных организаций изначально заложена инерция.” Другими словами, для них научение происходит не в смысле осуществления соответствующей корректировки своих действий, выражающейся в основополагающей тождественности и цели, а в смысле их восприятия. Таким образом, с этом случае приобретается знание о том, правильно ли выбран путь, а не о том, как его изменить.

Теория выживания особенно привлекает, если принять во внимание число работников в большинстве начинающих фирм. Например, в более чем 11 000 начинающих фирмах в обрабатывающих отраслях Соединенных Штатов, как выяснилось, в среднем занято менее 8 человек (Audretsch 1995). Хотя уровень минимальной эффективности изменяется в значительных пределах от отрасли к отрасли, а в некоторых отраслях даже в какой-то степени зависит от вида выпускаемой продукции, размер большинства вновь появившихся на рынке фирм очень небольшой, чтобы большинство из них работало с субоптимальной эффективностью. Зачем же предприниматель открывает новую фирму, которая с самого начала сталкивается с трудностями, причиной которых является масштаб производства?

Теория выживания говорит о том, что новые фирмы могут начинать с небольшого, даже субоптимального масштаба производства, а затем, если позволяют результаты деятельности, его увеличивают. Фирмы, добившиеся успеха, расширяются, те, к которым успех не пришел, продолжают выпускать небольшие партии товара и в конечном итоге случается, что уходят из отрасли, если уровень производства продолжает оставаться субоптимальным.

Придя в отрасль, предприниматель должен решить, поддерживать ли ему уровень производства путем расширения деятельности компании, заключения контрактов или уходить с рынка. В литературе мнения авторов о факторах, оказывающих влияние на принятии того или иного решения, разделились. Основных причин несколько. По мнению одной группы авторов, которое, кстати, кажется более очевидным, вероятность ухода будет возрастать по мере увеличения разрыва между объемом производства и уровнем минимальной эффективности По мнению авторов, принадлежащих ко второй группе, принятие решения об уходе зависит от технологического режима. Как утверждают Dosi (1982) и Arrow (1962), там, где новаторские идеи появляются более часто, выше степень неопределенности, причем сомнений больше не только в отношении реализации идеи с технической точки зрения, но и в отношении спроса на конечный продукт. По мере возрастания неопределенности, в частности при предпринимательском режиме, вероятность производства фирмой жизнеспособного продукта и в конечном итоге способность к выживанию уменьшается.

Важное значение динамического процесса отбора фирм и развития отрасли заключается в том, что скорее всего новым фирмам придется работать с субоптимальной экономической эффективностью, если технологические условия способствуют инновационной деятельности (т. е. при предпринимательском режиме). Если новые фирмы успешно обучаются и приспосабливаются к условиям рынка или им просто везет, то они превращаются в предприятия жизнеспособного размера. Если обстоятельства складываются по-другому, начинается стагнация и в конечном итоге возможен уход из отрасли. Это наводит на мысль о том, что создание новой компании там, где действует эффект масштаба, сильно затруднено. До тех пор пока предприниматели видят хоть какую-то возможность увеличить производство и выжить, фирмы будут создаваться. Так в отраслях, где уровень минимальной эффективности высокий, из наблюдения за типичными начинающими малыми предприятиями следует, что темпы роста выживших фирм, скорее всего, будут относительно высокими.

При этом новым фирмам, которые не способны ни к дальнейшему развитию, ни к достижению минимальной эффективности, скорее всего, придется покинуть отрасль, так как вероятность их выживания относительно низка. В отраслях с низким уровнем минимальной эффективности ни потребность в росте, ни последствия, к которому приводит его отсутствие не столь разрушительны, так что можно говорить об относительно низких темпах роста и о выживании большего числа фирм. Аналогично, в отраслях, где больше возможностей для инноваций, больше предпринимателей попытают счастье вырасти в предприятие жизнеспособного размера. Можно предположить, что в этих отраслях успешные предприятия будут расти быстрее, но выжить им будет труднее.

То, что в динамике роль МСП видится иначе, чем в статике, видно из таблицы 5, где показано изменение в уровне занятости в период между 1990 и 1995 годом, к которому привело создание новых фирм (рождения), уход с рынка (смертность), дополнительных рабочих мест в существующих фирмах (расширение производства) и сокращение рабочих мест в существующих фирмах (снижение деловой активности). Так в этот период благодаря рождению новых фирм в обрабатывающих отраслях уровень занятости увеличился на 12,76 %. Однако, изменение в уровне занятости из за рождения новых фирм был значительно выше в случае создания МСП, чем крупных корпораций. Почти на 1/3 увеличилось число рабочих мест за счет создания новых фирм с числом работников менее 20. Также наблюдалось увеличение занятости в МСП, составившее 144,69 %, в результате организации новых предприятий.

Однако, наблюдалось и значительное сокращение рабочих мест в результате закрытия компаний, представленное в таблице пять в графе “смертность”. Общий рост занятости в 12,76 % не только был сведен к нулю, но и приобрел отрицательное значение в связи с сокращением рабочих мест в результате “смертности” предприятий, составившей 15,92 %. Малые предприятия отличает как более высокий коэффициент “рождений”, так и более высокий коэффициент “смертности”. В 1990 году доля сокращения рабочих мест в связи с закрытием компаний составляла 12,79 % в крупных корпорациях, 19,37 % в предприятиях с числом работников от 20 и 499 и 28,69 % для предприятий с числом работников меньше 20.

Темпы увеличения численности тоже обратно пропорциональны числу работающих, причем численность работников на предприятиях, где их меньше всего, увеличивается почти на одну треть, тогда как на крупных всего на 10 %. Однако, рисунок сокращения численности отличается как от “рождений”, “смертности” и темпов роста. Это объясняется тем, что быстрее всего снижается численность работников крупных корпораций, а медленнее всего на предприятиях с числом занятых менее 20. Высокие темпы сокращения численности занятых на крупных корпораций, составившие 16,62 %, свидетельствуют о массовых увольнениях в 1990-х.

Массовые увольнения в сочетании с относительно небольшим количеством новых рабочих мест и низкими темпами роста численности привел в период с 1990 по 1995 к нетто сокращению рабочих мест в крупных корпорациях на 8,47 %. В то же время создание большого количества рабочих мест и высокие темпы роста в сочетании с низкой “смертностью” и низкими темпами сокращения численности привели к нетто увеличению уровня занятости в 21,25 % в фирмах с числом работников менее 20.

Для Соединенных Штатов типичен динамический рисунок создания рабочих мест в обрабатывающих отраслях. В каждой крупной отрасли (1) “рождаемость” МСП выше, чем крупных корпораций, (2) “смертность” МСП выше, чем крупных корпораций, (3) темпы роста численности занятых в МСП выше, в чем крупных корпорациях, (4) сокращение численности в крупных корпорациях выше, чем в МСП и (5) чистый прирост рабочих мест в МСП самый большой.

В таблице 6 показано, что несмотря на количественный рост малых предприятий и предприятий в целом во времени, темпы роста практически не изменялись. Более динамичному развитие экономики США, о чем свидетельствуют данные таблицы 4, МСП способствовали не только в течение нескольких лет, такое развитие характерно для США и в настоящее время.

Таблица 5. Изменение в уровне занятости в разрезе изменений типов деловых предприятий, отрасли и размера фирм (по методу базового года)

 

Кол-во работников

Уровень занятости на

Рождения

Смерти

Расширение

Сокращение

В чистом выражении

Отрасль

в фирме

предприятиях

в 1990

( в % к уровню занятости в 1990 в категории

предприятия того же размера)

Всего

<20

20-499

500+

Всего

<20

20-499

500+

Всего

<20

20-499

500+

Всего

<20

20-499

500+

Всего

<20

20-499

500+

Всего

1,354,055

5,863,336

11,956,053

19,173,444

2,559,336

2,831,202

1,127,345

6,517,883

6,059,802

9,075,659

11,054,412

26,189,873

8,911,767

13,467,494

19,164,668

41,543,929

18,884,960

31,237,691

43,302,478

93,425,129

30.38

14.31

10.01

12.76

38.51

17.61

20.49

26.32

34.29

27.57

31.74

30.89

35.54

30.79

28.88

30.93

35.17

25.57

24.18

26.87

-28.69

-19.37

-12.79

-15.92

-34.52

-25.47

-24.12

-28.79

-33.39

-25.14

-21.16

-25.37

-27.36

-21.61

-17.77

-21.07

-30.36

-22.56

-17.42

-21.76

31.27

18.67

10.93

14.73

26.15

14.54

13.89

18.98

20.65

13.04

12.61

14.62

27.20

19.89

15.67

19.51

25.25

17.18

13.53

17.12

-11.72

-13.05

-16.62

-15.18

-14.39

-22.08

-24.22

-19.43

-11.90

-14.82

-14.41

-13.97

-12.23

-15.82

-14.91

-14.63

-12.38

-15.58

-15.50

-14.89

21.25

0.57

08.47

-3.61

15.75

-15.41

-13.97

-2.93

9.66

0.65

8.79

6.17

23.14

13.24

11.87

14.73

17.68

4.61

4.79

7.34

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

В таблице 7 показано, что МСП способствуют не только созданию большего количества рабочих мест в чистом выражении, но и более бурному их созданию. Количество созданных рабочих мест в сумме с их исчезновением в таблице 7 представлено в графе “перераспределение”.

Значение МСП для экономики США более заметно при рассмотрении сложившейся ситуации с динамической точки зрения, чем при анализе с точки зрения статики.

Таблица 6. Изменение в количестве деловых предприятий в США за финансовый период с 1982 - 1995 (в тыс.)

Год

Фирмы на

конец каждого года

Фирмы-приемники

Новые

фирмы

Всего:

новые и

приемники

Закрытие

Нетто-темп

роста

(%)

1995

1994

1993

1992

1991

1990

1989

1988

1987

1986

1985

1984

1983

1982

6,057

5,992

5,851

5,741

5,687

5,639

5,568

5,513

5,420

5,230

5,142

5,009

4,837

4,777

164

137

136

138

140

146

153

153

163

175

166

164

171

185

819

807

776

737

724

769

743

755

775

741

722

691

633

595

983

944

911

875

864

915

896

907

939

916

888

855

804

781

871

803

801

819

818

846

826

752

717

801

746

687

720

707

1,09

2,40

1,93

0,95

0,84

1,27

1,10

1,71

3,64

1,70

2,67

3,54

1,26

1,55

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Таблица 7. Потоки рабочей силы на деловых предприятиях по численности работников в год создания предприятия: 1994 - 1995 [ Процентное изменение в количестве рабочих мест в деловом предприятии (на основании средней занятости на предприятиях, размеры которых относятся к одному классу)] .

Начальная занятость

Занятость в 1994

Нетто

Создание

Разрушение

Перераспределение

1-4

5-19

20-49

50-99

100-499

500-999

1,000-4,999

5,000

Итого

6,127,769

19,223,594

15,905,109

12,224,648

24,033,851

6,661,977

9,934,405

2,575,993

96,687,346

18,2

5,0

3,5

3,2

2,1

-0,6

-0,9

1,5

3,6

36,2

20,8

17,5

15,9

13,5

10,2

8Ю0

10,1

16,6

-17,9

-15,8

-14,0

-12,7

-11,5

-10,8

-8,9

-8,5

-13,0

54,1

36,6

31,5

28,6

25,0

21,0

16,9

18,6

29,6

Средняя занятость

на деловом предприятии

Занятость в 1994

Нетто

Создание

Разрушение

Перераспределение

1-4

5-19

20-49

50-99

100-499

500-999

1,000-4,999

5,000

Итого

7,125,242

19,087,849

15,683,617

12,073,947

23,798,729

6,571,009

9,818,110

2,528,843

96,687,346

4,4

3,4

4,1

4,7

4,0

2,6

2,2

1,1

3,6

33,4

20,1

17,6

16,4

13,8

11,1

9,0

7,3

16,6

-29,0

-16,7

-13,6

-11,7

-9,8

-8,6

-6,8

-6,1

-13,0

62,4

36,7

31,2

28,1

23,6

19,7

15,9

13,4

29,6

Источник: Табличные данные аналога LEEM, совместный проект Управления экономических исследований, Управления пропаганды, Управления по защите интересов мелких предпринимателей и Центра экономических исследований Бюро переписи населения, Министерство торговли США.

Нововведения

Не только всегда считалось, что экономическая эффективность крупной корпорации исключительно высока, ей до сих пор приписывают роль движителя технического прогресса и считают источником всех нововведений. В конце концов, по мнению Shumpeter (1942, стp. 106), “мы должны принять тот факт, что крупномасштабное производство стало самым мощным двигателем прогресса.” Несколькими голами позже Шумпетеру (Shumpeter) вторит Пфдикфшер (1956, стр. 86), когда сокрушается: “Нет более приятной выдумки, чем та, согласно которой новые технологии представляют собой продукт бесподобной изобретательности маленького человека, порождаемой желанием доказать, что его мозги работают лучше, чем у соседа. Досадно, но это выдумка.”

О причинах и следствиях научно-технического прогресса судят по целому ряду показателей. В центре внимания при этом, как правило, оказываются три аспекта инновационного процесса: (1) уровень вводимых ресурсов, таких как расходы на НИОКР или доля тех, кто занимается исследованиями и разработками; в общем числе работающих (2) промежуточный продукт, например. количество патентов на изобретения и (3) количество нововведений.

Самые первые источники данных об объеме НИОКР, свидетельствуют, что практически все новые продукты и технологии были разработаны крупными корпорациями. Когда в качестве критерия стали использовать патенты, общий подход качественно не изменился, хотя стало ясно, что небольшие фирмы больше занимаются патентной деятельностью, чем НИОКР. Прямые методы определения уровня инновационной деятельности, например, базы данных о новых продуктах и технологиях, появляющихся на рынке, дают совершенно другую картину. В ряде работ Acs и Audretsch (1987, 1988 и 1990) обнаружили, что несмотря на то, что крупные фирмы в обрабатывающей промышленности создали больше важных новых продуктов и технологий, чем мелкие, на долю мелких фирм приходится только половина занятых в крупных компаниях, что в результате делает показатель инновационной активности малых предприятий в обрабатывающей отрасли равным 0,309. по сравнению с 0,202 в крупных компаниях.

В таблице 8 приведены данные о том, что относительное преимущество в создании новых продуктов и технологий различными отраслями изменяется в широких пределах. В некоторых из них, таких как производство компьютеров, контрольно-измерительных приборов, преимущество за малыми предприятиями. В других, как например, производство лекарственных препаратов, строительство авиалайнеров, передовые позиции занимают крупные компании.

Таблица 8. Нововведения, предложенные крупными и мелкими компаниями в наиболее технологичных отраслях

Отрасль

Общее число

нововведений

Нововведения, предложенные

крупными

компаниями

Нововведения,

предложенные

малыми

предприятиями

Электронно-вычислительное оборудование

Приборы, контролирующие технологические процессы

Радио- и телекоммуникационное оборудование

Фармакологические препараты

Электронные компоненты

Конструкторские и научные приборы

Полупроводники

Изделия из пластмассы

Фотографическое оборудование

Офисное оборудование

Электроизмерительные приборы

Хирургические инструменты и материалы

Хирургические и медицинские инструменты

Техника специального назначения

Регулирующие устройства для промышленности

Туалетные средства

Вентильная и трубопроводная арматура

Бытовые электроприборы и вентиляторы

Контрольно-измерительные приборы

Оборудование для пищевой промышленности

Двигатели и генераторы

Пластик и полимеры

Промышленные неорганические химикаты

Радио- и телеприемники

Ручные и режущие инструменты

Изготовление поит

Изготовление металлоконструкций

Насосы и насосное оборудование

Оптические приборы и линзы

Лаки и продукты гигиены

Грузовика и тракторы для промышленности

Лечебные и ботанические продукты

Авиалайнеры

Приборы, измеряющие уровень загрязнения окружающей среды

395

165

157

133

128

126

122

107

88

77

77

67

66

64

61

59

54

53

52

50

49

45

40

40

39

38

35

34

34

33

33

32

32

32

158

68

83

120

54

43

91

22

79

67

28

54

30

43

15

41

20

47

3

37

39

30

32

35

27

29

12

18

12

13

13

27

31

22

227

93

72

72

73

83

29

82

9

10

47

13

36

21

46

18

33

6

45

12

10

15

8

4

11

9

17

16

21

19

20

5

1

10

Примечание: Нововведения крупных компаний и малых предприятий в сумме не всегда составляют указанное общее количество, так как некоторые из них не могут быть систематизированы в соответствии с размером фирмы.

Источник: Audretsch (1995)

Audretsch (1995) пришел к выводу, что в некоторых отраслях условия для создания новых продуктов и технологий малыми предприятиями более благоприятны, тогда как в других они более благоприятны для крупных компаний, что полностью соответствует различию между двумя технологическими режимами, а именно, жестко регламентированным и предпринимательским. По мнению Winter (1984, стр.97), предпринимательский режим более благоприятен для вступления на рынок фирм, стремящихся к созданию новых продуктов и технологий, и менее благоприятен для занятия такого рода деятельностью уже давно работающих на нем компаний. При жестко регламентированном режиме складывается прямо противоположная ситуация.

Вступление на рынок новых фирм

На эмпирические данные, которые легли в основу традиционной модели вступления предприятий на рынок, рассматривающей в качестве побудительной причины стремление извлечь высокую прибыль, в самом лучшем случае не стоит полагаться безоговорочно. На этом основании Geroski (1991, стр. 282) делает вывод о том, что “с самого начала ученые затруднялись, исходя из полученных ими данных, найти подтверждение примерам из учебников, иллюстрирующим вступлении новых фирм на рынок. Очень немногие из тех, кто занимался изучением этой проблемы, было чувство, что они смогли дать ответ лишь на половину поднятых вопросов, еще меньше у них было оснований полагать, что ответы даны на самые интересные из них.”

Возможно причина кроется в том, что, статическая по сути, модель пыталась объяснить динамический по сути процесс. Neumann (1993, стр. 593 - 594) подверг критике традиционную модель вступления на рынок, на которую Geroski и Schwalbach (1991), опираются в своих работах, посвященных отдельно взятым странам, поскольку они “обусловлены опорой на статику. Делается предположение, что новые фирмы вступают на рынок, где они сталкиваются с вполне объяснимым противодействием тех, кто уже на нем работает. Поскольку воздействие новых фирм на результаты деятельности существующих компаний очень незначительно, возникает вопрос, оправданы ли затраты на вступление, если коэффициент выживаемости очень мал. Geroski по этому поводу высказывается весьма скептически. Я признаю, что статический подход искажает картину… На самом деле, как правило, новичок на рынке может надеяться на успех только в случае, если он использует новую технологию или предлагает новый продукт, либо то и другое вместе. Простое повторение того, чем занимаются уже существующие фирмы в подавляющем большинстве случаев обречено на неудачу. Если рассматривать процесс вступления на рынок с этой точки зрения, высокая степень корреляции между общим количеством вступающих на рынок новых фирм и теми, кто уходит с рынка указывает на риски, связанные с инновационной деятельностью… Понятно, что начать мыслить в другом измерении, трудно. Никто не спорит, что статический подход имеет свои достоинства, но рассмотрение проблемы в динамическом контексте приведет к новым открытиям.”

И все таки, из эмпирических наблюдений вытекает поразительный вывод, заключающийся в том, что для прихода новых фирм в капиталоемкие отрасли, где эффект масштаба имеет большое значение, нет не только значительных препятствий, их нет вообще Audretsch 1995). Хотя результаты исследований, как правило, не дают четкого представления о проявлении эффекта масштаба и других факторов, традиционно считающихся препятствиями к вступлению новых фирм на рынок, Audretsch (1995) обнаружил убедительные доказательства, что деятельность новых фирм во многом зависит от технологического режима отрасли. Как правило, наибольшая активность новых фирм наблюдается у условиях, обеспечиваемых предпринимательским режимом, или там, где инновационная деятельность почти полностью сосредоточена в малых предприятиях. Эти выводы не противоречат мнению о том, что различия в оценке предполагаемой прибыли от реализации новых идей не проявляются во всех отраслях без исключения, скорее они зависят от отношения к знанию как таковому, сложившемуся при том или другом технологическом режиме.

Выживание

Geroski (1995) и Audretsch (1995) отмечают, что один из главных выводов, полученных на основании изученного материала, заключается в том, что процесс вступления фирм на рынок не заканчивается самим фактом вступлением. То, что происходит с ними в дальнейшем, дает гораздо более четкое представление об отраслевой динамике. В своих ранних работах авторы (Mansfield 1962; Hall 1987; Dune, Roberts и Samuelson 1989; а также Anderson 1991) отмечают не только тот факт, что вероятность выживания новичка довольно мала, но и существование положительной корреляции между выживанием, численностью сотрудников и возрастом фирмы. Позднее эти выводы нашли подтверждение в целом ряде работ, посвященных малому бизнесу в Португалии (Mata, Portugal и Guimaraes 1995; Mata 1994), Германии (Wagner 1994) и Канаде (Baldwin и Goreski 1991); Baldwin 1995 и Baldwin и Rafiquzzaman 1995).

Audretsch (1991), Audretsch и Mahmood (1995) не стали задаваться вопросом -Почему вероятность выживания систематически варьируется от фирмы к фирме?- а попытались понять - Почему склонность фирм к выживанию систематически варьируется от отрасли к отрасли? Ответ на этот вопрос заключается в следующем: то, что ранее было принято считать препятствием к вступлению на рынок, в действительности, является не препятствием к вступлению, а препятствием к выживанию.

Развитие

Закономерность, названная по имени автора законом Gibrat, или предположение о том, что темпы роста не зависят от размера фирмы, неоднократно перепроверены эмпирическими методами исследования (Sutton 1997). Исследования, авторы которых доказывали существование связи между размером и возрастом фирмы, с одной стороны, и ее дальнейшим развитием, с другой, также дали целый ряд соответствующим образом оформленных результатов (Wagner 1992). Так, существуют многочисленные данных о том, что рост отрицательно коррелирует с размером и возрастом фирмы (Hall 1987; Wagner 1992 и 1994; Mata 1994; Audretsch 1995). Однако, данные о более крупных компаниях, в частности, тех, которым удалось выйти на уровень минимальной экономической эффективности, говорят о том. что их рост не зависит от численности работников и возраста.

Важный вывод, к которому пришли Audretsch (1991 и 1995), а также Audretsch и Mahmood (1995), заключается в том, что хотя в отраслях, в которых эффект масштаба имеет большое значение, новые фирмы появляются, выжить им гораздо труднее. Люди открывают новые фирмы в стремлении присвоить ожидаемую стоимость от реализации имеющихся у них новых идей, продуктов или технологий, особенно если отрасль предлагает являющийся благоприятным предпринимательский режим. Проработав на рынке некоторое время предпринимателям становится понятны по крайней мере две вещи. Первое, располагают ли они тем, чем нужно, а именно производят ли они продукт или услуги, на которые существует достаточно высокий спрос, а также могут ли они производить продукт с меньшими издержками, чем конкуренты. Второе, им становится ясно, (i) смогут ли они приспособиться к условиям рынка и (ii) как ведут себя на рынке конкуренты. Что касается знания первого типа, предприниматели, которые видят, что их фирма жизнеспособна, стремятся расширить дело и в конечном итоге выживают. Что же происходит с теми, кто обнаруживает, что либо их деятельность неэффективна, либо предлагаемый ими продукт не пользуется достаточным для выживания спросом? Их судьба зависит от степени проявления эффекта масштаба и от спроса. Как будут развиваться события, когда неспособность фирмы развиваться дальше станет очевидной, зависит от степени проявления эффекта масштаба. Таким образом, на рынках с незначительным эффектом масштаба вероятность выживания фирм будет гораздо выше. Однако, там, где эффект масштаба имеет большое значение, неспособность к росту будет иметь более серьезные последствия, о чем можно судить на основании более низкой вероятности выживания.

Придание малыми предприятиями динамизма экономике

Из новых эволюционных теорий и эмпирических данных об экономической роли новых и небольших фирм следует, что рынки находятся в постоянном движении, обусловленном вступлением и уходом с них большого числа фирм. Движутся ли они в горизонтальном направлении, если большинство уходящих фирм просуществовали очень недолго, или в вертикальном, поскольку значительную часть уходящих фирм - это ветераны, вытесненные более молодыми конкурентами. Пытаясь ответить на этот вопрос, Audretsch (1995) предлагает две различные модели, описывающие идущий в отраслях эволюционный процесс во времени.

Некоторым отраслям лучше всего подходит сравнение с конусообразной вращающейся дверью, через которую новые фирмы приходят на рынок и уходят с него. Другим больше подходит сравнение с лесом, в котором новички вытесняют существующие деловые предприятия. Какая из этих метафор лучше отражает ситуацию, зависит от трех основных факторов, а именно, технологических условий, эффекта масштаба и спроса. Там, где эффект масштаба играет большую роль, действует модель вращающейся двери. Несмотря на только что обсуждавшийся поразительный факт, что эффект масштаба, оказывается, не препятствует образованию и вступлению на рынок новых фирм, процесс их отбора, действующий по принципу вращающейся двери, приводит к выживанию только тех, кто работал достаточно успешно, чтобы расширить дело. Таким образом, большинство тех, кто не добивается успеха, продержавшись несколько лет, уходят.

Небольшой, но все таки имеющийся объем данных указывает на влияние технологического режима на процесс отбора, и, таким образом, на тип фирм, о которых можно с большей степенью вероятности сказать, что они уйдут с рынка. Предпринимательский режим, для которого характерна большая степень свободы, способствует созданию новыми фирмами новых продуктов и технологий. Следовательно, вероятность того, что будет принято решение об уходе, меньше, даже если фирма несет убытки. С другой стороны, жестко регламентированный режим, в котором работают уже существующие компании, также обеспечивает, причем именно им, инновационное преимущество, чем и объясняется тот факт, что большинство покидающих рынок фирм составляют те, которые появились на нем сравнительно недавно. Таким образом, модель вращающейся двери, описывает технологические условия жестко регламентированного режима производства, а метафора леса, в котором новички вытесняют существующие компании, больше соответствует предпринимательскому режиму.

Почему геометрия распределения фирм по численности работающих не только удивительно мало отличается в различных отраслях, - наблюдается перевес малых предприятий при нескольких крупных, - но и упорно не меняется и в зависимости от страны (индустриально развитые страны) и даже на протяжении длительных промежутков времени? Эволюционный взгляд на процесс индустриального развития свидетельствует о том, что, как правило, новые фирмы начинают с небольшого объема производства, окрыленные желанием присвоить предполагаемую стоимость нового экономического знания. Но в зависимости от степени проявления эффекта масштаба в отрасли фирма не может как угодно долго оставаться жизнеспособной при сохранении первоначального размера. Скорее ситуация складывается следующим образом: если эффект масштаба нельзя не учитывать, то чтобы выжить, новая фирма должна расширяться. Вероятно, временному выживанию способствует стратегия компенсации различий, позволяющая фирме определить, является ли ее продукт жизнеспособным.

Эмпирические данные не противоречат эволюционному взгляду на роль новых фирм в обрабатывающих отраслях, потому что в период после вступления на рынок рост выживающих фирм зависит от того, насколько велик разрыв между уровнем минимальной эффективности и размером. Однако, вероятность выживания отдельно взятой фирмы уменьшается, по мере того, как этот разрыв увеличивается. По-видимому, отбор идет именно среди таких субоптимальных фирм. Только фирмы с жизнеспособным продуктом и эффективными методами его производства будут развиваться и в конечном итоге приблизятся или достигнут минимально эффективного уровня производства. Остальных ожидает стагнация и, если другой механизм отбора, а именно эффект масштаба, действует беспощадно, они, в конечном итоге, будут вынуждены уйти из отрасли. Таким образом, постоянный перекос в распределений фирм по размеру в сторону малых предприятий отражает непрекращающийся процесс вступления на рынок новых фирм, а не присутствие на нем в течение продолжительного времени. Несмотря на то что неравномерное распределение фирм по размеру сохраняется на протяжении продолжительных периодов времени, что не может не удивлять, этот факт нельзя объяснить присутствием на рынке постоянного количества начинающих и субоптимальных фирм. Скорее, причина заключается в том, что новые фирмы, будучи проводниками перемен, генерируют новые идеи и ставят эксперименты, которые без них остались бы невостребованными.

Основные причины динамизма малых и средних предприятий

Благоприятные условия

Как видно из таблицы 8, данные, свидетельствующие о решающей роли малых предприятий в разработке новых продуктов и технологий в целом ряде отраслей народного хозяйства, даже при очевидном отсутствии НИОКР в традиционном понимании, заставляют задаться вопросом: Откуда новые и малые предприятия берут ресурсы, из которых рождаются нововведения? Audretsch (1995), предполагает действие внешних факторов, а именно незаинтересованных третьих сторон, в качестве которых могут выступать как другие фирмы, так и научно-исследовательские учреждения, например университеты. Экономическое знание может выходить за пределы фирмы-создателя или научного учреждения, создавая, таким образом, предпосылки для его использования другими фирмами (Arc, Audretsch и Feldman 1992).

Действие внешних факторов едва ли является спорным. Не так однозначно обстоит дело в отношении географического фактора. Рассматривая воздействие внешних факторов на распространение знания Krugman (1991) и другие не ставят под сомнение существование и значение эффекта внешнего распространения знания, когда дают объяснение географическому сосредоточению экономической деятельности. Они полагают, что такого рода внешние факторы имеют настолько большое значение и силу воздействия, что никакие географические границы не могут препятствовать распространению знания. Ясно, что знание распространяется, неясно другое, почему его распространение не останавливается, достигая географической границы, такой как граница города, штата или государства.

Недавно полученные эмпирические данные свидетельствуют о том, что НИОКР и другие источники знания не только генерируют внешние факторы. Audretsch и Feldman (1996), Almeida и Kogut (1997), Jaffe (1989), Audretsch и Stephan (1996), Feldman (1994a и 1994б), а также Jaffe, Trajtenberg и Henderson (1993) считают, что распространение нового экономического знания ограничивается пределами того региона, где оно было получено. Другими словами, новое экономическое знание может распространяться, но в определенных географических пределах (Prevenzer 1997).

Krugman (1991, стр. 53) призывал экономистов не стараться определить, насколько далеко может распространяться знание, потому что “…знание невидимо, не оставляет следов на бумаге, которые позволили бы его измерить и отследить.” В то же время Jaffe, Trajtenberg и Henderson (1991, стр. 578) указывали, что “знание иногда все таки оставляет след на бумаге,” в частности в форме патентов на изобретения и описания новых продуктов.

Нововведения из таблицы 8 можно систематизировать по отраслям четырехзначного Стандартного отраслевого классификатора. Из него можно получить информацию о новом продукте и городе, в котором находится фирма-новатор. При этом за пространственную единицу наблюдения принимается либо Сводная статистическая городская зона (ССГЗ), либо Городская статистическая зона (ГСЗ). Анализируются 3969 нововведений в промышленности, адрес фирмы-создателя которых поддается определению.

Городом, дающим наибольшее число изобретений в Соединенных Штатах, является Нью-Йорк. На долю фирм, расположенных в Большом Нью-Йорке приходится 735 или 18,5 % от общего числа нововведений в целом по стране. На долю Сан-Франциско, Калифорния приходится 477 нововведений (12 %), 345 (8,7 %) на Бостон, Массачусетс и 333 (8,4 %) на Лос-Анджелес, Калифорния. Все, за исключением 150 новых продуктов из рассматриваемой базы данных, были созданы в городах, а за их пределами менее 4 %, хотя там проживает 70 % населения.

Конечно при простом сравнении инновационной деятельности в ее абсолютном выражении в разрезе городов не учитывается тот факт, что одни города больше других. Различия между ними варьируются в широких пределах, и мы предполагаем, что количество изобретений зависит от размера города. В таблице 9 приводится ряд нововведений, приведенных к размеру географической единицы. Города в таблице 9 приводятся в порядке убывания по коэффициенту изобретений или количеству изобретений на каждые 100 000 жителей. Несмотря на то, что больше всего изобретений приходится на Нью-Йорк, по коэффициенту он занимает третье место. Городом Соединенных Штатов с наибольшим количеством изобретений на душу населения с учетом его размера оказался Сан-Франциско, коэффициент инноваций в нем составил 8,90, за ним идет Бостон с коэффициентом в 8,69. Для сравнения следует сказать, что в целом по стране на каждые 100 000 жителей приходится 1,75 нововведений. Коэффициенты инноваций распределяются неравномерно. Только в 14 городах уровень инновационной деятельности выше, чем в среднем по стране. Таким образом мы приходим к выводу, что нововведения - феномен больших городов.

Таблица 9. Количество нововведений, нормированных по числу жителей

Сводная городская статистическая зона

Нововведения

(1982)

Население в 1980

(тыс.)

Нововведения на

Каждые 100 тыс. жителей

Сан-Франциско - Окленд

Бостон - Лоуренс

Нью-Йорк - Северный Нью-Джерси

Филадельфи - Уилмингтон

Даллас - Форт Уорт

Хартфорд

Лос-Анджелес - Анахайм

Баффало - Ниагара

Кливленд - Акрон

Чикаго - Гэри

Провиденс - Потакет

Портленд - Ванкувер

Цинциннати - Гамильтон

Сиэтл - Такома

Питсбург

Денвер - Боулдер

Детройт - Анн Арбор

Хьюстон - Галвестон

Майями - Форт Лодердейл

477

345

735

205

88

30

333

35

77

203

25

25

30

37

42

28

68

39

13

5368

3972

17539

5681

2931

1014

11498

1243

2834

7937

1083

1298

1660

2093

2423

1618

4753

3101

2644

8.886

8.686

4.191

3.609

3.002

2.959

2.896

2.816

2.717

2.558

2.308

1.926

1.807

1.768

1.733

1.731

1.431

1.258

0.492

Источник: Население в 1980 из Статистической выписки. Данные о нововведениях Feldman и Audretsch (1999).

В попытках установить, насколько далеко распространяется знание, за основу берется функция его создания. Jaffe (1989) и Audretsch и Feldman (1996), а также Feldman и Audretsch (1999) в модели, имитирующей пространственную составляющую и сам продукт, использовали функцию создания знания несколько по-другому:

Isi= IRD b 1*URsib 2* (URsii* GsiCsib 3)* εsi

где I - вводимый инновационный ресурс, IRD - затраты частной компании на НИОКР, UR - расходы на НИОКР университетов и GC - число совпадений направлений НИОКР в университетах и компаниях, расположенных в одной географической зоне.

Объект наблюдения для расчетов пространственной составляющей был обозначен s, уровень штата, отрасли - i. Результатом решения уравнения (1) в общем было смещение функции создания знания от фирмы как объекта наблюдения к географической единице.

Модель функции знания содержит в скрытой форме допущение о том, что нововведениями занимаются в регионах, располагающих самым большим запасом ресурсов, непосредственно способных создавать знание. Именно эти регионы являются самым большим источником его распространения. Audretsch и Feldman (1996) и Audretsch и Stephan (1996) связывают тенденцию нововведений к концентрации с отличительными признаками отрасли. эта связь особенна отмечается относительное значения эффекта распространения знания.

Для того чтобы иметь достоверный показатель степени концентрации нововведений в конкретной отрасли из четырехзначного Стандартного отраслевого классификатора в пределах какого-либо географического региона, Audretsch и Feldman (1996) рассчитали коэффициенты Джини для географической концентрации нововведений. Коэффициенты Джини взвешиваются в зависимости от относительной объема производства, который дают предприятия, расположенные в каждом штате. Расчет взвешенных коэффициентов Джини дает нам возможность учитывать различия в размерах штатов. Коэффициенты Джини представляют собой отношение объема производства отрасли в штате к объему производства отрасли в масштабе всей страны. Безусловно, как указывают Jaffe, Trajtenberg и Henderson (1993), наиболее очевидный ответ на вопрос о том, почему уровень концентрации инновационной деятельности в некоторых отраслях выше, чем в других, заключается в большей концентрации производственных мощностей в пространстве. Таким образом, давая объяснение тенденции инновационных фирм к концентрации по географическому признаку в разрезе отраслей, мы должны прежде всего дать объяснение, а затем как-то учесть географию концентрации производственные мощности.

Возможных объяснения три. Первое, очевидно, что между коэффициентами Джини для производства и нововведений существует сложная связь. Во-вторых, коэффициенты Джини для ряда нововведений больше, чем для добавленной стоимости и уровня занятости в отраслях, где наблюдается тенденция к пространственному скоплению инновационных фирм. Наоборот, коэффициенты Джини, описывающие инновационную деятельность в большинстве отраслей меньше, чем для добавленной стоимости и уровня занятости.

Третье, к отраслям с наиболее выраженной тенденцией инновационных фирм к скоплению относятся области высоких технологий. Однако, здесь обращают на себя внимание исключения из правила. Например, производство кузовов автомобилей, которое, конечно же, не является областью высоких технологий, по уровню территориальной концентрация нововведений занимает седьмое место. Здесь, скорее всего, играет роль расположение производственных мощностей на сравнительно небольшой территории, о чем свидетельствуют коэффициенты Джини для добавленной стоимости (0,9241) и для уровня занятости (0,8089), что выше значения коэффициента для инновационной деятельности (0,6923). Следовательно, давая объяснение тенденции инновационных фирм к скоплению, необходимо учитывать фактор территориальной концентрации производственных мощностей. И наконец, коэффициент Джини для добавленной стоимости выше, чем для уровня занятости практически во всех отраслях.

Audretsch и Feldman (1996) дают оценку трем видам нового экономического знания. Это - НИОКР в промышленности, НИОКР в университетах и квалифицированный труд. Чтобы объяснить связь между распространением знания в промышленности и склонностью инновационных фирм к скоплению, они делают предположение о том, что внешние факторы превалируют в отраслях, где новое экономическое знание имеет большую ценность.

Трудность доказательства существования такого рода связи заключается в том, что уровень концентрации инновационной деятельности будет выше в тех отраслях, где производственные мощности также объединены по географическому признаку, иными словами большинство фирм расположены близко друг к другу. Еще труднее доказать, что экономическое знание в значительной степени влияет на распределении в пространстве производственных мощностей и нововведений. Мы обнаружили, что главным фактором, влияющим на степень концентрации производства в каком-либо регионе, является признание отраслью относительной ценности нового экономического знания. Но даже если учитывать концентрацию производства по географическому признаку, результаты показывают, что в отраслях, насквозь пронизанных знанием, т. е. там, где промышленному НИОКР, университетскому НИОКР и квалификации работников придают огромное значение, склонность к концентрации нововведений выше, чем в отраслях, в которых внешним факторам знания не придается большого значения.

Появляется все больше работ, в которых отмечается зависимость между тем, кто создает нововведения, объемом инновационной деятельности и фазой экономического цикла отрасли. Audretsch и Feldman (1996) предлагают дополнительно рассмотреть развитие инновационной деятельности в течение экономического цикла отрасли: в котором эта инновационная деятельность осуществляется. Теория, описывающая распространение знания и берущая начало в функции его создания, говорит о том, что склонность инновационных фирм к концентрации в пространстве будет в большей степени проявляться в отраслях, где скрытое знание играет важную роль, и, поскольку в отличии от информации это знание не явлено, оно передается только неформальными путями и, как правило, требует прямых и частых контактов между его носителями. Скорее всего, самое большое значение скрытое знание имеет на начальных этапах экономического цикла еще до того, как будут разработаны характеристики продукта, и до того, как оно проявится в проектировании.

Определить, на каком этапе экономического цикла находится отрасль можно путем отслеживания ее развития с самого начала, причем вехами на этом пути будут служить новые продукты. Критерии, по которым можно судить о географической концентрации и распыления, как нововведений, так и предприятий, которым был посвящен предыдущий раздел, могут использоваться только для определенного промежутка времени. Другими словами, эти критерии дают возможность сделать снимок той картины, которая на определенный момент складывается в каждой отрасли. Таким образом, следует определять, какой этап экономического цикл отрасль переживает в данный конкретный момент. Чтобы еще более прояснить эту мысль, следует сказать, что отрасли с высоким потенциалом инновационной деятельности в частности те, где ею занимаются малые предприятия, скорее можно охарактеризовать находящимися на этапе вступления в экономический цикл. Отрасли с высоким потенциалом нововведений, где они создаются в основном крупными компаниями, характеризуются ростом деловой активности. Отрасли с низким инновационным потенциалом, где большей склонностью к изобретательской деятельности отличаются крупные фирмы , переживают период зрелости. И наконец, там, где уровень инновационной деятельности низок, а склонность к изобретениям больше присуща малым предприятиям, налицо спад деловой активности. Большая склонность к инновациям малых предприятий по сравнению с крупными компаниями может указывать на начало экономического цикла, толчок которому дает появление новых продуктов, отсутствие которых могло быть причиной застоя в отрасли.

Согласно этому принципу 210 отраслей из четырехзначного Стандартного отраслевого классификатора разнесены по четырем этапам экономического цикла. Отрасли с высоким инновационным потенциалом произвольно отнесены к отраслям, где он выше среднего. Отрасли с низким потенциалом не менее произвольно отнесены к тем, где норма нововведений ниже средней. Норма нововведений определяется их количеством, поделенным на число занятых в отрасли (на тыс. человек). Этот показатель взят вместо абсолютного количества нововведений для того, чтобы была возможность учесть размера отрасли, т. е. если норма нововведений в двух отраслях одинакова, но при этом в одной из них уровень занятости в два раза выше, чем в другой, то норма нововведений в ней составит половину этого показателя для другой отрасли. Чтобы как-то выразить относительное инновационное преимущество крупных и малых фирм, норму нововведений в малых сравнивают с нормой нововведений в крупных, при этом норма нововведений в малом предприятии определяется количеством нововведений у фирм, на которых занято менее 500 работников, поделенным на число занятых в крупной фирме.

Согласно описанной классификации 62 отрасли находятся на начальном этапе экономического цикла (определяются как имеющие большой инновационный потенциал, при этом малые предприятия пользуются инновационным преимуществом), 32 отрасли находятся в стадии роста (определяются как имеющие высокий инновационный потенциал, при этом инновационным преимуществом пользуются крупные фирмы), 64 переживают период зрелости (низкий инновационный потенциал, преимущество у крупных компаний) и 52 в стадии застоя (низкий инновационный потенциал, преимущество по инновациям у малых предприятий).

Результаты достаточно убедительно доказывают, что тенденция инновационных фирм к расположению в непосредственной близости друг к другу, зависит от того, какой этап в цикле деловой активности переживает отрасль. С одной стороны, новое экономическое знание, носителем которого являются квалифицированные работники, приводит к большей склонности инновационной деятельности к пространственной концентрации на всех фазах цикла экономической активности. С другой стороны, некоторые другие источники нового экономического знания, такие как НИОКР в университетах, как правило, повышают склонность инновационных фирм к пространственной концентрации на начальных стадиях цикла деловой активности, а не на стадии роста, затем картина повторяется на стадии застоя.

Больше всего заставляет удивляться тот факт, что большая степень географической концентрации производства ведет к большему, а совсем не наоборот, распылению инновационной активности. Вероятно, инновационную активность поддерживает распространение знание на территории определенного географического региона, особенно, как уже отмечалось, на начальных этапах экономического цикла, но по мере приближения зрелости, застойные явления могут компенсироваться возросшей степенью концентрации производства, достигаемой в регионе. Другими словами, данные свидетельствуют о том, что факторы интегрирующего воздействия, приводящие к пространственной концентрации инновационных фирм на начальном этапе экономического цикла и на стадии роста, впоследствии могут привести к эффекту перенасыщенности, который, в свою очередь, будет причиной еще большему разбросу инновационных фирм В любом случае результаты проделанной работы говорят о том, что склонность инновационных фирм к концентрации в пространстве безусловно зависит от этапа экономического цикла, переживаемого отраслью.

Несмотря на то, что все авторы в принципе согласны, что распространение знания в пределах данной территории стимулирует технический прогресс, никто не может описать механизм этого процесса. Использование функции знания просто сместило наблюдение с одного объекта на другой, а именно с отдельных фирм на географический регион. Но разве имеет значение, как структурируется деловая активность внутри черного ящика, которым является географическое пространство? Политологи и социологи долго вели дискуссии о том, что различия в результатах инновационной деятельности в различных регионах могут зависеть от характерных для них культурных различий, даже если принять ресурс знания, например НИОКР и человеческий фактор, за постоянную величину. Например, Saxenian (1994) утверждает, что атмосфера, способствующая взаимопроникновению культур и обмену информацией между сотрудниками компаний региона Силиконовой долины, Калифорния во многом способствовала появлению там ошеломляющих нововведений, не идущим ни в какое сравнение с бостонским Маршрутом 128, где фирмы и отдельные личности разобщены и изолированы друг от друга.

Рассматривая взаимосвязями между фирмами Силиконовой долины, Saxenian (1990, стр. 96-97) подчеркивает, что именно общение способствует передаче знания от субъекта к субъекту, от фирмы к фирме и даже между отраслями. Именно ему, а не просто высокой одаренности и большому объему знаний участников процесса, сконцентрированных на данной территории, отводится решающая роль. Самые разные учреждения, включая Стэнфордский университет, несколько торговых объединений и местные объединения деловых людей, а также огромное количество специализированных консалтинговых фирм, фирм, занимающихся исследованиями рынка, связями с общественностью и венчурным капиталом, предоставляют финансовые, технические услуги и услуги по объединению сетей. Отдельные компании не могут себе позволить иметь в штате всех этих специалистов. Для этих сетей не существует отраслевых барьеров: люди легко переходят из фирм, занимающихся полупроводниками, в те, которые выпускают дисководы или из компьютерных фирм в сетевые. Они уходят из солидных компаний во вновь образованные (и наоборот) и даже в фирмы, изучающие рынок, или в консалтинговые, а из консалтинговых обратно во вновь образованные. Они постоянно встречаются на торговых выставках, отраслевых конференциях, на многочисленных семинарах, круглых столах, встречах, организуемых местными деловыми кругами и торговыми объединениями. Легко познакомиться, легко поддерживать контакты, постоянно идет обмен технической и рыночной информацией, устанавливаются деловые связи, задумываются новые предприятия…Такая свободная и текучая атмосфера также способствует рассеиванию “неосязаемых” технических возможностей и пониманию между людьми.

Хотя многие социологи стараются не связывать различия в экономических показателях с культурными различиями, тем не менее несколькими авторами высказывалась мысль о том, что различия в темпах экономического роста и технического прогресса могут объясняться различной структурой регионов. В самом деле, на страницах специальных изданий разгорелась острая дискуссия о том, каким образом экономическая структура географического объекта наблюдения может воздействовать на экономические показатели. Согласно мнению Glaeser и др. (1992), которое они основывают на внешнем факторе Marshall-Arrow-Romer, увеличение концентрации предприятий какой-либо отрасли в географическом регионе облегчает распространение знания между ними. Эта модель придает законченный вид положению о том, что сосредоточение предприятий, какой-либо отрасли в одном городе способствует распространению знания между фирмами и, следовательно, заниматься нововведениями становится легче. Авторы модели делают важное предположение о том, что внешние факторы знания существуют только для фирм, которые принадлежат к одной отрасли. Таким образом, в соответствии с моделью Marshall-Arrow-Romer и результатами более поздних эмпирических исследований объектом наблюдения становится уже не фирма, а регион, но распространение знания ограничивается предприятиями конкретной отрасли.

С другой стороны, внешние факторы, ограничивающие знание только внутри отрасли, могут не учитывать важного источника нового экономического знания, а именно внутриотраслевого. Jacobs (1969) утверждает, что самый важный источник распространения знаний является внешним по отношению к отрасли, в которой работает фирма и что на города приходится больше всего нововведений потому, что источники этих знаний в городах отличаются самым большим разнообразием. По мнению Jacobs именно обмен дополняющими друг друга знаниями между самыми разными фирмами и участниками хозяйственной деятельности дает самую большую отдачу от использования нового экономического знания. Она развивает теорию, основное положение которой говорит о том, что различные отрасли в пределах географической зоны обеспечивают появление внешних по отношению к знанию факторов и в конечном итоге осуществление инновационной деятельности и экономический рост.

Соотношение степени специализации регионов и отраслевое разнообразие, способствующее распространению знания, не единственный фактор, вокруг которого велись теоретические дебаты. Споры вызывает также уровень конкуренции на рынке региона или степень его монополизации. Согласно модели Marshall-Arrow-Romer значение местной монополии выше, чем местной конкуренции, потому что она заставляет фирмы максимально напрягать силы для того, чтобы присвоить экономическую стоимость от инновационной деятельности. С другой стороны, Jacob (1969) и Porter (1990) утверждают, что конкуренция в гораздо большей степени способствует внешним факторам знания, чем местная монополия . Следует подчеркнуть, что под местной конкуренцией Jacobs понимает не традиционную конкуренцию на рынках товаров, о которой говорится в литературе, посвященной промышленным предприятиям. Скорее Jacobs говорит о конкуренции за новые идеи, воплощением которых являются участники экономической деятельности. Увеличение числа участников рынка не только приводит к обострению конкуренции за новые идеи, более жесткая конкуренция облегчает вступление на рынок новой фирмы, предлагающей продукт для еще не занятой ниши рынка. Это происходит потому, что необходимые дополнительные ресурсы и услуги скорее всего можно получить у небольших фирм, работающих в узкоспециализированных нишах рынка, и совсем необязательно у крупных вертикально интегрированных компаний.

В качестве критерия правильности теорий, ставящих во главу угла либо специализацию, либо диверсификацию, до сих пор рассматривался рост занятости, а не инновационная деятельность. Glaeser и др. (1992) рассмотрел данные о росте объемов производства в крупных отраслях 170 городов за период между 1956 и 1987 годом, с тем чтобы определить относительное значение, которое степень специализации регионов, разнообразие видов деятельности и местная конкуренция оказывает на темпы роста производства в отраслях. Авторы обнаружили факты, противоречащие модели Marshall-Arrow-Romer, но соответствующие теориям, выдвинутым Jacobs. Однако, полученные ими результаты не дают прямых доказательств, что разнообразие в большей степени способствует нововведениям, чем специализация.

Feldman и Audretsch (1999) определили степень, в которой деловая активность либо однородна, либо, наоборот, состоит из различных, но одновременно дополняющих друг друга видов деятельности, и как этот состав влияет на результаты инновационной деятельности. Мы задаем вопрос: Имеет ли значение вид экономической деятельности, для того чтобы она сосредотачивалась в конкретной географической зоне? Чтобы ответить на него, авторы соотносят новые продукты и технологии, появившиеся в конкретном городе со степенью концентрации деловой активности города в определенной отрасли или, наоборот, со степенью диверсификации дополняющих друг друга отраслей, опирающихся на одну и ту же научную базу.

С тем чтобы время от времени иметь представление о степени использования отраслями одной и той же научной и технической базы, мы предлагаем использовать дедуктивный метод, позволяющий вычленить равноудаленные в технологическом пространстве продукты. Авторы учитывают и мнения руководителей промышленных НИОКР, которые были проанализированы Levin и др. (1987). Чтобы определить, насколько большое значение та или иная научной дисциплины имеет для отрасли, был задан вопрос: Насколько большую роль основные научные дисциплины сыграли в научно-техническом прогрессе в том или ином виде деловой активности за последние 10-15 лет? Для того чтобы дать оценку значению научных изысканий в биологии, химии, вычислительной области, физике, математике, медицине, геологии, инженерной механике и электротехнике, использовалась шкала Likert с размерностью от 1 до 7. Все дисциплины с оценкой выше 5 рассматривались имеющими значение для появления на рынке того или иного продукта. Например, было установлено, что исследования в области медицины, химии и химического машиностроения имели большое значение для появления новых лекарственных препаратов (Стандартный отраслевой классификатор 2834). После этого проводился кластерный анализ, выявивший 6 отраслевых групп, в которых различным научным дисциплинам дается одинаковая оценка. Эти группы отражают 6 четко различающихся между собой общих научных баз.

В таблице 10 перечислены наиболее известные города в пределах каждой зоны концентрации промышленности с общей научной базой. С другой стороны, перечисленные названия вызывают хорошо известные ассоциации между городом и отраслью. Например, Атланта, Джорджия была известным центром, в котором общая научная база использовалась для создания новых продуктов и технологий в агробизнесе. В то время когда норма нововведений в стране составляла 20,34 на каждые 100 000 промышленных рабочих, в агробизнесе Атланты она была почти в пять раз выше. Результаты теста на хи-квадрат, позволяющего определить независимость расположения города и научно обоснованной производственной деятельности, показывают, что ни распределение рабочих мест, ни распределение нововведений не является случайным. В отраслях, использующие одну и ту же научную базу, проявляется тенденция к расположению в пределах одной и той же географической территории с учетом размещения рабочих мест и размещения нововведений. Мы делаем вывод, что распределение нововведений в пределах зоны концентрации предприятий с общей научной базой и в городах свидетельствует о существовании в них носителей научных знаний и опыта.

Таблица 10. Нововведения в зонах скопления предприятий, использующих общую научную базу

Кластер

Известные города

Средняя для отрасли норма нововведений на 100 000 работников

Агробизнес

Химическое машиностроение

Офисное оборудование

Промышленное оборудование

Высокотехнологичные вычисления

Биомедицина

Атланта

Даллас

Чикаго

Сент-Люис

Даллас

Миннеаполис

Сан-Франциско

Вилмингтон

Анахайм - Санта-Ана

Миннеаполис

Рочестер

Стэнфорд

Анахайм - Санта-Ана

Цинциннати

Кливленд

Пассейик, Нью-Джерси

Бостон

Хьюстон

Пассейик, Нью-Джерси

Миннеаполис

Бостон

Кливленд

Даллас

Нью-Йорк

92.40

41.15

33.03

91.74

38.09

66.67

43.89

85.47

92.59

31.86

72.20

68.40

54.90

66.01

141.51

90.90

73.89

62.08

44.88

181.74

38.71

68.76

35.22

188.07

Для проверки гипотезы о том, что от степени специализации или, наоборот, диверсификации, также как и от уровня конкуренции в городе зависит количество нововведений в отрасли, мы произвели расчет, где в качестве зависимой переменной взято количество нововведений в одной из отраслей из четырехзначного Стандартного отраслевого классификатора в одном из городов. Чтобы определить степень специализации деловой активности в городе, мы включили в качестве каузальной переменной отраслевую специализацию, использовавшуюся Glaeser и др. (1992), которая определяется как часть от общего числа рабочих мест в городе, приходящаяся на рабочие места в данной отрасли, поделенной на часть от общего числа рабочих мест в стране, приходящихся на эту отрасль. В этой переменной заключено отношение уровня специализации города в данной отрасли к уровню интенсивности деловой активности в этой отрасли, который имел бы место, если бы рабочие места в ней были произвольно распределены по территории Соединенных Штатов. Чем выше значение, тем более специализирована отрасль в конкретном городе. Таким образом, положительное число означает, что повышение уровня специализации в городе будет способствовать нововведениям в соответствии с положением, выдвинутым Marshall-Arrow-Romer. Отрицательное число означает, что повышение уровня специализации в городе будет служить преградой нововведениям в соответствии с теорией Jacobs, согласно которой разнообразие в экономической деятельности более способствует нововведениям, чем специализация.

Для определения воздействия увеличившейся деловой активности в дополняющих друг друга отраслях, использующих одну и ту же научную базу для осуществления инновационной деятельности в определенной отрасли в пределах определенного города, учитывается количество отраслей с одинаковой научной базой. Эта величина структурируется аналогично показателю отраслевой специализации и определяется как часть от общего числа рабочих мест в городе, на которую приходится число рабочих мест в городе в отраслях с общей научной базой, поделенной на часть от общей занятости в Соединенных Штатах, на которую приходится число рабочих мест в отраслях с одинаковой научной базой. Этой переменной определяется отношение наличия дополняющих друг друга отраслей к их количеству, распределенному по территории Соединенных Штатов. Положительный коэффициент присутствия отраслей с одинаковой научной базой указывает, что чем их больше, тем выше результат инновационной деятельности в соответствии с тезисом о разнообразии. Наоборот, отрицательный коэффициент свидетельствует о том, что чем больше отраслей использует одну и ту же научную базу, тем больше препятствий нововведениям, что противоречит тезису о разнообразии, выдвинутому Jacobs.

В литературе об организации промышленности конкуренция на товарном рынке рассматривается в зависимости от распределения фирм по числу работников. В теории Jacobs о локализованной конкуренции в борьбе за идеи конкурируют отдельные личности. Чем острее конкуренция между фирмами, тем выше уровень специализации этих фирм, и тем легче будет отдельным предпринимателям развивать и реализовывать новые идеи. Таким образом, степень локализованной конкуренции более адекватно выражается не через отношение числа занятых на фирмах, представленных в регионе, к их числу (поскольку многие, если не все рынки промышленных товаров, являются национальными или в крайнем случае межрегиональными), а через отношение числа фирм к числу работников. В стремлении как-то выразить уровень локализованной конкуренции мы снова прибегаем к методу, предложенному Glaeser и др. (1992) и заключающемуся в соотнесении количества фирм на каждого работника отрасли в городе к количеству фирм на каждого работника в той же отрасли в разрезе Соединенных Штатов. Более высокий уровень локализованной конкуренции означает, что в отрасли на каждого работника в этом городе приходится больше фирм в зависимости от их размера, чем в той же отрасли в других местах Соединенных Штатов. Таким образом, если показатель локализованной конкуренции выше 1, то данный город менее конкурентоспособен на местном рынке, чем в других городах США.

В работах Feldman и Audretsch (1999) приводится регрессионная модель, рассчитанная на основе наблюдений за 5 946 городами-отраслями и собранными данными. Регрессия рассчитывается методом Пуассона, так как зависимая переменная является ограниченной зависимой переменной с крайней неравномерным распределением. Внимательно изучая инновационную деятельность, осуществляемую определенными отраслями на определенных территориях, мы обнаруживаем, что специализация экономической деятельности не способствует нововведениям. Скорее результаты указывают на то, что разнообразие дополняющих друг друга видов этой деятельности, черпающих идеи из общей научной базы, способствует их появлению в большей степени, чем специализация. Кроме того результаты свидетельствуют, что и более острая конкуренция за новые идеи в городе также более благоприятна для ведения инновационной деятельности, чем местная монополия.

Меры правительства, оказывающие воздействие на МСП

Глобализация в сочетании с революцией систем электросвязи привела к резкому сокращению расходов на перемещение в пространстве не только материальных товаров, но и информации. Высокая оплата труда становится все более несовместимой с основывающейся на информационных технологиях хозяйственной деятельностью, осуществление которой легко можно перенести туда, где она становится менее затратной. С другой стороны, такой географический перенос вряд ли возможен в отношении идей, питаемых скрытым знанием. Таким образом, чтобы иметь сравнительное преимущество при высоких издержках производства страны Северной Америки и Западной Европы становятся все более зависимыми от новых продуктов и технологий, которые создает человеческая мысль. Распространение знания за пределы фирмы или университета, где оно создается, к третьим лицам, непосредственно не участвующим в процессе, имеет ключевое значение для инновационной деятельности. Распространение знания ограничено в пространстве. Следовательно, парадокс глобализации состоит в том, что хотя рынок большинства товаров и услуг охватывает все больше стран, возрастающая роль нововведений заставляет ведущие индустриальные страны уделять все больше внимания рынкам местного значения, способным обеспечить это сравнительное преимущество.

Поскольку достижение сравнительного преимущества стран Западной Европы и Северной Америки все в большей степени опирается на новое знание, политика многих стран по отношению к предпринимательской деятельности сосредотачивается на двух основных направлениях. Первое, отход от традиционной триады, а именно, инструментов политики, ограничивающих свободу действий компаний в отношении заключения контрактов, т. е. регламентации, правил, регулирующих конкуренцию - антимонопольное законодательство в Соединенных Штатах - и участия государства в собственности на средства производства. Политика ограничивающих мер была оправданной до тех пор, пока существовала необходимость в сдерживании безудержно стремящихся к расширению своей доли рынка многонациональных корпораций. Эта политика выражалась волнообразном характере дерегулирования и приватизации наряду с сокращением ограничений в торговле в странах Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). На ее место пришла политика, направленная на создание более благоприятных условий для создания и коммерциализации знания. Здесь мы видим поддержку НИОКР, рискового капитала, содействие образованию новых фирм.

Второе, фокус проводимой политики все более смещается на уровень штатов, регионов и даже на местный уровень. В сокращении служащих государственных органов, занятых регламентацией предпринимательской деятельности в Соединенных Штатах, многие ученые видят отказ государства от вмешательства в экономическую жизнь. Интерпретировать дерегулирование, приватизацию и сокращение ограничений в торговле как отказ государства от вмешательства в экономику значит игнорировать изменение приоритетов и целей государственной политики. За последние десять лет были выдвинуты многочисленные инициативы по созданию благоприятных условий для НИОКР, венчурного капитала и вступления на рынок новых фирм, проведение которых в жизнь не входит в компетенцию традиционных регулирующих органов. Sternberg (1996) приводит примеры, говорящие о том, что высокие результаты деятельности инновационных фирм в целом ряде регионов на территории разных стран являются прямым результатом этой политики. Например, Программа перспективных исследований в Техасе оказывает поддержку базовым исследованиям и укреплению инфраструктуры техасского университета, который сыграл решающую роль в образовании вокруг Остина группы высокотехнологичных компаний (Feller 1997). Центры Томаса Эдисона в Огайо, Центры передовых технологий в Нью-Джерси и Центры передовых технологий в Университете Кейс Вестерн Резерв, Университете Рутгерса и Рочестерском университете поддержали на этапе, предшествующем конкуренции, изучение проблем общего характера. Как правило, такого рода поддержка способствует распределению исследований по разным направлениям, включая те, которые стоят перед производственным НИОКР.

Меры, принимаемые правительством с целью создания благоприятных условий для превращения знания в новые продукты и технологии, как правило, реализуются на местном или региональном уровне и являются частью латентной революции в государственной политике. Возросшее значение скопления инновационных фирм на одной территории заставило политиков отказаться от стенаний, которые постоянно были на слуху еще 20 лет назад: Следует ли нам разбивать, регламентировать или просто превратить в государственную собственностью Дженерал Моторс, Ай-Би-Эм (IBM) и Ю-Эс Стил (U. S. Steel). В современном варианте это звучит так: Как нам выпестовать еще одну Силиконовую долину?

Развитию МСП на федеральном уровне во многом способствовала Программа инновационных разработок в малом бизнесе (SBIR). Она была принята Конгрессом США в 1984 году. Программа предусматривает мандат, согласно которому каждое из участвующих в ней государственных учреждений должно выделять из бюджета на проведение НИОКР средства на оплату контрактов, заключаемых с малыми предприятиями. Мандат распространяется и на Министерство обороны, и на Национальный институт здоровья, Национальную научную организацию, Министерство энергетики, Национальное управление по аэронавтике и космическому пространству. Закон о развитии новых методов производства и новых продуктов малым бизнесом 1980 обязывает организации, у которых бюджет на проведение НИОКР третьими организациям составляет 100 млн. долларов и больше, выделять программе SBIR 0,2 %. Кроме того, законом предусматриваются ежегодное увеличения отчислений вплоть до верхнего предела не менее, чем 1,25 % бюджета этих организаций. Предполагается, что в 1999 общая цена контрактов с малыми предприятиями составит 1,4 млрд. долларов.

Программа SBIR осуществляется в три этапа. Первый предполагает определение научно-технического потенциала и проверку технической осуществимости предлагаемой к разработке идеи. На втором этапе осуществляется ее техническая проработка в свете возможностей коммерческого использования. Третий этап предусматривает дополнительное финансирование из частного источника работ по внедрению разработки. Согласно Закону о научно-технических исследованиях в малом бизнесе и его дальнейшем развитии 1992 объем средств на осуществление первого этапа программы будет увеличен до 100 000 долларов, а второго до 750 000.

SBIR выделилась в самостоятельную программу из Программы, носящей название Корпорация для инвестиций в предприятия малого бизнеса (SBIC), в рамках которой начинающим фирмам в период с 1958 по 1969 было выделено более 3 млрд. долларов. В то время эта сумма более, чем в три раза превышала общий объем частного венчурного капитала.

На долю SBIR приходится 60 % общего объема средств, выделяемых государством в виде финансовой помощи малому бизнесу. Общий объем финансовой помощи МСП составляет 2/3 частного рискового капитала. В 1995 году гарантированный государством объем средств на образование акционерного капитала, выделенный в рамках программ, оказывавших финансовую помощь МСП, равнялся 2,4 млрд. долларов, что составляло более 60 % всех средств, выплаченных в том же году традиционными фондами рискового капитала. Не менее важно, что SBIR и большинству государственных фондов придается большое значение на начальном этапе финансирования, т. е. именно тогда , когда частный рисковый капитал еще не обращает внимания на малые предприятия. Некоторые наиболее известные своими нововведениями американские компании получили финансовую помощь от SBIR на этапе своего становления. Среди них Apple Computer, Chron, Compaq и Intel.

Несмотря на то что данные систематически указывают на более высокие темпы роста МСП, получившие помощь от SBIR, по сравнению с теми, которые такой помощи не получили, имеются факты, что SBIR оказывает влияние на изменение специальности учеными и инженерами, в частности (1) значительного числа фирм без SBIR просто не существовало бы, (2) значительное число фирм вступает на рынок, следую примеру ученых, которым удалось найти коммерческое применение своим знаниям, (3) наглядный пример коммерциализации знаний при финансовой поддержке SBIR приводит к тому, что некоторые ученые меняют профессию с тем, чтобы сделать то же самое и (4) предприниматели, так или иначе связанные с техникой, открывают собственные фирмы, поскольку полагают, что их идеи имеют коммерческую ценность или не открывают своих фирм, а занимаются поиском ценных идей и продуктов. Это подтверждается тем фактом, что все опрошенные во время социологического и все участники конкретных исследований сказали, что не стали бы открывать фирму для реализации идеи, отличной от той, которую они вынашивают, без финансовой помощи от SBIR. Однако, если фирма уже создана, четверть опрошенных и одна шестая участников конкретных исследований высказались за продолжение своей деятельности с другой идеей и в отсутствии финансовой помощи от SBIR. Результаты проведенных исследований, вероятно, свидетельствуют о том, что SBIR приобретает большее значение в случае, когда реализация идеи предполагает серийное производство. Без помощи SBIR реализацией таких идей скорее бы занялись уже существующие небольшие фирмами, чем теми, кто еще только хочет пополнить ряды предпринимателей

Выводы

Если малые предприятия рассматривать как неподвижные объекты, они оказываются ненужным для экономики бременем. При небольшом объеме производимой ими продукции они несут убытки из за ее высокой себестоимости. Однако, если рассматривать их с точки эволюционной точки зрения, убытки с лихвой окупаются выигрышем в эффективности за счет динамизма. Больше всего способствует экономической эффективности тот факт, что малые предприятия по природе своей динамичны и эволюционны, так как являются проводниками научно-технического прогресса.

В непрекращающихся спорах о зависимости между уровнем занятости и заработной платы обычно выдвигают аргумент, что существование субоптимальных небольших фирм в рамках отраслевой организации приводит к снижению эффективности. Однако, это утверждение основывается на анализе, при проведении которого динамизм малых предприятий не учитывается. Если же его учитывать, картина меняется. Одно из наиболее удивительных открытий, сделанных авторами новых экономических теорий, состоит в положительном воздействии возраста фирмы на ее производительность и размер вознаграждения работникам, даже если учитывать число работников. При многократно доказанной и документированной зависимости между числом работников на фирме и ее возрастом, с одной стороны, и отрицательными темпами роста, с другой (т. е. чем меньше и моложе фирма, тем быстрее она будет расти, а вероятность выживания уменьшаться), это открытие, увязывающее возраст фирмы с размером вознаграждения работникам и производительностью, свидетельствует о том, что фирмы, небольшие и субоптимальные сегодня, не только станут крупными и оптимальными завтра, но и о том, что, по крайней мере, есть тенденция к тому, что низкая производительность и заработная плата сегодня завтра станут высокими.

В послевоенный период проводимая государством политика в отношении предпринимательской деятельности была обусловлена представлением о промышленной организации как пребывающей в покое и, следовательно, носила в основном ограничительный характер по трем основным направлениям: антимонопольные законы (стимулирование конкуренции), регламентация и государственная собственность. Все три сдерживали свободу фирмы в отношении заключения контрактов. Хотя правительства одних стран принимали больше мер против нарушений в торговле (Соединенные Штаты), другие больше стремились к расширению государственного сектора экономики (Франция и Швеция), общим для всех индустриально развитых страны было вмешательство государства в экономику с целью ограничения доли рынка, удерживаемой компаниями, которая в противном случае могла стать слишком большой. Меры правительства, ограничивающие свободу фирмы в отношении заключения контрактов, безусловно, соответствовали Weltanschauung, вытекающему из теорий и эмпирических данных, отражавших представления о положении делового предприятия на рынке в послевоенный период. Без запретов со стороны государства крупная корпорация, превратившись в монополиста, будет размещать ресурсы в ущерб благосостоянию общества. Государство путем вмешательства в экономику скорее, чем кто-либо, решит, что предлагаемого Уильямсоном (Williamson) выбрать - эффективность или справедливость, причем выбрать так, чтобы наиболее полно удовлетворить интересы общества.

И последнее, проблема - Как правительство может воспрепятствовать злоупотреблению частными фирмами имеющейся в их распоряжении рыночной властью? - сменилась на - Как правительству создать условия, способствующие успеху и выживаемости частных фирм? Сегодня озабоченность вызывают не чрезмерные прибыли и злоупотребление господством на рынке, а создание рабочих мест, стимулирование экономического роста и конкурентоспособность на внешних рынках. Деятельность корпораций вызывает озабоченность правительства, как правило, не тогда, когда она слишком успешна, а тогда, когда она не достаточно успешна. Таким образом, политика правительства в 1990-х все более характеризовалась отходом от воспрепятствования к благоприятствованию. Государственная политика Соединенных Штатов все более разворачивается в сторону поддержки новых фирм, способных создавать рабочие места и стимулировать экономический рост. После десятилетий упования на то, что эффективность обеспечат корпоративные гиганты, может показаться странным разворот политики в сторону малых и новых предприятий, рассматриваемых в роли движителей экономического прогресса может. С другой стороны, такая политика хотя бы нова. Еще до того, как страна отметила свой полувековой юбилей, Алексей де Торнквил в 1835 году писал: “В Соединенных Штатах меня поражает не столько масштабность некоторых предприятий, сколько бесчисленное множество мелких.

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости