Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Действенность нормативного обеспечения противодействия коррупции субъектов Российской Федерации

Тезисы доклада на Межрегиональной конференции на тему
«Актуальные вопросы, связанные с противодействием коррупции:
поиск путей совместных действий»,

23 сентября 2010 г. – Тверская обл., пос. Эммаус

Смирнов Н.В.
Руководитель направления АНО «Национальный институт системных исследований
проблем предпринимательства», кандидат экономических наук
  1. Действительно, если еще раз обратиться к названию нашей конференции, наиболее актуальным вопросом, связанным с противодействием коррупции, является именно поиск путей совместных действий. Данное утверждение основано на том факте, что коррупция возникает тогда, когда установленные официальные нормы устойчиво противоречат предпочтениям и интересам различных социальных групп, а соответствующие законные механизмы корректировки таких норм отсутствуют или не действуют. Тогда корректировка реализуется в частном порядке с помощью коррупции. Необходимо оживлять или выстраивать заново механизмы совместных действий!
  2. Один из подходов к решению этой задачи обсуждался в мае 2010 года на парламентских слушаниях в Совете Федерации. Его суть в формировании единого антикоррупционного правового пространства, и есть все основания полагать, что именно этот подход реализуется в настоящее время на практике.
    Источниками обеспечения правового единства являются законодательные акты федерального уровня, включая законы «О противодействии коррупции», «Об антикоррупционной экспертизе», указы Президента Российской Федерации, включая Национальную стратегию противодействия коррупции, а также прочие указы и иные подзаконные нормативные правовые акты. Магистральный путь совместных действий в рамках данного подхода основан на всеобщем исполнении рамочных антикоррупционных норм и внедрении стандартных антикоррупционных механизмов, установленных на федеральном уровне.
  3. Соответствующей прямой обязанности субъектов Российской Федерации не установлено, однако Мониторинг антикоррупционной деятельности в регионах (далее – Мониторинг) Национального института системных исследований проблем предпринимательства на протяжении 3 раундов показывает возрастающее стремление подавляющего большинства субъектов РФ соответствовать генеральной линии в нормотворчестве. Типовой набор включает следующие антикоррупционные инструменты:

    • законы субъектов РФ о противодействии коррупции;
    • уполномоченные органы по противодействию коррупции в субъектах РФ;
    • программы/планы противодействия коррупции в субъектах РФ;
    • порядки проведения антикоррупционной экспертизы в субъектах РФ (методика установлена постановлением Правительства РФ от 26.02.2010 № 96);
    • комиссии по урегулированию конфликта интересов в субъектах РФ (новое положение, утвержденное указом Президента РФ от 01.07.2010 № 821, в отношении субъектов РФ носит рекомендательный характер);
    • а также порядки предоставления сведений о доходах и прочие инструменты.
  4. Действенность соответствующего антикоррупционного законодательства в субъектах РФ, определяемая как степень достижения целевых результатов антикоррупционной политики, в настоящее время находится как минимум под сомнением по следующим основаниям:

    4.1. Во-первых, не определена ни антикоррупционная политика как комплекс определенных последовательных действий (шагов) определенных субъектов с целью снижения уровня коррупции и ее угроз, ни ее результаты. Вместо этого на практике реализуется «противодействие коррупции» – некая деятельность определенных субъектов в рамках полномочий, которая сама по себе может длиться сколь угодно долго, не иметь заранее определенного результата, а значит и его оценки. Обоснование полезности этой деятельности и необходимости ее продолжения носит преимущественно политический характер.

    4.2. Во-вторых, сама коррупция определена на федеральном уровне как определенный набор противоправных действий, единый для всех субъектов РФ, что, с одной стороны, создает единый предмет для противодействия. С другой стороны, в условиях культурного многообразия реальных коррупционных проявлений, распределенных крайне неравномерно по территории России, и гораздо большей причинной глубины данного явления, чем просто имущественная заинтересованность, создаются высокие риски политических ошибок. Быстро развивающиеся и совершенствующиеся технологии маскировки коррупционных сделок могут свести на нет действенность стандартных механизмов противодействия коррупции, особенно с учетом принципа стабильности основных элементов системы мер по противодействию коррупции, установленного Национальной стратегией. С другой стороны, вся «антикоррупционная» мощь может быть направлена на малосущественные или вовсе не являющиеся коррупционными явления, то есть превратиться в «охоту на ведьм».

    4.3. Базовые законы субъектов РФ о противодействии коррупции, в основном, не содержат существенных положений, способных эффективно адаптировать федеральные нормы к региональным особенностям (кроме особенностей структуры органов власти и бюджета), и являются только рамочными, то есть не содержат правовых механизмов прямого действия.

    4.4. Основной функцией уполномоченных антикоррупционных органов часто является только периодическая отчетность, включающая любую информацию, которую можно тематически отнести к противодействию коррупции.

    4.5. Программно-плановые документы, вследствие отсутствия релевантной информации и опыта реальной антикоррупционной политики, не ориентированы на конкретный результат и не содержат убедительных обоснований реализации тех или иных мероприятий, помимо исполнения федерального законодательства.

    4.6. Порядки проведения антикоррупционной экспертизы, как ни парадоксально, содержат множество коррупциогенных факторов, связанных, во-первых, с ограничениями объектов, субъектов антикоррупционной экспертизы, установлением барьеров для проведения независимой экспертизы, во-вторых, с отсутствием требований к оформлению, рассмотрению, учету результатов антикоррупционной экспертизы.

    4.7. Действенность комиссий по урегулированию конфликта интересов оказывается ограниченной сложившими местными культурно-служебными нормами, которые с учетом рекомендательного характера решений комиссий могут существенно снижать сравнительную ценность последних. В лучшем случае такие комиссии будут фактически бездействовать, в худшем – служить дополнительным механизмом коррупции.

    4.8. Предоставление сведений о доходах и иные механизмы также имеют существенные ограничения, практически не преодолимые на практике в условиях распространенной коррупции.

  5. Названные ограничения действенности антикоррупционной базы в целом характерны для большинства субъектов РФ, включая и Тверскую область.
  6. Основным выводом из сложившейся практики является то, что только внутренние ресурсы региональных администраций в условиях высокой коррупции объективно не позволяют справиться с ситуацией и принять достаточно действенные антикоррупционные меры. Значит необходимо привлечение дополнительных ресурсов как внутри субъектов РФ, так и консолидированные действия между субъектами РФ.
  7. Внутренние ресурсы, во-первых, могут быть найдены во всех регионах, однако универсального рецепта для этого нет: требуется проведение специальных исследований или действие методом «проб и ошибок». Во-вторых, механизмы, работающие за счет активного участия институтов гражданского общества и отдельных граждан, способны реально повлиять на повышение качества публичных институтов, а значит спроса на их добросовестное использование. С этой точки зрения в Тверской области действуют различные инициативы, включая сеть общественных советов, а также механизмы оценки гражданами качества публичных услуг. Представляется, что спектр успешно действующих механизмов может быть расширен, для чего необходимо оценить готовность участия и спрос граждан и организаций.
  8. Одним из решений в рамках региональной антикоррупционной стратегии является включение активных представителей социальных групп в разработку нормативно-правовых актов в определенных сферах, включая социальное обеспечение, тарифное регулирование, предпринимательство и прочие. Совокупность соответствующих институтов принято называть сорегулированием. Оно дает потенциальную возможность разрешать конфликт интересов в процессе нормотворчества не кулуарным (частным или коррупционным) образом, а открыто и публично – в официальном порядке. Одним из преимуществ сорегулирования является также возможность переложить часть государственных и муниципальных издержек нормотворчества на активных в этом отношении представителей граждан и предпринимателей. На практике сорегулирование может быть реализовано в самых разных формах: общественная экспертиза регуляций и их проектов, согласование регуляций с общественными организациями, участие представителей третьих лиц в структурах органов регулирования, представительство третьих лиц непосредственно в органах регулирования и многие другие формы, включая те, что уже нашли свое эффективное применение в некоторых субъектах РФ.
  9. Функциональное распределение задач в рамках сорегулирования может быть представлено следующим образом:

    • Задачей региональных администраций является создание и организация официальных площадок совместных действий;
    • Задача общественности и профессионального сообщества – активное формирование законной позиции;
    • Задача научно-экспертного сообщества – предлагать варианты практической реализации консолидированных законных позиций.
  10. Возможность совместных действий в межрегиональном масштабе установлена пунктом 5 статьи 5 федерального закона «О противодействии коррупции», в соответствии с которым «В целях обеспечения координации деятельности … по решению Президента Российской Федерации могут формироваться органы в составе представителей федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и иных лиц (далее – органы по координации деятельности в области противодействия коррупции)».
  11. Таким образом, у регионов есть возможность объединения антикоррупционных усилий не только путем непосредственного исполнения федерального законодательства, но и путем принятия активного участия в такого рода координационных органах. Преимущество такого подхода состоит в том, что проблемы коррупции в каждом регионе могут быть решены совместно, с использованием всего национального опыта.
  12. Основными элементами, консолидирующими антикоррупционную деятельность субъектов РФ, могли бы стать, например, следующие механизмы:

    • Национальный мониторинг коррупции, основанный на оценке уровня и анализе структуры коррупции в регионах;
    • Национальный сборник лучшей антикоррупционной практики;
    • Национальный рейтинг успешности антикоррупционных стратегий.
  13. Таким образом, существующая практика противодействия коррупции может быть развита до действенной антикоррупционной политики за счет эффективно организованного совместного действия ее активных субъектов.
Честная конвертация участникам ВЭД
ИССЛЕДОВАНИЕ УРОВНЯ АДМИНИСТРАТИВНОГО ДАВЛЕНИЯ НА БИЗНЕС
БАНКИ И БИЗНЕС. UpGrade 2019 115-ФЗ: риски и решения для бизнеса.
Учебник "Национальная экономика"

Поделиться

Подписаться на новости