Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Безопасность - главная целевая функция любой технической системы и её реализация

Файлы

Валерий Алексевич Портнов

2011
«Мышление состоит не из отдельных изолированных
суждений, понятий, умозаключений, а из их систем»

Российский философ и логик
П.В.Копнин

Безопасность есть норма степени риска. В свою очередь степень риска – это мера неопределённости любого процесса преобразования энергии и вещества саморегулируемой системой для строго определённых целей. Цель системы определяет алгоритм достижения и поддержания установленной степени риска, а значит и структуры безопасности. Также как степень риска имеет численное выражение, так и безопасность может быть выражена числом. Изменение числа свидетельствует о изменении структуры безопасности. Восстановление структуры восстанавливает безопасность. В этом логика научного смысла управления инженерным риском, в дополнение к используемому в настоящее время алгоритму определения приемлемого риска возможного ущерба.

Хороший стиль оценки – это, прежде всего, сравнение и строгая классификация в ходе определения через абстракцию и образования классов эквивалентности значений абстрактных свойств.

«Было бы безумным и в себе противоречивым ожидать, что будет сделано то, чего до сих пор никогда не было, иначе как средствами, никогда доселе не испытанными».[1]

Этот VI тезис из книги Френсиса Бэкона «Новый органон», как нельзя точно предопределил ситуацию, в которой оказалась в 2001 – 2002 году правовая наука, не признавая необходимости создания новой отрасли права - технотронного1 права, в условиях переформулирования технических норм в нормы права, одновременно, соблюдая требования конституции по реализации наиглавнейшей задачи государственного управления: обеспечению безопасности, в том числе, при функционировании хозяйственного комплекса, автоматически вытекающее из содержания понятия «Норма права»: «Общеобязательное правило поведения, установленное или санкционированное государством и обеспеченное его принудительной силой…»2 Обычная задача, если развивать субъективную часть Права: юридическую, как систему, дифференцированную по отраслям, каждая из которых имеет свой предмет регулирования и обладает специфическими чертами. Есть уникальный (для системы права) предмет регулирования – безопасность технических средств, состоящая из субъектов регулирования и объектов регулирования. В свою очередь субъекты регулирования – это юридические лица в чьём ведении находится техническое средство на конкретной стадии его жизненного цикла, а объектом регулирования сама стадия жизненного цикла сложной технической системы (СТС). Решающим в таком понимании деления предмета регулирования является то, что при создании и реализации технического средства (далее продукции) или стадии жизненного цикла (далее процесса) закладывается безопасность продукции или процесса одними субъектами, а обеспечивается при функционировании или утилизации другими субъектами (юридическими лицами). В этом принципиальное отличие понимания безопасности продукции и процессов в условиях рыночной экономики от командной характерной для советского периода производственных отношений.

Примерно в это время, в начале 2000-х годов, появился тезис, что государство необходимо освобождать от прямого управления хозяйственной деятельностью. Как сейчас видится это было следствием пресыщения правительства молодыми экономическими и юридическими кадрами, прошедшими подготовку по Аристотелевой программе логики не учитывающей логику отношения, которые никогда практически не занимались производством продукции и средств производства, т.е. в техносфере не работали и производство не знали.

Поэтому, когда правоведами было отвергнуто предложение принимать регламенты в виде приложения стандартов к федеральному закону, поскольку такая конструкция правового акта не предусмотрена юридической техникой, а стандарты никогда в полной мере не регулировали безопасность продукции и средств её производства, это привело к возникновению тупика в формулировании юридической конструкции технического регламента, не преодоленного до настоящего времени.

Требовалось нестандартное решение способа конструирования нормативно-правовых актов технотронной отрасли права, а для разрешения логической коллизии необходимо было решить задачу формирования технотронной отрасли права с использованием методов логики предикатов или как её ещё называют некоторые учёные - диалектической логики [2], которая позволяет установить значение безопасности продукции и процессов, как абстрактного свойства через образование классов эквивалентности, т.е. положить в основание образования этих классов, прежде всего, отношения и практически реализовать в определении понятия безопасность продукции или процессов так называемый принцип абстракции [3].

Наметился один путь. Техническое регулирование должно было стать тем мостом, который должен был соединить два способа регулирования: на основе законов права и законов природы – физических, т.е. перейти от метода логической вероятности к гипотетико-дедуктивному методу. Взяв из права способ и наполнить его содержанием. А именно: «Применение силы абстракции к правовой материи», конкретизировав абстрактный термин «безопасность продукции и средств её производства» через его индуктивный анализ и уточнение, материализовав его в виде численного показателя нормы степени риска. Но для этого следует признать проблему перевода в формальной логике двух или нескольких суждений отношения в суждение существования и необходимость введения в практику конструирования правовых актов в сфере нормативно-технических правовых документов использование методов логики предикатов, лучше приспособленной к индуктивному анализу по сравнению с формальной логикой и позволяющей исследовать отношения между предметами анализа в противовес Аристотелевой логики, а также кодифицировать Федеральный закон «О техническом регулировании», внеся в него соответствующие изменения по разделению сфер регулирования с Гражданским Кодексом.

Этого до настоящего времени не сделано, отсюда, по заявлению руководителя Росстандарта Элькина Г.И., техническое регулирование не иначе как размытое пятно не воспринимается, которое они сами же выстраивали поправками к федеральному закону «О техническом регулировании» (№184-ФЗ), пытаясь за счёт технических регламентов восстановить государственный имидж стандартов: их правовую значимость и обязательность.

Отсюда неполнота определения технического регулирования и невозможность его восприятия, как только правового регулирования (Статья 2 Основные понятия, №184-ФЗ), без уточнения видовой особенности такого регулирования, что, собственно, приводит к необходимости рассмотрения отдельного класса регулирования в технической сфере - производства продукции и средств её производства и влечёт за собой создание отдельной отрасли права.

Итак, правовое регулирование – это родовое понятие по отношении к видовому понятию технического регулирования и включает в себя ряд регулирований в различных сферах: экономическое в сфере экономики, экологическое в сфере природопользования и др. Любое регулирование посредством федеральных законов должно носить именование правового и уточнятся видовым отличием в зависимости от особенностей сферы регулирования. Причём его характерной особенностью является обязательное наличие обратной связи. Это вызвано самой юридической структурой нормативно-правового акта: обязательность наличия гипотезы (это то, на что направлен правовой акт), диспозиции (структурный элемент нормы права, который раскрывает поведение субъекта права, имеющее юридически значимый характер) и санкций; как следствие – недопустимость отсутствия хотя бы одного из этих элементов.

Смысл государственного принуждения и обеспечения юридической регламентации общественных отношений правовым нормативным актом прямо связаны с полнотой и подробностью раскрытия содержания гипотезы диспозицией нормативного правового акта и возможностью налаживания обратной связи, поскольку общим высказываниям в действительном мире ничего не соответствует, т.к. только единичные (атомарные) высказывания могут обозначать факты. В связи с этим факты не должны ограничиваться абстрактно представленными понятиями, а выражены через конечное число материальных фактов. Поскольку причинно-следственная связь может быть только между материальными объектами через, которые только и возможен перенос вещества и энергии, то судить об уровне неопределённости и прогнозировать мы можем с использованием свойств материи и энергии, т.е. речь может идти только об измеримых признаках.

В природе течение явлений точно определено аксиомой причинности: совокупностью факторов, оказывающих на них влияние, и одинаковые причины всегда приводят к одинаковым следствиям. Этого нельзя доказать, и именно поэтому она основополагающая. Разве из нечего можно было бы что-нибудь доказать? Это основа научного мировоззрения, и каждый закон природы открытый наукой, служит дополнительным аргументом правильности и необходимости этой аксиомы. Принимая принцип причинности, мы должны принять и другую аксиому, согласно которой случайные события имеют определённые, независимые от нас и тем самым объективные вероятности, поскольку это не что иное, как более универсальная и точная формулировка того же принципа.

По результатам системного анализа в классификации видов причинности техническое регулирование можно отнести к информационной причинности, где в качестве причины, рассматривается информация о структуре - содержимом и уровне компенсации внутренних и внешних угроз, имеющих специфичный характер, в котором действие законов природы обуславливается свободой воли лиц, использующих данную физическую систему.

Информационная причина – управляющая причина. Поскольку производящее начало проявляется в изменении физической структуры процесса функционирования СТС, а не в переносе вещества и энергии, в тоже время без такого переноса не может быть самого информационного причинения. В этом состоит смысл управляющего начала технического регламента в виде федерального закона, вводящего в действие технические нормы несоблюдение, которых создают угрозы безопасности системы. Поскольку сценарий распределения энергии СТС задаётся именно конструктором системы с учётом признанных нормативов (степени риска) безопасности, эта роль нормативно-технических документов перешла к техническим регламентам в сфере безопасности продукции и средств её производства. То есть на стадии конструирования статистический метод анализа безопасности должен создавать основу для гипотетико-дедуктивного метода анализа (верификации и валидации) параметров системы, обеспечивающих непрерывное и цикличное преобразование энергии и информации в системе обусловленный период времени.

Под нормативно-техническими документами мы имеем в виду: стандарты, своды правил безопасности, инструкции по охране труда. А это документы регулирующие перенос вещества и энергии в сложных технических системах. В этом специфика правовых нормативных актов регулирующих отношения на стадиях жизненного цикла СТС, имеющих особенности по сравнению с другими системами, где человек не находится в непосредственном контакте с машиной.

Специфичность вытекает из свойств человеко-машинной системы, анализ которых имеет решающее значение для понимания технотронной безопасности, внутренние и внешние угрозы в которой идентифицируются и компенсируются двумя подсистемами: человеческой и машинной. В данном случае мы исследуем понятие безопасности применительно к продуктам человеческой деятельности: средствам производства либо продуктам производства, которые содержат угрозы вследствие наличия запасённой энергии, либо химически, радиационно и биологически активных компонентов, а также больших объёмов и потоков информации.

Безопасность – это энергоинформационная характеристика технической системы (средства производства или продукции) в основе постижения, которой лежит случайное массовое явление, исследуемое теорией вероятности. Любая характеристика должна иметь теоретическую основу – целостное представление о закономерностях и существенных связях в определённой области. Ценность любой теории в предсказательной силе, т.е. насколько (с какой погрешностью) данные и условия нашей задачи подтверждаются эмпирически.

Каждая теория в области природы физических тел есть более или менее разумное, более или менее хорошо подкреплённое предположение. Например, теория вероятностей успешно предсказывает частоты в некоторых массовых явлениях. Пытаясь предсказать частоты, в некотором случайном массовом явлении исходя из теории вероятностей, мы делаем какое-то теоретическое допущение относительно этого явления. Такое допущение, выраженное на языке вероятности, называется статистической гипотезой.

При изучении физических объектов – это, как правило, законы природы, выраженные на языке математики или символической логики, а в совокупности с человеческим фактором – это нормы права, которые по Колмогорову рассматриваются как некоторые множества, а соответствующие им вероятности являются определённой на них нормированной мерой. Математическое ожидание в этой теории является попросту лебеговым интегралом (абстрактным).

Безопасность по энергоинформационной концепции, говоря формально, это совокупность законов природы и норм права, выраженных на языке логики предикатов, т.е универсум, который по Колмогорову рассматривается как некоторое множество с нормированной мерой в виде вероятности.[7,8]

Хотя теория дело скучное, но уж больно выгодное. Те вопросы ответ, на которые можно искать всю жизнь, она способна разрешить за несколько минут.

В основе теории, которая получила признание лежит гипотетико-дедуктивный метод. Критерием для принятия или отказа от гипотезы служит подтверждение или опровержение следствий данными опыта. Теория, в свою очередь, становится гипотетико-дедуктивной теорией только в том случае, если она обоснована теоретически и эмпирически, т.е. подтверждается практическими результатами, проверенными в рамках статистической гипотезы. В данном случае - это сохранность параметров технической системы, в пределах установленных конструкторской документацией, и её безопасное функционирование с параметрами утверждаемые техническим регламентом. А также вероятность их соблюдения (степень риска), утверждаемая тем же регламентом.

Проблемы с содержанием термина технотронная безопасность

Одно из положений диалектической логики гласит: «Логика понятия должна содержать историю вопроса» [1]. А история свидетельствует, что системности безопасности технических средств просто не было. Внесистемный подход к понятию безопасности технических средств привёл к тому, что применительно к термину «безопасность» в области технического регулирования, утвердилось содержание термина «безопасность», связанное с причинением вреда широкому кругу лиц без инженерной детализации его возникновения.

Поскольку безопасность материализуется через физический и материальный ущерб объекту правовых отношений и может возникнуть в результате внезапного прекращения функционирования технической системы, можно считать его следствием выхода параметров технической системы за приделы, установленные конструкторской документацией. Вероятность этого ущерба находится в прямой причинно-следственной связи с параметрами аварийной остановки системы, т.е. изменения вероятности состояния системы - цикличного и непрерывного её функционирования.

Яркий пример отсутствия понимания безопасности, применительно к инженерному содержанию этого термина, – становление технического регулирования в России, по которому вот уже почти восемь лет не прекращаются дискуссии, а принятые регламенты вызывают новые дискуссии, переходящие в полемику, а количество жертв связанных с эксплуатацией технических средств всё возрастает. Проблема же в правовом подходе к пониманию безопасности, как абстрактной характеристике и принимающей конкретное содержание через материальный ущерб, физический и моральный вред, которые могут возникнуть в результате её не соблюдения – опять абстракция, которая не преодолима в принятой гипотезе в связи с невозможностью её эмпирической проверки на стадии эксплуатации.

В связи с этим нами предложен алгоритм вероятности состояния системы на основе энергоинформационной гипотезы технотронной безопасности, не имеющий вышеуказанных недостатков.

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости