Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Я не крепостной и не раб

Предлагаемый читателям нашего сайта текст – часть очень большой беседы с малым предпринимателем Николаем Хальченей.

Это – отдельная новелла, показывающая одну из сторон отношений чиновников и малого бизнеса. Увы, рассказанная история не единична: автору этих строк приходилось подобные истории выслушивать не раз. Так что мы предлагаем прочитать этот текст и надеемся, что кто-нибудь прокомментирует его или дополнить своими жизненными историями.

 

- Николай Дмитриевич, Вы хотели рассказать поучительную историю о своем общении с некими чиновниками.

- Это – моя история о взаимодействии чиновничества с малым бизнесом.    

Я могу назвать фамилии, как говориться, явки и адреса…

- Но этого делать не стоит. Тем более, я думаю, чиновники, с которыми сталкивались Вы, не хуже и не лучше многих других своих коллег.

- Да, я тоже так думаю.

Однажды мне позвонили из управы одного из районов, где у меня расположен магазин, из отдела потребительского рынка. Я, честно говоря, считаю, что эти отделы надо разгонять. Что они делают? Добывают деньги для управы?

- Честно говоря, московские управы районов, с точки зрения Конституции РФ, вообще незаконны, поскольку местное самоуправление – это муниципальные органы. 

- Да, это я знаю. А отдел потребительского рынка занимается, например, тем, что перед праздником, особенно 9 мая, мне звонят оттуда: Николай Дмитриевич, Вы нас всегда выручали, нужно ветеранам подготовить заказы. Это на праздничных открытках факсимильная подпись мэра стоит, а продукты берут у нас.

А ветеранов все меньше и меньше: раньше я под сто заказов делал, сейчас – где-то 10 – 15.

Что нужно для такого заказа? Бутылка водки или шампанского. Дорогие консервы: икра красная, шпроты, лосось – разумеется, никакой кильки.

- Это понятно.

- Конфеты типа «Коркунов» и какое-нибудь печенье, тапа «Земляничное».

- «Юбилейное».

- Да. Вот это – набор. И все это при Лужкове от имени Юрия Михайловича выдавали ветеранам. Я никогда от этого не отказывался – ветеранов надо помнить.

И вот звонят из управы: у нас послезавтра в префектуре  семинар, на котором нужно обязательно присутствовать. Я отвечаю: не могу, на улице жара, а я ее плохо переношу. Машина у меня сломана, а на метро и автобусах с тремя пересадками я могу просто не доехать.

А работник управы мне в ответ: я все понимаю, но умоляю Вас приехать, если будет возможность. А работник управы – хорошая женщина, с которой у меня нормальные отношения, хотя я у нее никогда ничего не просил. И я говорю: хорошо, постараюсь. Понятно – отношения хорошие, ими надо дорожить.

Приезжаю я на этот семинар. Надо регистрироваться. Дают мне заполнить анкету участника. И я обнаруживаю, что оделся в другой костюм, а все ручки оставил в том, который снял. Но я нашел общий язык с молодым человеком из оргкомитета, и он пошел мне за ручкой.

Тут-то и подошла женщина, с которой мы друг друга знали. Познакомились мы так: в свое время возле моего магазина открыли мини-рынок. Поставили двенадцать – пятнадцать палаток, и магазин стал загибаться. А в это время как раз ИП запретили торговать водкой – ситуация хуже некуда.

И я написал письмо на имя руководителя департамента потребительского рынка и услуг Москвы Владимира Малышкова с просьбой отодвинуть мини-рынок от магазина метров на 100. Через месяц появляется куча инспекций проверять рынок. И тут же выясняется, что он незаконный. И хотя я писал, что, будучи противником сноса объектов розничной торговли, прошу эти палатки просто переместить на 100 метров в сторону, речь тут же зашла о сносе. И палатки сносят.

А у нас ведь как делается: все незаконные палатки ставятся с одобрения управы, милиции и так далее. И владельцы этих палаток каждый месяц за это отстегивают своим «крышам».

И вот в кабинете заместителя Малышкова, куда меня вызвали, я встретился с этой самой женщиной, замом префекта по потребительскому рынку.

И теперь на семинаре она подходит ко мне: вы чего здесь стоите? А я вспоминаю, как в мэрии она лебезила, уверяла, что все сделает. Да и как не обещать – у нее на самом видном месте нашли нелегальный рынок. И была она тогда, ну, прямо подруга – хоть сейчас в ресторан веди.

А тут – чиновник во всем блеске: что вы здесь стоите. Да, стою, старый больной человек, лет на десять ее старше, весь красный и потный после путешествия по жаре на другой конец города. И я не выдерживаю и шучу: да вот послал молодого человека в кабинет за пивом, у него в холодильнике стоит. Ну, дурацкая шутка, а она сразу: какой молодой человек, какое пиво, в каком кабинете? И прямо: как фамилия, какая организация – так какой-нибудь директор распекает своего подчиненного. Но я-то свободный человек, денег у нее не получаю, поэтому говорю, что, во-первых, моя фамилия ей известна, во-вторых, согласно закону о персональных данных, я имею право не отвечать на такие вопросы.

Тут приходит молодой человек, приносит мне ручку. Я говорю: спасибо большое. Дама ухмыльнулась и ушла.

- Николай Дмитриевич, но это все могло быть и не с чиновницей префектуры, а со многими другими людьми.

- Безусловно. Но это – преамбула. Главное – что это был за семинар.

Проводила его компания, которая строит свой бизнес на том, что терроризирует малых предпринимателей. Занимается она якобы консалтинговыми услугами: аттестацией рабочих мест за бешеную цену, согласование рекламных конструкций и вывесок – тоже недешево, различные платные учебы. Все это они лоббируют через своих представителей в структурах власти. В этом ряду – сертификация магазинов, которую, слава Богу, потом отменили. Это – упомянутая уже аттестация рабочих мест, которая действует до сих пор. И семинар был организован при непосредственном участии этой самой женщины, которая, как я понимаю, на подпитке у этой компании, а потому напрягала управы, чтобы собрать предпринимателей.

И вот семинар начался. Выступления сотрудников фирмы и ряда чиновников посвящены тому, какие нам грозят штрафные санкции, если мы откажемся от предлагаемых услуг. За вот это – 8 тысяч рублей, а за это – 10 тысяч, а вот за это – уже 30 тысяч рублей. При этом аттестация каждого рабочего места стоит 6 тысяч рублей, сертификация столько-то, уже не помню, сколько. И смысл один: мы вас сейчас напугаем, чтобы вы несли нам свои денежки.

Вот так насевшее на нас государство, вернее, представители его низового и среднего уровня, а также связанные с ними бизнес-структуры демонстрируют нам еще один способ отъема наших денег: не взятки, а оплата навязанных аффилированными с чиновниками компаниями услуг.

И это – Авгиевы конюшни, которые нужно разгребать.

- Для того, чтобы очистить новые Авгиевы конюшни, необходим новый Геракл.

- Это точно.

Но вот я послушал, как нас пугают, и нужно мне было выйти, выпить таблетку. Вышел я аккуратно из зала, и в коридоре она меня встречает. «Вы куда?» – «Сейчас спущусь в буфет, возьму воды выпить таблетку от аритмии, и поднимусь обратно». – «Больше не возвращайтесь! Какая ваша организация? Я вас запишу». – «Да никуда вы меня не запишете»…

Но все это – отношение. Она не считает себя нашим партнером. Она знает, что я – представляю малый бизнес, и считает своим правом надавить, напугать, загнобить. И это – зеркало взаимоотношений государства и бизнеса. Это – не равное партнерство, не уважение другой стороны. Она ощущает себя властью, которая разрешила мне быть. И живу я, по ее мнению, поскольку такова ее воля.

И вот это ощущение чиновником своей всесильности, своей возможности повелевать, распоряжаться, «мочить в сортире» пропитывает весь государственный аппарат. Ну, кто она такая в этом аппарате? Так нет же – повелевает. Поэтому становится особенно противно.

- Николай Дмитриевич, а ведь Вас не все поймут. Далеко не всех это возмущает. Многие предприниматели готовы выживать именно в таких условиях, приспосабливаясь к ним.

- Да, когда я начинаю об этом говорить или писать, многие мне отвечают: какого рожна тебе надо. Уважения захотел? Да, уважения! Я не считаю себя чьим-то крепостным. Я не крепостной и не раб.

И вот почему наши чиновники бояться малого бизнеса – занимаясь им, человек переходит из состояния раба в состояние нормального уважающего себя человека. Когда он сам себя кормит, а не сидит у кого-то на хлебах, у него появляется самоуважение. А семинар, о котором я рассказал, лишний раз продемонстрировал, каково отношение людей из властных структур к бизнесу. Это – отношение к дойной корове.

- В данном случае есть один нюанс: дойной корове, чтобы было больше молока, не режут вымя. С малым бизнесом регулярно поступают именно так.

- А это – какое-то странное желание задушить. А если не можешь задушить – так надо урвать побольше. Не прямым взяточничеством, так через навязанные услуги.

- И в этих условиях надо выживать.

- Да. Но с годами это становится все труднее и труднее.

 

Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости