Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Как определить свою систему среди чужих? Тренинг системного мышления

Василий Овчинников, учредитель и генеральный директор ЗАО «Пионер». Живём пока.

Василий Викторович Овчинников, выпускник Московского архитектурного института уже не один десяток лек занимается бизнесом. Мы беседуем с ним о том, как идут дела его  фирмы, о ситуации в сегодняшнем бизнесе и ожиданиях в будущем.  

 

- Василий Викторович, чем занимается Ваша фирма, кто основные заказчики вашей продукции и ваших услуг.

-Я официально почти 30 лет руковожу предприятием, которое занимается глобальным корпоративным интерьером. Наши заказчики – юридические лица. Мы много работали с банками, когда у них всё было хорошо, но сейчас почти не работаем, поскольку ситуация у банков значительно хуже. Тем не менее, юридические лица составляют где-то 95 процентов наших заказчиков.

У меня предприятие, около 6 тысяч квадратных метров с хорошим оборудованием по обработке мебельных материалов, с металлическим цехом, со стекольным цехом. В общем, мы заточены на то, чтобы спроектировать и сделать на своём производстве почти полностью тот или иной корпоративный интерьер.

- То есть у заказчика есть помещение, которое надо целиком оформить, и вы его оформляете.

- Да. А вот целиком или частично – не имеет значение. Это – как клиент хочет. Иногда мы делаем помещение целиком, иногда только отдельные мебельные изделия.

- Значит, вы выполняете как дизайнерские работы, так и производите мебель.

- Да.

- И этим Вы занимаетесь уже около тридцати лет.

- В апреле следующего года компании исполнится 30 лет.

- Сегодня предприниматели достаточно часто обсуждают вопрос: когда было лучше работать в бизнесе? Сейчас или лет 25 назад? Вы начинали ещё при советской власти, как Вам кажется: когда предпринимателю на Руси было жить хорошо?

- Не знаю, согласятся ли коллеги, но, по-моему, как ни странно, очень хорошо было в 90-х годах. Сейчас говорят: были бандиты. Были, и приходилось с ними общаться. Но то, что происходит сейчас… Никакие бандиты не оказывали такого колоссального давления, какое сейчас оказывает на нас государство.

Неплохим было начало двухтысячных годов. Сейчас, оглядываясь назад, я могу честно сказать: тогда была замечательная цена на нефть, и в стране оказалось много лишних денег. Поэтому в те времена у нас были хорошие заработки. Но при этом отмечу: всё, что было сделано в компании, мы сделали до 2000-го года. Именно тогда приобретались помещения, приобреталось иностранное оборудование, пусть за очень приличные деньги, но эти деньги удавалось отбить. И ни разу в жизни мы не брали кредитов: сначала зарабатывали деньги, потом на них что-то закупали.

- А сейчас?

- Сейчас грустно совсем, грустно потому, что грустно всем. Значительная часть малого и среднего бизнеса не развивается, не видит перспектив и не хочет во что-то вкладываться. А у нас прямая зависимость: чем живее бизнес вокруг, тем больше работы у нас. К сожалению, живости бизнеса вокруг не наблюдаю совсем.

- Если опять возвратиться к началу Вашей предпринимательской деятельности: Вы ведь начинали ещё при Горбачёве.

- Да.

- Вот тогда, в последние советские годы, каково было начинать вести бизнес?

- Во-первых, мы были молоды. Было ощущение оптимизма, надежды на то, что всё изменилось и можно, наконец-то, а не заниматься работой в проектном институте. У меня эта работа была достаточно бессмысленной. Отработав три года и увольняясь, я как бы оглянулся: что хорошего я здесь сделал? Ничего: всё, что я проектировал, никому не было нужно.

Так что был оптимизм, хотя я не сказал бы, что заработки были большие. И, конечно, было сложно: это сейчас – нашёл юрлицо, заплатил немного денег, и через неделю у тебя банковский счёт и устав. А в то время я потратил, наверное, полгода, чтобы найти помещение и зарегистрироваться.

Но, всё равно, хорошее было время.

Ничего не было. Материалы мы пытались купить какими-то хитрыми путями. Но, тем не менее, было интересно и было азартно.

- А сейчас азарта уже нет?

- Может быть, это связано с возрастом, но азарта нет, и присутствует определённый пессимизм.

- А каковы отношения Вашей компании с возможными клиентами? Вы ищите заказчиков, или заказчики ищут вас?

- Мы ищем заказчиков опосредованно. Мы продвигаем свой сайт, какие-то деньги вкладываем в директ-рекламу – это, конечно, поиск заказчиков. Но чтобы ногами ходить по офисам – такое мы не практикуем.

Но ведь заказчики тоже ищут. Мы стараемся делать так, чтобы в интернет-поисковиках попадаться в числе первых по темам, которые для нас интересны.

- А заказчики привередливы?

- Привередливы, хотя, конечно, все по-разному. И потом я не могу сказать, что 20 лет назад заказчики были менее привередливы.

Безусловно, когда предложение на рынке существенно выше, чем спрос, заказчик может вести себя более привередливо, и сейчас это наблюдается. Требуют: нарисуйте мне бесплатно, пришлите специалиста бесплатно. Иногда мы с этим соглашаемся, иногда нет. Но привередливых заказчиков стало больше.

- А компаний – конкурентов?

- Да, конечно. Сейчас, может быть, их стало меньше, а недавно был такой грустный период на нашем рынке – безудержного демпинга. В сытные 2000-е годы возникло много компаний. И, даже не после 2008-го, а, скорее, после 2014 года, многие оказались без работы и готовы были выполнять заказы на уровне себестоимости. Сейчас нас просто стало меньше.

- Кто-то разорился.

- Разумеется.

- Хорошо известный Вам Борис Овчинников сказал совсем недавно в интервью нашему сайту, что кризис двигает вперед интернет-торговлю, поскольку традиционные магазины разоряются, вынужденно поднимают цены и так далее. То есть кризис для тех, у кого есть чем козырнуть, оказался даже полезен.

- Для мебельщиков он полезен не оказался. Я не назову ни одной компании, которая хорошо жила бы в связи с кризисом.

Магазинами мы не пользовались никогда – это не наша тема: за нашей мебелью люди в магазины не ходят. Интернет-торговля, да, это на сегодняшний день инструмент продажи. С другой стороны, это инструмент, с помощью которого наш потенциальный заказчик оценивает предложения не одной, а 10 – 15 компаний, набрав лишние адреса в своем запросе.

Оценивая ситуацию, можно сказать: это раньше мы хорошо жили на десятке – двух постоянных заказчиков. В основном это были банки, системно развивавшие вои офисные сети, а мы были у них поставщиками.

- Они открывали новые офисы и заказывали вам мебель?

-  В первый раз они проводили сравнение между нами и другими компаниями. Но потом, остановившись на нас, они уже годами работали с нами.

Сейчас ситуация изменилась: сегодня подавляющее большинство заказчиков приходит из интернета, или это новые люди, которым мы что-то сделали, что им понравилось.

- Что в таких условиях происходит с внутренним состоянием компании: она остановилась в своём развитии, остаётся стабильной, начала сокращаться?

- Мы сейчас сократились. Был момент, когда в компании работали 120, 130 человек. Сейчас нас 60.

Правда, мы одно время занимались ещё и стройкой: строить не строили, а вот реконструкцию производили. Были прорабы, сметчики, но сейчас это направление мы убрали, оставив только производство. Так что в этом смысле мы уменьшаемся.

- А какие у Вас в таком случае надежды?

- Конечно, надежды есть, хотя я понимаю: при сохранении той же политики нашей власти надежд на то, что что-то кардинально изменится, что ситуация в бизнесе станет лучше, нет. Но я надеюсь, что всё же политика поменяется когда-нибудь.

Во всяком случае, состояние выживания, в котором мы находимся последние годы, позволяет нам существовать: что есть, то и есть, тьфу-тьфу, пока не разоряемся, людям зарплату платим, хотя хотелось бы побольше платить, но платим, как можем. Народ не уходит, у меня есть люди, работающие в компании 20, 25 лет. Так что живём пока.

 

Беседовал Владимир Володин

Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет
Семинар «Использование модели стандартных издержек как инструмента сокращения административных издержек».

Поделиться

Подписаться на новости