Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Конвертация валюты

Илья Хандриков, председатель Всероссийского движения "За честный рынок", эксперт НИСИПП. Итоги становятся всё печальнее.

Двенадцатый раз Илья Хандриков пишет и публикует на разных интернет-ресурсах, в том числе на сайте НИСИПП (http://nisse.ru/articles/details.php?ELEMENT_ID=132788) итоги очередного года для малого и среднего бизнеса. В  этот раз Илья Николаевич говорит, что эти «Итоги» возможно будут последними, поскольку они становятся всё безрадостнее, а используемая для их написания информация, настолько токсична, что боится просто заболеть от её передозировки.

Но в год, считающийся для отечественного бизнеса юбилейным, Илья Хандриков свои «Итоги» написал и опубликовал.

 

- Илья Николаевич, в мае этого года исполняется 30 лет закону о предпринимательской деятельности.

- Да.

- И 30 лет наши предприниматели борются за своё существование.

- Да. Государство как бы сделало этот день днём отсчёта, хотя мы отлично знаем, что уже в 1987-м году по всей стране активно начала развиваться предпринимательская деятельность. Но отсчёт идёт от выхода  в 1988-м году закона. 

- Но Год бизнеса, как я понимаю, в стране по случаю этого юбилея не объявлен.

- Нет. У нас объявлен Год лицедейства: театра, балета – у них тоже юбилеи.

Более того, вместо года бизнеса у нас, пусть неофициально, объявлен год борьбы с теневым бизнесом.

- Ну, борьба с теневым бизнесом в сегодняшней России – то же, что борьба с пьянством в СССР.

- Но это ещё и год борьбы с нетрудовыми доходами. Я не стал писать этого в своих «Итогах», но уже сегодня из разных источников приходит информация, что год будет очень жесткий.

- Что ж, давайте начнём именно с этого.

Только что появился доклад МВФ о теневом бизнесе в мире. Там, как всегда, рейтинг, в котором Россия заняла весьма сомнительное место. Кроме того, написано, что у нас где-то 38% бизнеса находится в тени.

И хотя наши официальные лица уже взвыли, что это ложь, если сравнить данные МВФ с теми, что озвучивались у нас в исследовании РАНХиГС(44% теневой экономики), то окажется, что они к нам ещё снисходительны.

- Там было даже 44 с копейками (44,8% - В.В.).

- Скажем прямо, у всех государств в тени кто-то есть. У первого места там 7% экономики. Но что сказать, если государство загнало в тень почти половину работающих и явно не собирается на этом останавливаться? Что это за экономическая политика?

-  Понимаете, за те 30 лет, что у нас есть официальный бизнес, очень многое изменилось, трансформировалось. 30 лет назад наша власть имела в управлении всё государство, а теперь она сверх этого имеет и собственность. Мы превратились в олигархическое государство.

Изучая материалы 80-х годов, я видел, какая у нас доля граждан уходила от работы на государство в подсобное хозяйство, в гаражную экономику.

- В подпольные цеха.

- Да. И это был огромный процент работающего населения. И если мне говорят, что я сгущаю краски, приходится напоминать, как при Андропове ловили людей по баням, магазинам и злачным местам: работать на государство люди не хотели.

Но суть ведь в том, что государство не может существовать, препятствуя развитию предпринимательской деятельности (частной инициативе).

- Но, в конце концов, началась ведь очередная «Новая экономическая политика».  

- Если говорить о «Новой экономической политике», то её начал Горбачев, и это была вынужденная мера.

За последние же годы ситуация с предпринимательством только ухудшается. Да, есть кафе, магазины, рестораны, но кому это всё принадлежит? Я в «Итогах» специально привёл мнение одного эксперта: «Мы прекрасно знаем, что в лихие 90-е подобным занимались бандиты, а с 2000-х их заменили силовики, поэтому не удивляет вывод  знакомого эксперта, что «в отставку майор полиции уходит с двумя магазинами, а полковник – с фабрикой».

Но речь идёт не только о полиции: чиновники различного ранга, депутаты – люди, чьё положение позволяет урвать кусок собственности, обзаводятся ею.

Мне тут рассказывают: знаете вот такого известного ресторатора? - Конечно, знаю: вот его заведения, у всех на виду. – Так они уже не его, они принадлежат двум депутатам. – Как депутатам? Он ведь гордость отечественного бизнеса! – Ну и что? Такой же пример с известным кондитером, у которого сначала отняли бизнес, а когда всё начало сыпаться, взяли в долю.

Это – показатель того, что есть у нас бизнес, который развивается, имеет возможность получать поддержку, брать кредиты, но какой, чей это бизнес? Этот бизнес не имеет никакого отношения к независимому малому предпринимательству. Это бизнес вполне определённых кругов, сил и групп интересов. Или это бизнес, который не сформировался настолько, чтобы быть интересным для групп, о которых я только что сказал.

И можно назвать причины, которые могут повлиять на отъём бизнеса. В первую очередь это – собственность. Те, кто в своё время приобретал собственность, первыми попадали в «расстрельные» списки. Или, если ты придумал какое-то ноу-хау, то можешь попасть в сферу чьих-то интересов. И ты можешь потерять свой бизнес, взяв кредит, попросив о поддержке, дав взятку за какое-то содействие.

- Что касается кредитов, то уже лет, наверное, десять назад в отечественных СМИ стало появляться немало информации о роли банков в рейдерских захватах бизнеса.

- Вот и я в своих «Итогах» особо сказал о банках. Сегодня они лишены возможности брать на Западе очень дешёвые деньги, чтобы давать их здесь под куда большие проценты. Они ведь громадную прибыль имели на этом.

- Да, маржа была очень велика.

- Банки стали грызть друг друга. ЦБ стал по-своему регулировать эту деятельность, увеличивая и без того приличный список государственных и окологосударственных банков. Началось давление на незаконные доходы и сомнительные операции, и сегодня мы видим, что банки превратили в жесточайшего регулятора рынка.

И я написал в «Итогах»: «Эта политика привела к закрытию не менее 300 банков разного уровня за последние годы. Сколько представителей малого и среднего бизнеса пострадало и закрылось от этой войны, статистика умалчивает. Только в Татарстане последствия ликвидации банков группы ТФБ ощутили на себе около 13 тысяч татарстанских предпринимателей.

С начала 2017 г. банки заблокировали 460 тыс. операций клиентов на общую сумму 180 млрд. От представителей бизнеса поступили тысячи заявлений в ЦБ и сами банки. Банки используют черный список, в который компании и физлица попадают при первом же отказе в проведении операции как сомнительной, вне зависимости от того, произошло ли нарушение в действительности. Без учета отраслевой специфики, целые направления бизнеса оказались под подозрением банков».

Сейчас идёт передел банковского рынка, особенно регионального: крупные федеральные банки подминают в регионах под себя всё живое.

- Да, банки по отношению к бизнесу играют сейчас весьма двусмысленную роль. Впрочем, не они одни. Вы в «Итогах» не говорите, например, о госкорпорации по поддержке малого бизнеса…

- Я в «Итогах» специально не упомянул ни о стратегиях, ни о госкорпорации по поддержке малого бизнеса. Хотя на то и другое пошли немалые бюджетные деньги, толку от этого просто нет. Вместо создания новой госкорпорации нужно было создать цивилизованные механизмы деятельности бизнеса, а их нет и не предвидится. Посмотрите, к нам пришла прекрасно работающая во многих странах система ОРВ: что с ней в итоге сделали? А ни стратегии, ни госкорпорации нам ничем не помогут. Нужна общая политика поддержки граждан, поддержки предпринимателей, развития демократических институтов.

Что же касается поддержки, то о ней хорошо написал президент НИСИПП, профессор НИУ ВШУ Александр Юльевич Чепуренко: «Значительная часть пара уходит в свисток, то есть в поддержку различных структур, этой поддержкой занимающихся. В частности,  поддерживающих тот же малый бизнес. А, во-вторых, она распределяется каким-то более или менее понятным образом  между субъектами малого предпринимательства».  

- Вы в «Итогах» довольно много говорите о давлении на бизнес и о том, что Вы называете «Бульдозерное право»:

ž«Ночь длинных ковшей» началась в Москве и стала распространяться по России.

Бульдозером по правам собственности.

Бульдозером по ларькам (строят госларьки).

Бульдозером по частным перевозкам («Дальнобойщики»).

Законом о кассовой технике по ИП и МБ.

Бульдозером по фермерам-собственникам Кубани.

Налоговым бульдозером загнали в тень миллионы предпринимателей (самозанятые).

Бульдозер силовиков по предпринимателям.

Бульдозер «Яровой»: лоббисты и распил триллионов.

Бульдозер проверок (9 млн в год).

Бульдозер кадастровой оценки земли.

Бульдозер российского правосудия (Липецкий суд).

Бульдозер по НТО и ИП.

Бульдозерное выживание граждан и бизнеса из страны.

Эта тема активно реализовывалась законодателями и чиновниками, судьями  и правоохранителями весь 2017 год. Более 36 000 жалоб подали бизнесмены омбудсменам по защите прав предпринимателей.  «Число легальных предпринимателей сократилось за последние 12 месяцев на 300 тыс. человек. А на оставшихся 5,7 млн человек уже заведено 270 тыс. уголовных дел. К ним ежегодно приходят 400 тыс. плановых проверок и еще один миллион — внеплановых», - из материалов  заседания 21 сентября в ОП РФ.  «При значительном количестве существующих проверок средняя доля выявленных в ходе них нарушений, причинивших фактический вред, составляет в среднем всего лишь 2,1%», - Татьяна Голикова.  Пугающий тренд:  ключевым становится инструмент по выбиванию  из предпринимателей еще больше налогов  -  199 УК РФ (Уклонение от уплаты налогов)».

Мне бы хотелось отметить два пункта Вашего списка: кадастровые оценки в последнее время стали просто безумными,  а правосудие так и  осталось «басманным».

- Да. И информация из регионов становится ужасающей: «Сводки о боевых действиях мэрии Воронежа против малых предпринимателей напоминали настоящую войну с участием летальной для павильонов и киосков техники».  Петербургские киоскеры, собрали сотни человек на митинг с требованиями не уничтожать  малый бизнес.   «Настоящая война объявлена нестационарным торговым объектам. В десятках регионов прошел или проходит их волнообразный снос», - Владлен Максимов.

Организаторов «Тракторного марша» затравили, лидер протеста дальнобойщиков Андрей Бажутин вынужден скрываться от преследования. Общественная организация дальнобойщиков объявлена Минюстом РФ  «иностранным агентом».

Почему силовики прессуют владелицу  сети кафе «АндерСон»? Прокуроры отобирают фабрику «Большевик» у владельца. Что это, правило или исключение? 

 

Посмотрите на рынок алкоголя: ввели ЕГАИС, идут проверки, время от времени кого-то арестовывают. А ликеро-водочные заводы как гнали «левак», так его и гонят. И их прикрывают чиновники и силовики. Если кого-то арестовали, значит, освободилось место для более нужного человека.

В своё время Груздев, будучи тульским губернатором, возглавлял комиссию Госсовета и заявлял, что, если навести порядок на рынке алкоголя, а гигантские полученные деньги пустить на развитие предпринимательства, страна разбогатеет. И что?

- Да ничего, разумеется.

- А ведь проведённая тогда экспертная оценка показала, насколько этот рынок у нас теневой, несмотря на все вводимые ограничения.

Мы приходим к Советскому Союзу: хлопковое дело, дело фирмы «Океан». Мы так и не ушли оттуда. Мы, вроде бы, двигаемся по спирали, но у нас всё те же методы и те же результаты. И ситуация с бизнесом всё печальнее.

Тем не менее, у нас остается единственный шанс дать возможность реально развиваться малому и среднему предпринимательству – правильно проголосовать  на ближайших выборах.

 

Беседовал Владимир Володин

Честная конвертация участникам ВЭД
Страна без барьеров.
Учебник "Национальная экономика"
Литературный совет

Поделиться

Подписаться на новости