Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Получить бесплатный билет!

Анна Демидова, директор образовательного центра «Наша школа «Все вместе». Не-школа, не бизнес, но и то, и другое. Часть первая.

После очередной «оптимизации» нашего государственного среднего образования, увеличившей наполняемость классов, фактическую нагрузку учителей, количество заполняемой отчётности, многие родители обратили своё внимание на частные школы. Разумеется, речь идёт о людях, имеющих финансовые возможности обучать своих детей платно.

Однако частные школы, имеющие лицензию, берут весьма солидную плату за свои услуги: одним из основных критериев, которые учитываются при выдаче лицензии, являются помещения, соответствующие государственным стандартам. Аренда таких помещений стоит дорого, чтобы её окупить, необходимо и определённое количество учеников в каждом классе, и определённые суммы оплаты за учёбу. Скажем прямо, это могут позволить себе далеко не все.

Это привело, во всяком случае в Москве, к появлению такого явления, как семейные школы, или не-школы.

О том, что это такое, как живут не-школы, как решают свои бизнес-проблемы, мы беседуем с директором образовательного центра «Наша школа «Все вместе», по сути, той самой семейной школы, Анной Демидовой.

 

- Анна! Года два назад мне довелось беседовать с директором российской частной школы в черногорской Будве, и по окончании беседы она сказала: я в первый раз услышала, что частная школа – это бизнес. А школа у неё существует не один год. Но открыла она школу фактически для своих дочерей, одна из которых уже вот-вот её закончит.

При этом она не считала, что занимается бизнесом, поскольку школу на тот момент в определённой мере содержал её муж (сейчас не знаю, может быть, она вышла на самоокупаемость).

- Я это понимаю.

- При этом в школе учатся дети, то есть оказываются платные образовательные услуги (два года назад их, увы, было не так много, чтобы выйти на рентабельность), школа даёт работу учителям – все признаки малого бизнеса налицо.

Есть такое понятие – «семейная школа»: кто-то открывает школу для своих детей, детей своих друзей и их знакомых. Это – небольшие школы, отвечающие чаяниям определённого круга родителей, готовых их спонсировать. Часть из них потом может стать вполне успешным бизнесом, часть им не становится. Но такие школы, как я знаю, востребованы, и их не так уж мало.

Как я понимаю, Ваша школа из таких семейных школ.

- Совершенно верно. И, по-моему, называть такую школу частной школой неправильно. Когда мы говорим: «частная школа», мы подразумеваем действительно бизнес. Бизнес с лицензией, который контролируется определённым образом и имеет при этом права на льготы и некоторую поддержку от государства. И там одной из основных задач, как у любого бизнеса, является прибыль, а руководители этих школ ищут ту нишу, которая позволит им больше зарабатывать.

- Как правило, больше зарабатывают сильные частные школы, выпускники которых без проблем поступают в вузы, причём не только в российские.

- Да. Они стараются сосредоточиться на вполне определённых моментах, в зависимости от своей клиентуры, от района, в котором находятся и т.д. Это может быть и полу-пансион, и школа полного дня, может быть большая внеурочная деятельность, дополнительное развитие. И работать они будут с теми родителями, которые готовы платить деньги, всю эту деятельность окупающими.

Когда ты организовываешь семейную школу, то, честно говоря, это не называется школа, поэтому даже придуман термин «семейная не-школа». И люди пишут «Не-школа» с большой буквы и через дефис.

Но здесь, всё равно, идёт образовательный процесс, часто на волонтёрских началах, а основной момент – создать некую среду, на которую настроен руководитель. Если он считает, что дети, в первую очередь, должны развиваться эмоционально и интеллектуально, то будут стоять одни задачи, проводиться одни занятия. Если считается, что дети должны заниматься спортом, музыкой, другими развивающими предметами, то собственно учебный процесс в привычном понимании будет проходить три, а не пять дней в неделю, уступая место дополнительным предметам. Кто-то делает акцент на навыки, и там очень большая проектная деятельность. А кто-то делает акцент на знания, и тогда такие семейные школы по факту превращаются в те же частные школы, только без лицензии. Поэтому учащиеся здесь дети должны аттестоваться в каком-то другом месте. Но родители в этом случае понимают, что всё держится на устных договорённостях и моральных ценностях руководителя, как правило, тоже мамы, которая, будучи обеспокоена образованием собственных детей, создала эту семейную школу.

В данном случае, поскольку меньше проверок, в школе гораздо больше свободы для творчества. Но и больше свободы для каких-либо махинаций, поэтому здесь может присутствовать профанация и отсутствовать какое бы то ни было образование.

- Всякое бывает.

- Да. Такую школу надо хорошо понимать, чтобы в неё прийти.

- Но ведь приходят, и чем дальше, тем больше: государственные школы не устраивают уже очень многих людей.

- Образование сегодня страдает невероятно, недовольство родителей тем, что происходит в государственных школах, очень сильно растёт, и они ищут альтернативу. И родителей, не желающих отдавать своих детей в государственную школу, с каждым годом всё больше. Особенно это касается родителей маленьких детей, которые должны пойти в первый класс, а до сих пор ходили в хороший детский садик или вообще сидели дома с мамой.

Кто-то из таких родителей отдаёт ребёнка в частную школу, уже имеющую имя (а таких в Москве немало), но это может быть очень дорого. К тому же наша образовательная система сейчас очень не прозрачна, поэтому, ни государственная, ни частная, ни семейная школа может не соответствовать требованиям родителей. Повторюсь, им надо искать школу для своего ребёнка, а будет ли та или иная школа таковой, зависит от личности её директора, от того, какие конкретно преподаватели там работают.

- Анна, поскольку мы с Вами акцентируем внимание на так называемых не-школах, давайте честно скажем: каждая из них фактически является сателлитом какой-то имеющей лицензию школы. Той школы, в которую её ученики зачислены на заочное обучение (при этом не так важно – частной или государственной). И эта школа присылает в течение года целый ряд официальных проверочных работ, которые Ваши ученики выполняют наряду с другими учащимися «головной» школы. И таким же образом сдаётся ОГЭ, ЕГЭ и т.д.

- Ситуация следующая: закон позволяет родителям отдавать своих детей на очно-заочное обучение, и они должны аттестоваться несколько раз в году (или хотя бы раз в год), чтобы получить свою годовую аттестацию. А ещё родители могут написать заявление на семейное обучение, то есть они полностью берут перед государством ответственность за образование своего ребёнка. В последнем случае ребёнок должен пройти аттестацию трижды за всю свою школьную жизнь: в конце четвёртого, девятого и одиннадцатого классов. Это даёт не-школам возможности для манёвра.

Есть не-школы, которые централизованно прикрепляются куда-то, и у них есть аттестующая их учеников школа.

- Насколько я знаю, Вы поступаете именно так.

- Да, в нашей школе так сделано. А есть школы, где это пущено на самотёк, и родители решают все вопросы самостоятельно. При этом одни родители хотят контролировать учебный процесс и к аттестации относятся серьёзно. Они хотят, чтобы знания ребёнка серьёзно проверялись. Другие родители таких проверок не хотят: они считают, что это – стрессовая ситуация, которая не так уж необходима. Они знают, что ОГЭ и ЕГЭ надо будет сдавать в любом случае, своим учителям они полностью доверяют и могут не аттестоваться в течение нескольких лет, находясь на семейном обучении и переходя из класса в класс безо всяких проверок. И в итоге в начале 9-го класса, когда пробные работы по ОГЭ пишутся всей страной, им могут быть преподнесены серьёзные сюрпризы. Это могут оказаться проблемы школы, или проблемы ребёнка, о которых школа молчала, - возможна масса вариантов.

Родители должны знать, каковы задачи школы, которую они выбирают, и совпадают ли эти задачи с их личными. Дело в том, что существует целый пласт не-школ, называющих себя «мягкими» школами. Там занятия проводятся в очень мягкой форме (я бы сказала: ознакомительной форме). Дети там не сидят за партами, у них мягкие пуфы, яркая мебель, красивые ковры, много раздаточного материала. Они могут подробно что-то изучать, например, смотреть на яблоко и с точки зрения биологии, и с точки зрения геометрии, и сточки зрения литературы. И это, несомненно, очень интересно, это развивает, но к образованию может иметь косвенное отношение.

- Не верите Вы в теорию Джона Дьюи. Но в такие школы отдают своих детей родители, считающие, что им нужно именно это. Главное – чтобы они не ошиблись.

- Да. В такие «мягкие» не-школы принимают детей, которым трудно сидеть за партой, им всё время требуется движение, нужно ходить, ползать. Они могут сидеть под партой, на пуфе, на ковре. И то, что таких детей всё больше, - очевидно. Наша система образования требует коррекции, поскольку всё больше детей, не укладывающихся в понятие «норма».

Но «мягкие» не-школы, развивая вашего ребёнка, могут при этом не дать ему образование. Хотя, если мама знала, куда и зачем она отдавала своего ребёнка, претензий не будет. Главное, чтобы она всё знала заранее.

 

Окончание следует.

 

Беседовал Владимир Володин.

Учебник "Национальная экономика"

Поделиться

Подписаться на новости