Будем осторожны в прогнозах

Война на Ближнем Востоке резко изменила мировую повестку. В ответ на атаки Израиля и США Иран ударил ракетами и беспилотниками по дюжине соседних (и не только соседних) государств и постарался перекрыть Ормузский пролив – одну из важнейших артерий поставок нефти с Ближнего Востока.

Чем это может закончится для мировой экономики? Кто проиграет, а кто выиграет от происходящего? Об этом мы беседуем с экономистом Андреем Шевчиком.

- Андрей Валентинович, что ждёт глобальную экономику в связи с новой войной в Персидском заливе?

- Если делать какие-то прогнозы, то я бы сразу призвал к осторожности: ситуация, с моей точки зрения, очень мутная, и, как говорится, чёрт кроется в деталях.

- Каковы, с Вашей точки зрения, эти детали?

- Во-первых, мы не знаем сейчас, сколько времени продлится эта война. А чем дольше она длится, тем серьёзнее её последствия. Мы не знаем, чем она закончится: полным разгромом Ирана и свержением власти религиозных лидеров и командования КСИР, или остановкой военных действий и некоей «сделкой» с объявлением Дональда Трампа, с одной стороны, победителем, с другой – миротворцем. От этого может зависеть положение Ирана на мировом нефтяном рынке. Иран ведёт ракетные обстрелы целого ряда стран-экспортёров нефти и газа, запускает по ним беспилотники. Какие потери он сумеет им нанести в итоге.

Государственная энергетическая компания Катара 2 марта остановила производство СПГ после иранской атаки на ее предприятие. А Катар является одним из крупнейших в мире экспортеров СПГ, на его долю приходится примерно 20% мировых поставок. Цены на газ в Европе сразу взлетели в заоблачные выси. И хотя это цены на апрельские закупки, если катарский газ не начнёт в ближайшее время поступать на мировой рынок, многим странам придётся тяжело.

- А если начнёт, обойдётся?

- Я бы сказал: придётся не так тяжело.

Все взгляды сейчас прикованы к Ормузскому проливу: запрёт его Иран, а если запрёт, то на какое время. Количество танкеров, проходивших в Персидский залив и обратно, сразу сократилось вдвое.

Страховые компании резко повысили тарифы для судов, проходящих через Ормузский пролив: стоимость страхования выросла в 12 раз (была около 0,25% от стоимости судна, сейчас достигает примерно 3%).

Цена на нефть BRENT стремится уже к 85-ти долларам за баррель.

- А как это повлияет на цену российской нефти URALS?

- Вот тут я был бы очень осторожен в прогнозах, поскольку сегодня дисконт на российскую нефть – понятие не столько экономическое, сколько политическое. Это фактически – плата за страх перед вторичными санкциями тех же США. Поэтому я бы не стал называть здесь какие-то цифры. Понятно только то, что цена на российскую нефть тоже вырастет.

- Говорят, Китай уже обратился к Ирану с просьбой не препятствовать судоходству в Ормузском проливе, потому что они очень зависят о катарского сжиженного газа.

- 20% мировой торговли сжиженным газом проходит через этот пролив из Катара, и китайцы, крупнейшие его получатели, столкнулись с большой проблемой. 

- Но Китай получает и иранскую нефть, несмотря на американские санкции.

- С нефтью у Китая всё в порядке: они накопили колоссальные запасы в своих стратегических нефтехранилищах. У них на нескольких месяцах этой нефти хватит. А вот с газом будут большие проблемы.

- И цены в 83-85 долларов за баррель тоже никого не смущают?

- А что смущаться: все это было. Были и 120 долларов за баррель. Так что чтобы какие-то рекорды бились на рынке, нет.  И потом аналитики в странах-импортёрах считают, что долго такая операция продолжаться не может, следовательно, всё это – временное явление.

Всё это, конечно, основывается на доверии обещаниям Трампа, что действительно  операция, как он это называет, продлится всего несколько недель, а не затянется. 

- Но кто же не может знать это наверняка? 

- Никто этого знать не может, потому что Трамп, если его подожмут какие-то обстоятельства, может объявить, что полная победа обеспечена, мы все сделали и отводим оттуда войска, прекращаем бомбардировки. Так было с йеменскими хуситами.

- Но ведь закончить войну – полдела: надо будет восстановить и судоходство, и добычу, и поврежденные нефтяные объекты в заливе. 

- Это вопрос нескольких месяцев. Учитывая, что ОПЕК-плюс разрешил с апреля опять увеличить добычу всем входящим в картель странам, импортёры уверены, что положение быстро выправится.

- А зачем ОПЕК-плюс повышение добычи? Ведь перед войной в Персидском заливе предложение нефти на мировом рынке превышало спрос.

- Сейчас много говорят на эту тему. Самое неожиданное, на мой взгляд, мнение высказал один довольно известный экономист: для нефтяной индустрии мира серьёзное повышение цен катастрофически плохо. Как только это происходит, начинается массовый переход автомобилистов всего мира на электрический транспорт. Станет гораздо выгоднее купить электромобиль, чем иметь машину с двигателем внутреннего сгорания. Для нефтянки очень высокая цена нефти – это смертельная опасность, поскольку 80% всего объема мировой нефти перерабатывается на бензин и дизельное топливо. Если все переходят на электромобили, нефтяной бизнес можно закрывать.

- Надо понимать, что в интересах ОПЕК стабилизация цены нефти, но не максимальное повышение?

- Думаю, что одна из основных задач ОПЕК – не дать американским компаниям, добывающим сланцевую нефть, захватить значительную долю рынка. Но это – уже совсем другая тема.

- Хорошо, давайте вернёмся к нашей теме: кто выиграет в сложившейся ситуации?

- Что-то выиграют страны-экспортёры нефти, находящиеся вдали от театра военных действий. Но их выигрыш, думаю, будет не слишком большим.

Безусловно, выиграют трейдеры и поставщики, продающие свой газ с привязкой к ценам на хабах. Но это тоже будет скорее всего краткосрочная удача.

Вообще, есть слишком много факторов, которые могут повлиять на ситуацию. Так что стоит быть осторожными в прогнозах. Тем более, что сегодня мы говорим о событиях, которые могут завершиться через три – четыре недели, а могут затянуться на месяцы.

Пока же не стоит ни слишком ужасаться, ни слишком обольщаться. Давайте доживём сначала до конца этой, надеюсь, краткосрочной войны.

Беседовал Владимир Володин.

*фото сгенерировано ИИ