Кому-то кажется, что мы что-то недоделываем и недоплачиваем

Сейчас, когда шум вокруг сенсационного предложения Олега Дерипаски о 12-часовом рабочем дне и 6-дневной рабочей неделе слегка утих, мы попытаемся понять, что это было. Как говорил о подобных вещах Виктор Степанович Черномырдин: «Никогда такого не было, и вот опять».

Что стоит за скандальным предложением известного российского олигарха? Почему оно появилось именно сейчас?

Об этом мы беседуем с доктором экономических наук Сергеем Николаевичем Смирновым.

- Сергей Николаевич! 30 марта российский олигарх Олег Дерипаска в своем телеграм-канале взорвал информационную бомбу, написав, что из-за глубокого мирового кризиса, который вызван некоей тяжёлой трансформацией, России надо переходить на шестидневную рабочую неделю и 12-часовой рабочий день.

Я прочитал опус Дерипаски и не понял, по какой причине он хочет, чтобы рядовые граждане страны работали, как во времена, описанные Чарльзом Диккенсом, а, может быть, и ещё раньше. Ему надо было как-то обосновать своё предложение, и он обосновал это страшным словом «трансформация».

И его поддержал бывший главный санитарный врач Онищенко.

- Ну, Онищенко – это просто театр, это – Петросян, если хотите.

- Тем не менее, всё это попало в информационное пространство и активно обсуждалось.

- По-моему, реальных предпосылок для такого решения нет. С точки зрения того же Росстата нигде мы не завязали.

Давайте начнем с того, что для перехода на 12-часовой рабочий день и шестидневную рабочую неделю должны быть какие-то масштабные, значимые проекты, ради которых стоит работать 12 часов в день за соответствующую оплату. Таких проектов нет. 

Мы все-таки живем в классической структуре экономики с кучей ограничений. Что дает нам эта классическая экономика? Работодатели, они не дураки, и это мы с вами прекрасно знаем. Они оценивают все свои риски.

И вот довольно любопытный сюжет, который происходит последние два года.

Росстат охватывает в своих изысках по занятости, за исключением безработицы, понятно, только крупные и средние предприятия. Малые предприятия туда не входят. Крупные и средние предприятия – это где-то порядка половины всех занятых в России. Так что у нас происходит? Январь 2026 года. Всего занято на крупных и средних предприятиях около 36 миллионов человек. По сравнению с январем 2025 года рост небольшой, приблизительно 3%. Но есть такая любопытная цифра – рост практически в 1,6 раза. О ком идет речь? О тех, кто работает по договорам гражданско-правового характера.

То есть работодатель поручает Смирнову, Володину, Иванову, Петрову, Сидорову выполнение определенного объема работ. Он говорит, что бюджет этих работ – столько-то. Мы с вами соглашаемся или не соглашаемся. Если

соглашаемся, то работаем, если нет – уходим. Работодатель перед нами, за исключением выплаты заработной платы и каких-то страховых вносов, другой ответственности не несёт. Мы закончили работу, мы идем к работодателю, скажи, а есть, дорогой, какая-то другая работа? Он говорит, нет. Но, если что, я вам позвоню. И мы с вами уходим искать новую работу. Так вот, эта категория увеличилась в 1,6 раза. Работодатель в условии неопределенной экономической ситуации страхуется. Зачем ему выплачивать выходные пособия? 

И тот же график Росстата показывает умеренный рост по штатным, по нештатным работникам, которые заняты на этих предприятиях крупных и средних, умеренный такой ростик - 3%. А как дело доходит до работающих по ГПХ, он резко идет вверх. Согласитесь, 60% рост и 3%. Почувствуйте, как говорится, разницу.

Но это еще не все: в прошлом году и начале этого года сократилась продолжительность рабочего времени, продолжительность занятности в течение рабочего дня. Незначительно, по-моему, какие-то 8 минут, сейчас 7 часов 19 минут, а было 7 часов 27 минут. Казалось бы, немного, но это же тоже не противоречит, как говорится, общей практике, когда работодатель страхуется. И это тоже, по-моему, всё очень понятно.

Теперь, что очень важно, Росстат стал публиковать данные о неполной занятости, и там ситуация очень интересная. Значит, во-первых, речь про крупные и средние предприятия. Так что выясняется? Почти 11% занятых в четвертом квартале прошлого года находились в отпусках без сохранения заработной платы.

И что мы видим: то ВАЗ лихорадят, то КАМАЗ. Тут на днях, я не знаю, видели вы или нет, директор Череповецкого литейного механического завода, сказал, и всё это разошлось по сетям: ребята, у нас проблемы. 

Значит, еще одна такая лукавая цифра: около 3,5% работающих заняты неполное рабочее время. Причем они могут быть заняты так не только по собственной инициативе, но и по согласованию с руководством предприятия.

- А в каких пропорциях?

- По собственной инициативе заняты неполное рабочее время 0,3% от общей численности занятых. А вот по взаимному соглашению, не 8 часов в день, а 6, соответственно, за три четверти зарплаты уже 3,5% тоже от той же общей численности (это почти 1,3 миллиона человек).

И когда господин Дерипаска говорит нам про работу 12 часов в день, то понятно, что со статистикой он не работает. Хотя господин Дерипаска, вроде, экономист: ну, посмотри статистику, закажи своему аппарату её подготовить и после этого предлагай что-то. А предлагать надо тогда, мы не даром об этом говорили, когда есть какие-то проекты, которые бы оправдывали 12-часовую занятость. 

- Ну, Дерипаске ответили, в соцсетях, на различных информационных ресурсах, вообще, по-моему, везде, где только можно оставлять комментарии.

- Да, и народ у нас остёр на язык, единственно от мата воздерживаются, но кто-то даже не воздерживается, поэтому нужно думать, надо включать и знать, в какой ситуации всё это происходит. А происходит это на фоне сохраняющейся инфляции, на фоне крайне неоднозначной дифференциации доходов, которая существует и не сокращается.

Поэтому говорить о 12-часовом рабочем дне, на мой взгляд, социально безответственно. Или это такой троллинг, чтобы, как говорится, укрепить свои позиции или сбросить каких-то конкурентов на будущих парламентских выборах? В это влезать вообще-то не хочется. 

- А, может быть, если добиться официального 12-часового рабочего дня, то за 8 часов можно меньше платить, как за неполный рабочий день?

- Да, и они пополнят число занятых неполное рабочее время. Я не думаю, что на это пойдут, хотя знаете сейчас на фоне того, что происходит, на фоне введения новых налогов, все варианты будут тщательно проанализированы и то, что не вызовет однозначно негативной реакции, может быть реализовано. 

А с другой стороны, вот выступал на Московском экономическом форуме директор Института океанологии, я не помню его фамилию.

- Это научный руководитель Института океанологии академик Роберт Нигматулин выступал.

- Может быть. Выступил он очень мощно: сказал, что все плохо, приводил диаграммы…

- Да, академик заявил о провале исполнения президентских указов, рекордной деиндустриализации и предложил радикально изменить налоговую и кредитно-денежную политику. А малый бизнес предложил не мучить, а дать ему свободу.

- И в итоге предложил сменить все экономическое руководство страны.

- И руководство социального блока тоже. 

- Я извиняюсь, наши политики, на мой субъективный взгляд, должны перед Эльвирой Набиуллиной на коленях стоять, потому что она не дает развалиться этому всему.

А у нас, понимаете, кто-то хочет снизить ключевую ставку, кто-то – увеличить налоги на население, кто-то – до 30% НДС поднять и так далее. Мозги у этих людей настроены на то, что мы что-то не доплачиваем, что в конечном счете население виновато в том, что сложилось. Когда я слышу это, когда я вижу эти предложения, я думаю: ну хорошо, сменится руководство, придут Глазьевы, Делягины какие-то под идеологическим руководством Дугина. И завтра будет в стране экономический трендец полнейший. Это же понятно.

И когда смотришь на все это и вот эти предложения о 12-часовом рабочем дне, кажется, что говорится между строк: давайте превратим страну в единый военный лагерь, сделаем невозможным уход с твоего предприятия и так далее. Ну, это уже другая картина совершенно.

- Тогда вопрос в связи с заявлением Дерипаски: а что у нас на сегодня творится с трудовыми ресурсами? Может быть, с ними всё плохо?

- Если мы говорим, что с трудовыми ресурсами у нас что-то не так, вспомним Карла Маркса: есть живой труд и труд овеществлённый. Вам не будет хватать трудовых ресурсов при нынешней динамике, так давайте

займемся вещественным трудом. Вот туда имеет смысл, наверное, что-то инвестировать, в том числе со стороны государства.

Давайте какими-то станками займемся, машинами, роботами, еще чем-то – реальными проектами, вместо того, чтобы призывать к 12-часовому рабочему дню. И тогда, может быть, будут востребованы те кадры, которые сейчас находятся в отпусках без сохранения зарплаты.

Мне кажется, что так. Может быть, я ошибаюсь, но в текущей ситуации, если не будет каких-то форс-мажоров, нам не грозит ни большая безработица, ни острая нехватка кадров. И нам не грозит смерть от голода, что тоже замечательно. 

Беседовал Владимир Володин.

* фото сгенерировано ИИ