Наступает время «Железных людей». Часть первая

Школа системного менеджмента, ставшая ныне Мастерской инженеров и менеджеров, - одна из «дочек» НИСИПП. С рассказами о её работе на нашем сайте неоднократно выступали и руководитель Школы Церен Церенов, и её научный руководитель Анатолий Левенчук.

Сегодня мы беседуем с Цереном Валерьевичем Цереновым о том, как меняется работа Школы, какие новые направления она осваивает, какие задачи ставит перед собой.

- Церен, первый вопрос, надо сказать, очень простой: как живёт школа системного менеджмента? 

- Живёт хорошо, вот только, знаете, сейчас она ужено не школа. Мы в прошлом году переименовались и сейчас называется Мастерская инженеров и менеджеров.

- Изменение названия должно соответствовать каким-то серьёзным изменениям в самой сути предмета. А у Вас действительно суть серьёзно изменилась?

- Да, тут изменилась именно суть. Если говорить совсем коротко, то школа — это то, что развивает конкретно человека, его личность, и это развитие направлено на то, чтобы привить ему какие-то определённые новые навыки. При этом как-то повелось, что школа — это больше про такую теорию, а практика будет потом. 

- Теперь вы делаете больший упор на практику?

- Теперь мы стремимся создать некую экосистему, настроенную на развитие интеллекта. Причём интеллекта и биологического, и искусственного всё –вместе. Поэтому теперь у нас уже не школа

- Можно подробнее: в чём различия между школой, которая была, и мастерской, которой она стала теперь?

- Есть два основных различия, которые я хотел бы подчеркнуть.

Первое из них то, что речь идёт именно о личности, о человеке. И второе: так или иначе, хотим мы этого или нет, но считается, что в школе практика будет где-то там – потом. Мы бы хотели эти два направления совместить, показать разницу между ними и осваивать оба одновременно.

С нашей точки зрения, сейчас нужно думать не столько о том, что можешь ты, но и о том, какую дополнительную силу, энергию и так далее ты можешь приобрести, чтобы сделать как можно больше.

Если Вы помните, была такая американская кинокартина - «Железный человек». Помните её? 

- Честно говоря, я видел из неё какие-то куски, когда в своё время младший сын это смотрел.

- Ну, ладно. Так вот суть в том, что «Железный человек» — это был человек плюс костюм, который Тони Старк (так звали героя фильма) надевал и становился тем, кто может намного больше, чем обычный человек. 

Сегодня искусственный интеллект приводит к тому, что у нас появляется некоторый аналог такого костюма, с помощью которого мы становимся сверхчеловеком. Понимаете? 

- Более-менее.

- И получается, если продолжить эту аналогию, что нам нужно сейчас развивать не только себя, нам ещё надо уметь создавать этот костюм, быть в связке с ним и ставить перед собой задачи, которые можете реализовать не вы отдельно, но вы вместе с костюмом. 

Если посмотреть с этой точки зрения на фильм, который мы используем для сравнения, тот же Тони Старк, отдельный человек, мог ставить себе задачи, посильные для человека. А вот когда он стал «Железным человеком», он ставит перед собой задачи более глобальные, он даже мыслит по-другому.

И вот поэтому мы хотели бы показать, что речь идёт не просто о человеке, а о таком аналоге «Железного человека». 

И второе отличие в том, что мы не учим, а мы помогаем человеку действовать, а уже для этого действия его надо подучить. Это само собой разумеющееся.

- Помогаете действию и одновременно учите…

- Здесь важно, чтобы человек в современном мире мог ставить себе более глобальные задачи, чтобы он мог действовать, ну а там ещё и обучение. Вот поэтому глобальный разворот. 

- То есть, как я понимаю, это на Вас так повлиял искусственный интеллект, вот его появление и то, что он может решать какие-то задачи? 

- Я бы сказал, что нет, потому что искусственный интеллект как-то ускорил и дал определённый толчок. А вообще, такое развитие цивилизации всегда шло таким образом: человек взял сначала палку, и человек с палкой, человек без палки – это два разных системы. Когда говорят «человек с ружьём», это совсем уже другой человек, это уже солдат, и солдат выполняет совсем другую функцию по сравнению с тем, что обычный человек. Так во все времена развивалась цивилизация. Но, к сожалению, многие люди не всегда так думали, и вот школа, когда мы говорим про школу, она сужала восприятие до отдельного человека.

И поэтому мы сейчас решили показать, что речь идёт не об отдельном человеке, мы берём человека плюс то, что у него есть. А искусственный интеллект просто более, я бы сказал так, понятнее стал для большинства. Мы-то эту идею постоянно проговаривали.

Мы говорили такое слово «экзокортекс» (внешняя система обработки информации, которая дополняет биологические высокоуровневые когнитивные процессы мозга), «экзотело» (Внешние дополнения к биологическому телу, которые расширяют его возможности и помогают взаимодействовать с миром. Это могут быть предметы, технологии, инструменты или даже социальные связи, которые человек воспринимает как часть себя и использует для решения задач), но люди не понимали, что мы имели в виду. А сейчас, когда говоришь «искусственный интеллект», всем становится понятно, что это то, что нас дополняет, и мы видим: он также, как обычный человек может решать какие-то задачи, даже где-то человека заменять. Вот поэтому, наверное, сейчас, наконец-то, нам очень хорошо удалось донести до людей свои идеи, которые раньше ими плохо воспринимались.

— Церен, Вы, как я понимаю, усложнили свои задачи. Это при том, что, основа вашего обучения — это обучение онлайн. Как вы справляетесь? 

— Обучение онлайн или оффлайн, здесь разницы особой нет. К тому же, повторюсь, мы говорим теперь уже не про обучение, а о работе и развитии. Причём, повторюсь ещё раз, о развитии не только себя, а ещё и этого инструмента, который нам нужен.  И один из основных моментов – мы вместе с этим инструментом должны быть как единое целое. И здесь важнее, наверное, то, что человек может сам развивать себя, развивать инструмент, понимать, как мы вместе с этим инструментом работаем.

Ещё он может иногда привлекать какого-то другого агента, наставника, или тот же искусственный интеллект, для того, чтобы он помогал ему развивать себя. Поэтому онлайн и не онлайн — это один срез разделения. Я бы сказал, что более важный срез разделения — это когда я сам занимаюсь собой, саморазвитием, либо я это делаю ещё с привлечением каких-то других агентов, причём как биологических, так и искусственных.

Вот это у нас такое больше основное разделение. 

- Но, как я понимаю, Вы всё-таки усложняете свои задачи. 

- Усложняем в том смысле, что жизнь такая: для того, чтобы было где-то просто, кто-то должен взять эту сложность на себя. Как iPhone сделал нам всё просто, но это не означает, что сложность куда-то исчезла. Разработчики взяли сложность на себя. Эту сложность они побороли и сделали для пользователей легко. 

Здесь это – как такие сообщающиеся сосуды. Поэтому, с одной стороны, мы берём для себя определённую сложность методологии, развития её, а дальше стараемся сделать так, чтобы для человека было, ну, не совсем прямо легко, но намного посильнее будет освоить и системную методологию, и, в частности, искусственный интеллект.

Потому что, так или иначе, скорее всего, так же, как все перешли к смартфонам, к интернету, все так же придут к искусственному интеллекту, но только искусственный интеллект такая штука, достаточно непростая, в том смысле, что она несёт и свои определённые угрозы. И тут уже у каждого будут свои взаимоотношения с искусственным интеллектом, потому что мы, с другой стороны, ещё объясняем про технику безопасности. 

- Вот это, если можно, поподробнее. Что такое техника безопасности в работе с искусственным интеллектом, с вашей точки зрения? 

- Давайте начну немного издалека. Мы знаем уже на протяжении всей истории: когда появляется какая-то новая технология, когда она становится более мощной, то она может нанести человеку достаточно существенный ущерб. Если у вас есть палка – это одно, а когда её заменяет копьё, оно уже более острое и, соответственно, может вас поранить. И это – самый примитивный уровень.

Появился автомобиль, и, вроде бы, с ним всё классно. Но это средство, которое несёт с собой достаточно серьёзные угрозы. Всегда с развитием технологии должна приходить ещё и правильная культура работы с ним, например, как правильно обращаться с ножом, чтобы не порезаться, как правильно обращаться с автомобилем, чтобы случайно кого-то не задавить, либо самому не пострадать. Почему, например, в автомобиле есть такая культура пристёгиваться с ремнём безопасности? Кто-то не пристёгивается, у кого-то нет такой культуры, а кого-то мы учили правильно пристёгиваться, посмотреть в зеркало, включить вовремя поворотники.

Определённые действия мы совершаем, потому что это техника безопасности. 

С искусственным интеллектом тоже есть свои такие же нюансы, которые связаны с техникой безопасности. Если считать, что искусственный интеллект есть, и я уже могу с ним спокойно взаимодействовать, то это очень похоже на рассуждения маленького ребёнка, который говорит отцу: давай я сяду в твой автомобиль и поеду. Что тут такого? Я же вижу, как ты ездишь. Ну и что, если я не могу переключить передачи? Я также могу ездить. 

И вот это очень опасно, потому что если просто взять и начать взаимодействовать с искусственным интеллектом, то он может просто-напросто забрать ваше мышление.

- Это как? 

- А вот так: вы будете с ним взаимодействовать и с ним работать, будете во всём соглашаться, он будет за вас всё делать, вроде бы так, а у вас никакого такого развиваться не будет. Вы его всё время спрашиваете, он всё время отвечает. Замечательно, он решает ваши проблемы, но при этом вы сами останавливаетесь в своём развитии и никак не растёте. 

Окончание следует.

Беседовал Владимир Володин.

*фото сгенерировано ИИ.