Экономика сегодняшняя и завтрашняя. Часть вторая

Мы продолжаем беседу с Николаем Смирновым.

- Итак, Николай, экосистема и цифровая платформа, как я понимаю, - два кита из возможных трёх, на которых будет стоять новая глобальная экономика?

- Третий кит – это интрига для читателя. А черепаха, на которых они стоят, это производство. Китайский автопром в последнее время по объемам превышает и европейский, и американский. И основа такого огромного стремительного роста – это платформенная сборка. То есть они собирают свои машины на основе технологических платформ. Это не то же самое, что цифровая платформа типа маркетплейса, это уже производство. У них доработки в моделях автомобилей выходят за несколько дней: платформенный принцип позволяет это делать быстро. Высокая экономия буквально на всем: на проектировании, тестировании, маркетинге, сертификации, прочей бюрократии.

И я думаю, что отечественному автопрому нужно не тратить деньги на разработки новых моделей, оставаясь на старой традиционной модели производства, а менять именно саму модель производства, то есть, возможно, перенимать опыт платформенной разработки по китайскому принципу. Насколько это возможно, жизнь покажет. Сможет ли государство создать условия, в которых наши авто будут конкурентоспособными в мире. Или проще сразу изобрести новый вид транспорта. 

- То есть китайцы со своей платформенной моделью, как я понял, сделали шаг куда-то за пределы того, что считалось нормальными, даже передовыми технологиями?

- Конечно. Сейчас выходят такие модели автомобилей, в которых используется всё: и видео, и аудио, и искусственный интеллект. И при этом цена такого автомобиля по себестоимости не сильно отличается от цены традиционных автомобилей. И китайцы сейчас меняют машины в среднем раз в 1-2 года. Иногда это даже происходит чаще, чем смена мобильного телефона.

- Но это в Китае.

- Я думаю, что как раз протекционистская политика, которая проводится у нас, направлена, конечно, на то, чтобы поддержать наш отечественный автопром, но его нужно не поддерживать, а принципиально менять производственную модель.

- Менять производственную модель, менять то, менять это… А есть какие-то общие вещи, которые меняются, заставляя менять всё, о чём было сказано?

- Сейчас речь идёт о так называемом шестом технологическом укладе и его распространении в мире. И это уже скорее не про национальную, а про глобальную экономику. 

- Что это означает?

- Происходит конвергенция традиционной экономики с экономикой данных, с экономикой информации. То есть информация становится неотъемлемой частью, зачастую определяющей частью. В этой структуре национальные экономики находят свои ниши, и возможность для этого, конечно, дадут те конкурентные преимущества, которые есть сейчас и которые можно получить в ближайшей перспективе. 

- Но это будет отчаянная конкурентная борьба.

- Поэтому в мире сейчас происходят всевозможные конфликты, столкновения: идет борьба за место под солнцем в новой структуре информационной экономики. И будет оно у тех, кто уже к сегодняшнему дню был достаточно развит, кто может прыгнуть выше головы и стать лидером. 

- А что делать тем, кому лидерство не грозит? 

- Прыгнув, они могут встать на совершенно новую ступень и обеспечить своей стране то, чего у нее не было. Хотя об этом сложно говорить, потому что это сложная борьба со своими противоречивыми законами. Здесь нельзя исключать возможности кооперации, потому что участвует много игроков, много ресурсов, которые взаимодействуют в разной форме. А модели, связанные с высокой степенью неопределенности, они пока, скажем так, развиты на теоретическом уровне, и их практическое применение достаточно ограничено. 

Поэтому посмотрим. Идет борьба, идет конкуренция. В этой борьбе, наверное, возникнет какая-то новая реальность, если эта борьба сама по себе не станет новой реальностью. В прошлом веке ужасы апогея капитализма удалось смягчить и перенаправить за счет наглядной и мощной альтернативы, противовеса в виде экономики социалистического типа. Мы получили ограничение монополизма, трудовое право, социальную политику. Но и накал противостояния зашкаливал.

Сейчас же, я говорил об этом около десяти лет назад, накопилось большое количество противоречий, связанных с прошлой индустриальной экономикой. В условиях глобального неравенства, между странами были установлены несправедливые правила игры, и как следствие, под давлением в глобальных и национальных институтах возникло большое количество коррупции, то есть механизмов, нацеленных на обход общих правил. Устойчивость обеспечивалась некоторое время сильными мира сего за счет экономической ренты. Но мир, технологии, культура подвержены изменениям. И вот ситуация начала активным образом меняться, переходить в новую фазу.

- Хорошо, но опять вопрос: что могут сделать страня, которым не грозит лидерство?

- Как говорят экономисты, если ничего не делать, ни с кем ни о чем не договариваться, не отстаивать свою точку зрения, то новое равновесие вас, скорее всего, не устроит. Для того, чтобы оно вас устроило, нужно иметь собственную стратегию и принимать шаги для ее реализации.

Значит, надо договариваться все время, причем со всеми. Надо совершенно реально договариваться и бороться за свои понятия. 

- Вернёмся к искусственному интеллекту. Какую роль он может сыграть в этой конкурентной борьбе?

- Сегодня по поводу ИИ можно сказать: где-то он победил, а где-то не очень. 

В областях, где традиционно не предполагается верификация истины, где информация оценивается не с точки зрения правды и лжи, а с точки зрения воздействия на поведение адресатов, с точки зрения эффективности управления (реклама, пропаганда, маркетинг, пиар в самом широком смысле), ИИ вполне употребляется.

Там, где процессы максимально алгоритмизированы, например, в программировании, мы тоже им пользуемся активно: написание компьютерных программ – это задача, которая легко и хорошо выполняется ИИ. Конечно же, с точки зрения архитектуры, безопасности, все равно, требуется принимать решения человеку, хотя некоторые крупные корпорации хвастаются тем, что последние изменения в программной продукции осуществлялись вообще без участия человека. Но, я думаю, что мы еще услышим о каких-то подводных камнях, которые давно лежат и могут рано или поздно всплыть. 

А на стыке, где у нас с одной стороны общественные науки, а с другой стороны требуется подтверждение фактов и оценка истинности, там мы в последнее время слышим о скандалах, казусах, о том, что в отчетах и в материалах порой присутствуют откровенные выдумки искусственного интеллекта, когда он сам формирует какие-то данные, подменяя сущности. Причём ИИ делает это максимально уверенно. Это, конечно же, экономические исследования, это решение управленческих задач, это юриспруденция и юридическая практика.

С точки зрения дальнейшего развития человека, его взаимоотношений с искусственным интеллектом, я вижу два пути. Первый — это такая эволюционная адаптация, приспособление жизни к новым технологиям, которая будет предполагать замещение функций человека к автоматизации процесса, и человек здесь действительно займет какие-то новые позиции, позиции управления, позиции контроля. 

То же самое с искусственным интеллектом: когда у вас возникнут избыточные возможности, то это может повлиять на эффективность системы и в конечном счете привести к снижению уровня ее безопасности и возникновению каких-то, возможно, даже негативных последствий. То есть за этим нужно следить.

А второй путь заключается в том, чтобы развивать не только технологии, от этого никуда не уйти, но чтобы развивать самого человека. И теперь это становится ещё более возможно, поскольку существенно расширяются возможности познания с помощью искусственного интеллекта. Благодаря ему можно более эффективно и в нужном объеме получать необходимую информацию, заниматься творчеством.

Но для этого от каждого нужно желание самому развиваться. Это первое, что может быть одной из проблем, почему это не будет иметь массового характера.

И второе, это «гоночная» конкуренция: когда от вас, понимая все возможности новых технологий, требуют результат все быстрее и быстрее. И скорость здесь зачастую важнее качества. Гоночная конкуренция может привести к замещающей функции искусственного интеллекта, когда человек фактически окажется придатком информационной системы. Пусть даже в качестве управляющего. То есть человеку нужно будет обслуживать эту информационную систему. 

Для того чтобы развиваться, нужна сила воли, цель: если человек слепо пользуется всеми имеющимися благами, его развитие может прекратиться и даже обратиться. Если не для всего человечества в целом, то для огромной массы людей.

Поэтому нужно заниматься творчеством, заниматься собственным развитием. Создавать, моделировать ситуации, моделировать жизнь, использовать эти модели, чтобы развивать свои навыки. И, конечно же, относиться критически к любым искусственно созданным «идеям», «советам», вообще любой информации. То есть наша задача – развитие себя как человека.

Беседовал Владимир Володин.

* фото сгенерировано ИИ