Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Как определить свою систему среди чужих? Тренинг системного мышления

Малый бизнес в России: комментарий к немецкой практике

Данный текст был подготовлен по просьбе "Российской газеты" как "зеркальный комментарий" на статью Анны Розэ "Немецкий акцент. Как живет и работает малый бизнес в Германии": http://www.rg.ru/2013/12/24/germania.html К сожалению, в "Российской газете" комментарий опубликован не был. Публикуем его на сайте нашего института.

Сектор малого и среднего бизнеса за всю историю постсоветской России никогда так и не стал базисом российской экономики. Сейчас его доля в ВВП страны составляет порядка 21% и никаких факторов к тому, чтобы сектор развивался, в перспективе пока не просматривается: ни регуляторных, ни экономических. Хотя число МСП в 2012 году выросло по сравнению с предыдущим годом, однако этот показатель характеризовал только количественное, но не качественное состояние и самочувствие сектора. Занятость на малых предприятиях (включая микро-) практически не изменилась, годовая выручка с учетом инфляции даже снизилась (что свидетельствовало о снижении производительности труда в расчете на одно предприятие). Уже очевидно, что 2013 год предъявит ещё более скромные результаты состояния МСП, скорей всего сектор сожмётся.

Между тем сегодня нельзя сказать, что у российских МСП нет ниш и все рынки переполнены, свободные ниши и сегменты найти можно, но не хватает ни ценовой конкуренции, ни конкуренции по качеству. Одна из основных причин - монополизированность и зарегулированность российской экономики, которые сильно сдерживают, а порой и подрубают развитие МСП (через сдерживание конкуренции).

История развития частного бизнеса в России была прервана в 1917 году, НЭП был отмечен на экономическом теле социалистической экономики быстро обесцветившимся маркером. Поэтому частный и малый бизнес могли существовать в СССР только в виде теневой экономики ("цеховики", "фарцовщики"), в большинстве своем ресурсно паразитирующей на госсекторе. Такого "цехового" опыта, как в Германии, российский малый и средний бизнес не имеет. Наш научился лучше прятаться от государства (как те же "цеховики" в российском понимании слова), но не привык жить в жесткой конкурентной среде, где законы диктует потребитель.

Сегодня малыми предприятиями в России считаются компании с оборотом до 400 млн. рублей в год и числом работников до 100 человек (при этом отдельно закон выделяет микрофирмы: годовой оборот до 60 млн. рублей и число работников до 15 человек). Средние компании - те, где работает от 100 до 250 человек и годовой оборот составляет от 400 млн. до 1 млрд. рублей. Основная часть сектора является непроизводственной - это торговля, сфера услуг. Конкурентоспособных производственных компаний, способных поставлять продукцию на экспорт, немного. Научный и наукоемкий сегмент в МСП тоже крайне незначительный и при этом в целом по стране сокращается.

Права собственности гарантированы слабо. Известно множество рейдерских захватов работающих компаний, причем как со стороны властных структур, так и со стороны конкурентов, связанных с правоохранительными и силовыми органами. По экспертным оценкам, права иностранных инвесторов в России защищены сильнее, чем отечественных (это тоже одна из причин того, почему собственно российские инвестиции зачастую приходят в Россию через офшоры как иностранные).

В отличие от крупного бизнеса, где могут происходить протесты со стороны трудящихся, в России не стало известно ни одного случая, когда бы "забастовали" наемные работники в малом бизнесе. И это несмотря на то, что в секторе МСП трудовое законодательство соблюдается слабо или не соблюдается вообще. Собственники небольших компаний, как правило, всегда имеют возможность договариваться с работниками напрямую, без привлечения посредников в виде профсоюзов. Профсоюзных организаций в секторе практически нет или они существуют лишь формально. Работникам на российских МСП невыгодно протестовать - с ними работодатель или сразу расстанется, или у компании возникнут проблемы на рынке, которые тут же отразятся на доходах самих работников.

В России большинство МСП не входят ни в какие предпринимательские союзы и ассоциации (общественные организации). У нас 20 лет действует специальный закон "О торгово-промышленных палатах", но членство в ТПП для всех сугубо добровольное. Членами Торгово-промышленной палаты Российской Федерации являются территориальные ТПП, объединения предпринимателей (ассоциации, союзы, гильдии, лиги, фонды, партнерства), а напрямую - в основном, крупный бизнес. Малый бизнес входит в ТПП России, в основном, опосредованно, через объединения предпринимателей, которые являются членами ТПП. Как и в Германии, палаты являются негосударственными некоммерческими организациями. Деятельность общероссийской ТПП, затрагивающая защиту интересов МСП, однако, в основном, заключается в работе с проектами законодательных и нормативно-правовых актов, а не с самими МСП.

Есть еще два общероссийских общественных объединения предпринимателей (специальных законов для них, в отличие от ТПП, нет), которые должны представлять интересы МСП: «Опора России» и «Деловая России». Их деятельность тоже связана с защитой интересов МСП (не всегда удачной по результатам) в органах государственной исполнительной власти и в Государственной Думе при принятии законов. Но в них состоит незначительная часть российских МСП.

Единственную госпрограмму, связанную с кредитованием малого и среднего предпринимательства, реализует ОАО "МСП банк", являющийся 100%-ной "дочкой" такого государственного института развития как Внешэкономбанка. Программа предусматривает возвратное финансирование неторговых, инновационных и начинающих предприятий, которые осуществляют коммерциализацию научных достижений, модернизацию производства и внедрение энергоэффективных технологий. Программа осуществляется во всех 83 российских регионах. Однако кредитование МСП идёт не напрямую. МСП банк выступает банком "первого уровня", то есть кредитует коммерческие банки и организации "инфраструктуры поддержки", которые затем выдают кредиты, микрозаймы МСП и/или заключают с ними договора лизинга. Объемы средств, выделяемых МСП банком в рынок, год от года растут: в 2012 году было выдано больше 90 млрд. рублей, в 2013 – больше 100 млрд. Средневзвешенная ставка для конечных заемщиков (МСП) составляет 12,7% годовых, что в текущих рыночных условиях является большой льготой. В структуре кредитного портфеля МСП банка преобладают кредиты в размере от 20 до 50 млн. рублей. Однако, в общем объеме финансирования сектора малого и среднего предпринимательства доля МСП банка крайне невелика (всего несколько процентов). Основную часть кредитования для малых и средних предприятий обеспечивают коммерческие банки по рыночным ставкам: их объемы со стороны банков год от года тоже растут, но в 2013 году темпы прироста существенно снизились. При этом надо отметить, что сами малые и средние предприятия считают банковские ставки неподъемно дорогими (даже льготную ставку от МСП банка), поэтому подавляющая часть сектора в России никогда заёмными (банковскими) средствами не пользовалась и функционирует за счет внутренних источников, то есть на свои собственные деньги.

Государство в лице Минэкономразвития реализует федеральную программу поддержки малого предпринимательства, направляя около 20 млрд. рублей ежегодно в региональные бюджеты на цели поддержки МСП. Но программа не является эффективной. Наиболее неэффективными и зачастую используемыми нецелевым образом являются средства грантов (безвозвратные и безвозмездные), выдаваемые в размере до 300 тысяч рублей на открытие собственного дела начинающим МСП. Кроме того, Минтруд реализует программу выдачи годовых пособий безработным на открытие собственного дела в размере 58,8 тыс. рублей, что тоже не является эффективным, поскольку зарегистрировать предприятие на такие средства можно, но развить - крайне маловероятно. В 2009-2011 годах было выдано таких годовых пособий на открытие своего дела около 500 тысяч, в 2012 годах уже на средства регионов - свыше 84 тысяч. Однако, никакого фактического влияния на снижение безработицы и развитие малого предпринимательства в России ни та, ни другая программы не оказывают.

Регистрация бизнеса (юридического лица, индивидуального предпринимателя) в России едина для всех регионов, осуществляет его ФНС. Для этого надо заплатить госпошлину в размере 4 тыс. рублей, написать заявление и представить в налоговый орган его вместе с протоколом собрания учредителей и уставными документами. Нормативный срок регистрации - 5 дней. На практике свидетельство о регистрации учредитель фирмы/предприниматель обычно получает через неделю. После этого надо сделать печать и открыть счет в банке. И можно работать. Налоговый орган самостоятельно рассылает в Пенсионный и иные внебюджетные социальные госфонды уведомления о регистрации бизнеса, после чего фонды ставят бизнес на учет в своих реестрах (для последующего взимания социальных взносов). Процедура регистрации хоть и занимает несколько дней, бизнес давно не воспринимает ее как какую-то серьезную проблему. Распространенная практика: учредитель/предприниматель не сам занимается регистрацией, а нанимает для этого посредническую (юридическую) фирму, для которой регистрация чужого бизнеса - это свой собственный бизнес. Пусть подороже, но меньше хлопот. Самая распространенная правовая форма в малом и среднем бизнесе - общество с ограниченной ответственностью. Нормативно установленный минимальный размер уставного капитала - 10 тысяч рублей, в общем-то небольшие деньги.

Основные проблемы, которые лежат в плоскости взаимоотношений с государством - это бесконечные проверки со стороны органов контроля (надзора), бремя которых не смогла снизить и принятая в 2008 году новая версия закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» , в просторечии названного законом "О проверках". В отличие от Германии, контрольные мероприятия – одна из самых серьезных проблем для бизнеса в России. Именно тут находится и одна из "коррупционных точек": предпринимателям приходится откупаться от контролеров взятками. Регулярный текущий контроль превращается зачастую не в контроль за обязательными требованиями, установленными государством, а во взимание так называемой административной ренты.

Что касается непрозрачности, то зачастую в открытом доступе даже нет установленных требований, проверка выполнения которых осуществляется в ходе мероприятий по контролю: действует даже то, что давно устарело, ибо никто не удосужился официально отменить старый документ. Согласно действующему закону «О техническом регулировании», обязательному исполнению подлежат изданные до 2003 года законы с требованиями к предпринимательской деятельности, которые соответствуют целям: защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества, охраны окружающей среды, жизни и здоровья животных и растений; предупреждения действий, вводящих в заблуждение приобретателей. То есть, все остальное в СНиПах, ГОСТах и т.д. должно носить рекомендательный характер. Однако практика совсем иная, никто таких разграничений между обязательными и рекомендательными «требованиями» не делает, проверяется всё, что можно и нельзя. Закон «О проверках» первоначально способствовал некоторому снятию контрольно-надзорной нагрузки на бизнес в части упорядочения процедур проведения проверок. Однако, через год-полтора контрольные органы вполне себе адаптировались к его действию: началось постепенное расширение перечня видов контроля (надзора), изымаемых из-под действия данного закона. Сегодня уже 30 видов контроля полностью исключены из-под его действия, 26 видов контроля – частично (к началу 2009 года таковых было соответственно 17 и 16). Обсуждаемые в текущий момент в предпринимательском сообществе идеи, исходящие из властных структур, о снятии какого-никакого, но "фильтра" в виде согласования контролёрами проверок с органами прокуратуры, спокойствия и уверенности в завтрашнем дне тоже не приносят. Хотя в принципе органы контроля/надзора согласовывают с прокуратурой крайне незначительное число проверок. Так, в 2011 году только на федеральном уровне было проведено 2 440 413 проверок, в 2012 - 2 215 900 (из-за изъятия и изменения статистического учета их количество формально «снизилось»). Между тем на согласование в прокуратуру было отправлено в 2011 году - 30 500, а в 2012 году - 30 300 (согласовано прокуратурой, соответственно, 19 900 и 20 900). Менее сотой части от проведённых! Оспорить и признать проверку или ее результаты недействительными - дело практически невозможное. Официальный доклад МЭР текущего года признавал, что «доля недействительных проверок является ничтожно малой и составляет десятые доли процента, что свидетельствует о существенной асимметрии переговорной силы органов власти по сравнению с подконтрольными субъектами».

Именно в этом сегменте взаимоотношений бизнеса с государством (помимо госзаказов) сосредоточена также значительная часть коррупционных схем.

В крупных административных центрах проблем с наличием помещений у предпринимателя намного меньше, чем в небольших городах. Проблемой является скорее не наличие помещений, а стоимость аренды, высокие цены. Система, как в Германии - договорная. Основная проблема для МСП - в отсутствии качественных, но недорогих площадей. Развитие рынка недвижимости в России сдерживает тот факт, что значительная часть помещений продолжает оставаться в собственности государства и местной власти. Закон "о малой приватизации", действующий несколько лет и разрешающий арендаторам государственных и муниципальных помещений (именно МСП) выкупать их в собственность, внедряется плохо из-за прямого и косвенного сопротивления региональных и муниципальных властей.

В России действует множество различных налоговых режимов для разных категорий МСП. Есть общая система налогообложения, подразумевающая уплату НДС, налога на прибыль и на имущество. Есть несколько специальных налоговых режимов, основанных на уплате единого налога: "упрощенный" налог, "вмененный" налог, единый сельхозналог, патент для ИП. Подавляющая часть МСП находится на специальных режимах налогообложения. Единые налоги, в основном, рассчитываются не из прибыли, а являются оборотными (начисляются на реальную или потенциальную выручку).

Основной проблемой в сфере налогообложения являются даже не сами налоги в рамках специальных режимов, а обязательные социальные (страховые) взносы в Пенсионный и иные социальные фонды (их все по сути уплачивает работодатель). До 2010 года эти взносы были объединены в единый социальный налог и составляли примерно 26% от фонда оплаты труда. С 2011 года налог был "раздроблен" на несколько платежей с одновременным увеличением общей ставки (в настоящее время - 30%). Это повышение простимулировало МСП уйти в тень, спрятать от государства часть своих доходов, хотя ранее почти 10 лет шёл процесс "обеления" малого и среднего бизнеса. Обычная практика для снижения размера налоговых и социальных платежей - раздувание фиктивных затрат (заключение фиктивных договоров) через использование фирм-однодневок. Часть налогов и страховые взносы в этом случае не уплачиваются, а работники получают зарплаты "в конвертах".

Увеличению теневой составляющей в индивидуальном предпринимательстве способствовало и двукратное увеличение в 2013 году "фиксированных социальных платежей" для ИП. Несколько сот тысяч ИП-шников или совсем ушло с рынка или продолжили свою деятельность в нелегальной сфере, в так называемой "тени" (формально сдав свидетельства о регистрации в налоговые органы).

Мнение редакции сайта и коллектива НИСИПП может не совпадать с мнением автора.

Учебник "Национальная экономика"

Поделиться

Подписаться на новости