Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Как определить свою систему среди чужих? Тренинг системного мышления

Лариса Бутенко, заместитель председателя Приморского отделения ОПОРЫ России. Бизнес надо растить. Часть вторая.

Что такое жизнь предпринимателя в далёком от столицы российском регионе? Почему вполне успешный бизнесмен начинает заниматься общественной деятельностью? Об этом вторая часть нашей беседы с Ларисой Бутенко.

 

- Лариса, Вы десять лет занимаетесь предпринимательской деятельностью. Так сказать, «бывалый» бизнесмен…

- Да. И большей частью моя деятельность связана с производством. Все горести и тяжести производственного бизнеса я испытала на себе.

- Каким производством Вы занимались?

- Конечно, есть и торговля…

- Торговля есть у большинства предпринимателей.

- С торговли моя предпринимательская деятельность начиналась. И когда я столкнулась с ограниченным предложением товара, которым торговала, а продавала я пиломатериалы, то встал вопрос о развитии собственного производства. И производство у меня тоже есть.

- У Вас лесопилка?

- Да. Пришлось и этому учиться.

Все считают, что у женщины должен быть салон красоты, либо магазин одежды…

- Это кажется более логичным, но у Вас – лесопилка.

- Производство пиломатериалов, конечно, не глубокая переработка. У нас нет сушилок, систем по склейке. А благодаря тому, что я произвожу товар с низкой стоимостью, то кризис по мне, слава Богу, так сильно не шандарахнул. Да, я тоже испытываю на себе его давление, но производители относительно дешёвых товаров массового потребления пострадали не так сильно, как те, кто работает в среднем сегменте. Об элитарном сегменте говорить не будем.

- И что может сказать о своей (и не только о своей) предпринимательской деятельности человек, так долго занимающийся производственным бизнесом? Что Вы поняли за эти годы?

- За десять лет занятия производством в нашей стране ты понимаешь точно, что до идеальных условий работы – как до Луны пешком. Это – с точки зрения нормотворчества и требований к производственному бизнесу. Мы не успеваем меняться под наши законодательные и нормативные изменения.

У меня производство находится в районе, в сельской местности, а магазин – в городе. Магазин небольшой, и проверяющие приходили ко мне за десять лет раза два. А производство считается в районе крупным (сельская местность – своя специфика), и приходят ко мне с проверками два – три раза в год. Так я испытываю все прелести работы в сельской местности, где проверяющим приходить особо не к кому, и они идут к тебе. Это всё можно рассматривать в контексте развития предпринимательства, когда количество проверок должно, по идее, уменьшиться.

- Чем больше предпринимателей, тем меньше каждому достаётся, и наоборот…

- Да. Вот сейчас количество предпринимателей сокращается – кризис всё-таки, и я ощущаю, как растёт внимание контрольно надзорных органов. Это очень ощутимо.

- А кроме производства и продажи пиломатериалов Вы ничем не занимались?

- Нет. Так получилось, что мы достигли хороших объёмов, продаём свою продукцию не только на территории Приморского края, а вышли на весь Дальневосточный округ: Магадан, Чукотка, Сахалин. В связи с падением курса рубля мы стали интересны корейскому рынку стройматериалов. А поскольку в дело пошли более дешёвые породы деревьев, то экспортные возможности для нас открыты.

Но, скажу честно, на данный момент, учитывая, что 80% моего времени занимает общественная деятельность, приходится тяжело.

- Вот про общественную деятельность стоит поговорить подробнее. Как Вы попали в общественные деятели? И каково быть в регионе, где, как я понимаю, нет громадных городов-миллионников, быть общественным деятелем в области предпринимательства?

- Понимаете, я живу в городе, а бизнес у меня в муниципальном районе. И я заметила, что в районе предприниматели существуют вообще сами по себе. Я обратилась в администрацию с вопросом: есть ли какое-нибудь предпринимательское сообщество, что-нибудь, есть ли где какая-нибудь диалоговая площадка, на которой они общаются. Выяснилось, что ничего нет. Вообще. И я предложила: давайте что-нибудь сделаем. С этого всё началось.

Самый первый этап – совет по малому и среднему бизнесу при главе администрации. Они обязаны быть везде, и здесь тоже были, но только на бумаге. Люди, которые в этом совете формально состояли, даже не знали, что он есть. Мы этот совет переформатировали, ввели туда новых людей и начали собираться с определённой периодичностью. Мы обсуждали насущные проблемы, к нам начали приносить нормативные документы, касающиеся предпринимателей: арендные ставки, коэффициенты-дефляторы. Но всё это было такое… «местечковое».

А потом я столкнулась с проблемой, с которой сталкивались предприниматели по всей России, – это тахографы. Я имею дело с деревопереработкой, у меня есть большие грузовики, и в определённый момент выяснилось, что у меня должен быть тахограф. Я начала вникать в суть вопроса и выяснила, что те тахографы, которые я должна поставить на машины, ещё не производят. (Тахо́граф — контрольное устройство, устанавливаемое на борту автотранспортных средств. Предназначено для регистрации скорости, режима труда, отдыха водителей и членов экипажа – В.В.).

А стоит, между прочим, эта игрушка 50 тысяч рублей.

И когда я начала выяснять, что делать в таком случае, оказалось, что ситуация, как в сказке: пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Тахограф должен стоять на грузовике, причём такой, какого в природе не существует.

А в тот момент только начал образовываться институт бизнес-омбудсменов, у нас он тогда существовал, наверное, месяца четыре. И я позвонила: раз есть омбудсмен, значит, он должен нас защищать. Попала я сразу на Марину Анатольевну Шемилину (бизнес-омбудсмен Приморского края – В.В.) и говорю ей: защитите нас, Вы ведь наш защитник. Объясняю, что надо ставить тахограф, а его в природе нет.

Марина Анатольевна мне в ответ: по этому поводу мне звонят, жалуются, но ни одной письменной жалобы нет, а нужно зафиксированное заявление. О’кей, - говорю, сажусь, пишу заявление, прикладываю норматив и отправляю. И вот с Дальнего Востока пошла волна, к которой присоединились и другие регионы. Это было в апреле, а в конце мая к нам приезжал Борис Юрьевич Титов, у нас был большой дальневосточный предпринимательский съезд. На нём опять был поднят этот вопрос. Титов пообещал обратиться в Госдуму, чтобы хотя бы за отсутствие тахографа не брали штрафы. В итоге в течение двух или трёх месяцев с моего обращения вопрос был решён, и спустя три месяца Дума наложила мораторий на штрафы.

И я подумала: значит можно что-то делать, можно что-то менять.

Это тяжело, ведь нужно погружаться в каждый вопрос, изучать различные документы. Но тут я поняла, что от этого зависят условия нашей работы. Я с этим столкнулась, и с той поры начала активно заниматься общественной деятельностью.

Я занималась изучением бизнес-среды, нормативных документов, погружалась в самые разнообразные темы. И это затянуло.

Мне очень нравится общаться с нашими предпринимателями, это замечательные люди, которые помимо своей основной деятельности пишут стихи, вышивают, поют божественными голосами. И потом общественная деятельность для меня – это определённое служение обществу, когда ты можешь своей работой, своей активностью, вовлеченностью в общее дело менять ситуацию, сложившуюся вокруг тебя.

 

Окончание следует.

 

Беседовал Владимир Володин

Учебник "Национальная экономика"

Поделиться

Подписаться на новости