Не хватает прав доступа к веб-форме.

Записаться на семинар

Отмена

Звездочкой * отмечены поля,
обязательные для заполнения.

Как определить свою систему среди чужих? Тренинг системного мышления

Александр Чепуренко, профессор НИУ ВШЭ, экс-президент НИСИПП. Надо купировать воздействие кризиса. Часть вторая.

Мы продолжаем беседу с Александром Чепуренко о проблемах и возможностях малого и среднего бизнеса в условиях эпидемии коронавируса и связанного с ней кризиса. На этот раз речь идёт о торговом бизнесе – наиболее распространённом в России.

- Александр Юльевич, я понимаю, что предложенные Вами меры (если, разумеется, деньги, предназначенные для дорожного строительства, дойдут по назначению, а не будут в основном разворованы) помогут определённой части малого и среднего бизнеса. Но давайте вспомним, что у нас около половины МСБ – торговый бизнес. И положение этого бизнеса, и без пандемии зажатого крупными сетями, пользующимися поддержкой властей всех уровней, сейчас, как я понимаю, просто аховое.  Рубль падает в цене, вызывая общее подорожание всего, кроме граждан. Даже пальмовое масло, из которого у нас делают сыры, творог и другие молочные продукты уже не столь дёшево.

Сетевые магазины сейчас до трети товаров продают по так называемым акциям: когда понятно, что товар не раскупят по любезной сердцу хозяев сети цене, его начинают продавать со скидкой, иногда превышающий 50% (какова же магазинная наценка на товар?). Но одно дело, когда та же компания «Х5 Ритейл» закупает у производителя громадные партии товара по ценам крупного оптовика: там с маржи есть, что потом сбросить в розничной цене. А когда речь идёт о магазинчике у дома, который сам покупает не у производителя, а у оптовика, причём отнюдь не крупного, – ему что делать.

А если посмотреть на ярмарки выходного дня, на ларьки, арендующие крохотные площади в маленьких торговых центрах, то там просто умирание: свободных мест всё больше и больше.

И это речь только о Москве, в провинции, где у людей денег ещё меньше, ситуация ещё хуже.

Этим людям как помочь?

- Ну, что тут можно сказать? Всё это, безусловно, так. Конечно, возможен ряд мер, но для их применения в дело должны включиться соответствующие государственные органы, а также бизнес-ассоциации.

Что это за меры? Первая: создание торгово-закупочных кооперативов.

Есть, допустим, пятьдесят магазинов «у дома», каждый из которых ежедневно закупает у мелкого оптовика три ящика каких-то продуктов. Берёт он их, разумеется, уже с наценкой. Если бы эти магазины создали кооператив, то они могли бы брать уже не три ящика товара, а двести, а то и двести пятьдесят в один день, и уже не у мелкого оптовика, а на оптовой базе, где они закупались бы по совсем другой цене.

Второе, что можно было бы сделать (но и для этого необходимы усилия людей, представляющих интересы этой униженной и обездоленной части бизнеса), это перейти к некоторым формам краундфанинга. Современные технологии это позволяют.

Дело в том, что банки неохотно дают кредиты малому бизнесу, разве только под залог товаров в обороте. А вот такой торгово-закупочный кооператив, из тех, о которых мы только что говорили, мог бы обратиться к населению небольшого городка или посёлка городского типа: граждане, вы каждый день приходите в наши магазины, вложите в нас 50 – 100 рублей. А мы соответственно вашему вкладу сможем предложить вам либо товары, в которых именно вы нуждаетесь более всего, либо продать вам товар по приемлемой цене.

В общем, нужны, на мой взгляд, какие-то нетривиальные ходы, которые могли бы изменить создавшуюся на сегодняшний день ситуацию.

И, наконец, некоторым просто придется превратиться во франчайзи. Это, в первую очередь, может затронуть мелкие продуктовые магазины за пределами крупных городов. Например, еду я на дачу, а у меня в посёлке неподалёку сравнительно небольшой продуктовый магазинчик. Он – самостоятельный. Хорошо, но что делать: вчера ты был самостоятельным, а сегодня ты стал франчайзи. Договорись с Магнитом, договорись с Лентой, что ты фактически становишься пунктом выдачи товаров, которые население как бы заказывает у них через тебя. Тебе товар привозят, и ты выступаешь в роли такого раздаточного центра. Других вариантов, если эта ситуация затянется, я не вижу.

В крупных городах, даже если малый торговый бизнес выпадет, нам это будет неприятно, поскольку мы привыкли покупать хлеб за углом, а не ехать за пять кварталов в торговый центр, чтобы его купить. Но мы, в конце концов, и к этому приспособимся. А в сельской местности и в малых городах, я думаю, только такой путь возможен: кооперация или превращение во франчайзи крупных операторов.

- Что касается крупных городов, то в Москве, в моём районе, количество малых частных магазинов уже давно стремится к нулю. Зато в пешей доступности у меня один «Перекрёсток», «Дикси», два «Магнита», две «Биллы», а количества «Пятёрочек» я навскидку даже не вспомню. А частные магазинчики почти все исчезли.

У нас есть правда такое явление, как торговые залы, где стоят прилавки от разных частных хозяев. Но и их не так много, и в залах этих уже появляются свободные места.

- Что делать: чудес не бывает.

- Увы!

- Как бы мы ни хотели, маленькие частные магазинчики, при том, что у них маленький суточный оборот, товары дорожают, а покупательная способность населения стремительно снижается, попадают в такие ножницы. И вариантов поэтому у них не так много: либо они закрываются, либо берут на себя функцию социального предпринимательства. В любом районе живут старики, которым тяжело добираться до крупных супермаркетов, кто-то ещё, ограниченный в передвижении. И эти магазинчики могут договариваться с крупными сетями: поставьте у меня свои постаматы, и я фактически превращусь в пункт сбора и выдачи ваших заказов. И в такой магазин раз в день или два будут завозить заказанные товары, а он становится оператором нескольких крупных сетей, получая за это свой небольшой процент. Это – реально.

Но это всё надо людям объяснять: ведь они когда-то занялись торговым бизнесом, он шел более или менее нормально, а теперь не идёт – им надо подсказывать, как выйти из положения. Для этого существуют, с одной стороны, бизнес-объединения, ТПП, которые и должны объяснять, что другого пути нет: или вы объединяетесь в кооперативы и тогда получаете доступ к более дешёвой линейке товаров и продуктов, или вы превращаетесь во франчайзи крупных сетей. А просто сидеть и охать, конечно, можно, но закончится это, понятно чем: страна останется без малого торгового бизнеса, малые предприниматели – без работы и куска хлеба, а население – без магазинов у дома.

- И, будем честными, к такому кризису мы шли давно, только пандемии на наши головы не хватало.

- Понимаете, с одной стороны, по разным данным, и статистическим, и иным, которые, разумеется, надо проверять, в июле было зафиксировано, что бизнес просел не так сильно, как это ожидалось в начале – середине марта, и гораздо меньше, чем во многих других странах. Но связано это с тем, что, когда ты лежишь на плинтусе, падать тебе уже некуда.

- Да, с пола не падают.

- Да, российский малый бизнес, если брать данные бизнес-статистики за последние лет десять, то они показывают, что с 2011 года рождаемость и смертность малого бизнеса находились в разнонаправленном движении: фиксировались то небольшой прирост, то небольшое падение. А с 2016 года на фоне снижения рождаемости новых бизнесов начинается рост смертности уже действующих бизнесов. То есть с 2016 года популяция малого бизнеса сокращалась. И это было задолго до пандемии. Так что сейчас мы особо сильно не упали, потому что было некуда.

- А о каком-то подъёме мы можем пока что и не думать?

- Какой может быть подъём? Он может быть в двух случаях: первый – мы встали на военные рельсы, стали активно вооружаться, строить автобаны, готовимся бить врагов везде и повсюду. Появляются крупные заказы на производство вооружений, а на этом потихоньку подтягивается всё остальное. Второй вариант, как сказал наш президент в конце 1991 года: занимайтесь бизнесом, торгуйте, делайте всё, что хотите, государство вас не тронет. В этом случае подъём пойдёт не сверху, а снизу. Если, условно говоря, позакрывать все инспекции по проверке всего, что движется, если показательно, перед строем оборвав погоны, отправить на выселки несколько крупных коррупционеров, крышующих бизнес, и принять ещё ряд мер по уходу государства от излишнего регулирования, то через какое-то время мы увидим то, что наблюдали в начале 90-х. Опять что-то зашевелится.

Разумеется, не все физиономии у зашевелившихся будут привлекательными, но это тоже надо понимать. Главное – что такое шевеление пойдёт.

В реальности между этими двумя точками огромное пространство для возможностей, сочетающих меры государственного регулирования с мерами по оживлению низовой активности предпринимательства. И, судя по всему, определённые шаги в этом направлении будут делаться.
 
Беседовал Владимир Володин.

Учебник "Национальная экономика"

Поделиться

Подписаться на новости